Читаем Админ (СИ) полностью

— Да, мы готовы рассмотреть такую возможность. — Тяжелый взгляд Руархида медленно переполз на демона. — Более того, мы согласны, что с вашей стороны, именно услуги должны быть большей частью компенсации. Мы понимаем, что не вы начали расшатывать скрепы. — Архимаг сделал паузу. — Но есть еще одно неприятное обстоятельство. Установлено, что причиной текущего состояния здоровья принцессы Эль Трин'х Вассар стали действия гроссмейстера боевой магии Махаса. Так как на наших землях за принцессу отвечаю я, то считаю, что мне нанесено личное оскорбление.

— Позвольте, но охрана принцессы первая атаковала уважаемого махайнийа Махаса, — спокойно глядя архимагу в глаза, произнес Читаатма. — Так, что наша ответственность весьма условна. Но мы готовы не только предоставить своих, но и полностью оплатить услуги любых других целителей.

— Охрана атаковала, так как уважаемый Махас летел на них с активированными щитами и заготовками боевых плетений в ауре. — Торвин был возмущен, однако на его лице не дрогнул ни один мускул. — Неужели уважаемый Читаатма хочет убедить нас, что именно так принято совершать прогулки?

— Ладно, об этом поговорим, когда наступит ясность в состоянии Эль. — Тяжелый, не предвещающий ничего хорошего взгляд архимага перешел на Торвина. — Насчет эльфов. Являясь причиной беспорядков, кроме общей компенсации они должны оплатить лечение всем жертвам погрома, и выплатить компенсацию родственникам погибших. И учтите, — архимаг обвел взглядом присутствующих, — я не потерплю стычек между вашими магами и воинами. Мною будут даны указания жестко пресекать подобные ситуации. Вплоть до смертной казни провинившегося.

Торвин посмотрел на Балаватха. Тот, почувствовав его взгляд, оглянулся. И, совсем неожиданно для эльфа, улыбнулся. Причем, вполне дружелюбно.

— Думаю, мы не доставим вам таких проблем, — сказал Читаатма, обращаясь к архимагу.

— Я бы хотел встретиться с магом, который оказал помощь моей сестре, — сказал Торвин, — благодаря его своевременному вмешательству не случилось самого страшного. Это возможно? — Он вопросительно посмотрел на архимага.

— Я подумаю, — уклончиво ответил Руархид, — остальное обговорите с моими помощниками. Я вас больше не держу.

Уже у двери эльфа остановил голос архимага:

— Торвин, задержись нам надо обсудить еще пару вопросов.

Руархид некоторое время молчал, уставившись на поверхность стола.

— Я хотел бы обсудить ситуацию с Эль, — начал он, но вдруг на краю стола, там, где было свободное от бумаг место, появился небольшой росток, с каждой секундой увеличиваясь в размерах. И вот уже на столе архимага зацвело очень красивое карликовое дерево, покрытое ярко красными цветами, а воздухе разнесся мелодичный перезвон колокольчиков.

— Пижон, — буркнул архимаг, кивнул Торвину на кресло, а сам положил свою ладонь рядом с деревом.

Торвин порадовался тому, что остался в кабинете. Была неплохая вероятность услышать разговор архимага с его отцом — Лаурином. Обычно отец именно так оформлял свои вызовы по амулетам связи, передаваемые важным персонам — иллюзией родового дерева. Пусть он и не услышит слов отца, но по репликам архимага, если тот не вздумает общаться мысленно, кое что узнать можно. Руархид повел разговор вслух.

— Привет, Лаур! Какого хрена твои эльфы устроили в моем городе? — На повышенных тонах начал разговор архимаг. Торвин про себя удивился: не всякий осмелится разговаривать с его отцом таким тоном. Все страньше и страньше. — Да мне наплевать на твои проблемы — в конце концов ты всегда прекрасно сам с ними справлялся! Неужели ты потерял хватку, и уже не в состоянии предвидеть все последствия развития собственных интриг? Что? Приносишь свои извинения? Ну, ладно. — Понизил голос Руархид. — Однако мне нужна кровь, я не могу оставить все как есть — меня просто не поймут в гильдии. Что-о-о? — Архимаг снова повысил голос, — у тебя уже и список готов? Ну, ты и зараза ушастая! Да ты ведь подставил под удар моих подданных, и не простых, а тех, на которых я возлагаю большие надежды!

Некоторое время возмущенный архимаг молчал, слушая, что ему говорят.

Состояние Торвина можно охарактеризовать одним словом — ступор. Такое ощущение, что архимаг говорит не с королем эльфов, а со своим подчиненным. Это было выше понимания Торвина.