Читаем Адель полностью

— Вы забываете, командор, что она и не человек-то вовсе! Она эльфийка, этого нельзя изменить. Эти грязные жители леса годятся только для черной работы и домов свиданий, — пропела юная особа, наровя взять Калена под руку.

Он твердо остановил ее и холодно произнес.

— У вас превратное представление об этом народе, миледи. Они гораздо более человечны, чем многие из присутствующих здесь людей.

— О, командор, не сердитесь на нас, видеть холод в ваших глазах, губительно для наших нежных душ. Но неужели на этом балу нет ни одной женщины способной растопить этот лед?

— Одна есть, точно, дамы. Но среди вас ее нет, прошу меня простить.

Но даже эти слова не остановили нападок. Зазвучала музыка и Мирра решила, что пора помочь любимому. Она подошла к нему со спины и опустив глаза тихо прошептала.

— Такая чудесная мелодия, командор. Неужели даже она не трогает вашу душу, неужели вы все еще не хотите закружиться в танце?

— Я не танцую, — тихо, но твердо произнес он, даже не поворачивая головы.

— Вот это да, — улыбнулась Мирра. — Вот теперь я даже не знаю сердиться мне или радоваться этому отказу.

Кален резко обернулся и на его губах заиграла счастливая улыбка.

— Миледи, — склонил он голову в поклоне и взяв ее руку поцеловал тонкие пальцы. — Я не смел надеяться на встречу.

Он поднял на нее горящий взгляд. Она видела восхищение, обожание и гордость на его лице. Без труда читалось желание заключить ее немедленно в объятья, на глазах у всего двора, прижать к себе эту драгоценность и никогда больше не расставаться, не отпускать, не терять из виду. Быстрым взглядом он осмотрел ее платье и немного нахмурился.

— Вы пленительны, миледи.

— И вы все равно ответите мне отказом, командор? Я прошу такую малость, лишь танец.

— Я неумелый танцор, миледи, — попытался оправдаться он. — Боюсь, во время танца, могут пострадать не только ваши чудесные туфельки, но и ноги.

— Это не страшит меня, командор. Пойдемте, музыка все еще играет.

Кален предложил ей руку, с победоносной улыбкой Мирра поправила распущенные волосы и взяла его под руку, увлекая вниз, на блестящий паркет, где уже кружили в танце несколько пар.

— Мирра, — прошептал он ей на ухо, едва они отошли от разгневанных женщин. — Спасибо тебе, конечно, что вырвала меня из их цепких лап, но ты не должна была ко мне приближаться.

— Ты все еще думаешь, что я позволю королеве хранить хоть какую-то надежду на то, что она сможет тебя заполучить? Никогда, Кален. Я вступила в борьбу с Калисто, и пухлая надутая кукла меня вовсе не пугает, милый. Я очень быстро найду на нее управу, а если слова не помогут, я убью ее с легким сердцем, и рука моя не дрогнет. Но дело даже не в этом. В этом зале девять Воронов. Некоторые одеты прислугой, другие затерялись среди гостей, возможно есть еще кто-то, кто выжидает удобного момента в засаде. Мне нужно осмотреться, а лучше всего сделать это, кружась в танце. Так что, это отвлекающий маневр, Кален, а не простой танец.

— Ты не просто восхитительна, ты обворожительна, я не могу оторвать от тебя глаз. Никогда бы не мог подумать…

— Что я стану воплощением твоей мечты? Энель рассказала мне, когда увидела меня в этом платье, — мягко улыбнулась она.

На мгновенье их бедра соприкоснулись, когда они одновременно сделали шаг. Кален крепче сжал ее ладошку в своей руке.

— Давай-ка мы побыстрее разберемся с этим и вернемся в замок Фредерика. Боюсь, моей выдержки не хватит на долго. Я даже смотреть на тебя боюсь, чтобы не потерять самообладания.

— Тебя учили этому столько лет, учили сдерживаться и терпеть, — отвечая на его рукопожатие она крепче обняла его руку, прижимаясь к ней, словно оступилась.

Он глубоко вздохнул и задержал дыхание, поддерживая ее за талию.

— Меня учили терпеть боль, а то, что я вынужден терпеть сейчас не имеет к боли никакого отношения. Я не властен над этим чувством.

Наконец они спустились и встав напротив нее, он склонился в поклоне, протягивая ей руку. Она с улыбкой склонила голову и вложила в теплую ладонь свои пальцы. Уже в следующее мгновенье другая рука командора нежно легла ей на талию, тела их соприкоснулись, он не сводил с нее влюбленных глаз увлекая ее на первый круг. Пьянящая близость любимого так дурманила, что она забыла зачем они здесь. И лишь спустя несколько минут она смогла привести в порядок свои мысли и заставила себя снова ровно дышать.

— Ты бессовестный лгун, командор. Ты умеешь танцевать, — упрекнула она.

— Только для тебя, любимая, — улыбнулся он. — Наверное, это ты так влияешь на меня. Всем остальным я безжалостно оттаптывал ноги. Как провела время здесь?