Читаем Адель полностью

Продвигаясь вперед Адель пыталась понять, что она ищет, для чего она помогает людям, почему продолжает искать в них что-то. Она демон, ее суть — питаться их энергией. А она не просто ищет пищу, она, как и обещала, выбирает жертвы и зачем-то разговаривает с другими. Она чувствовала влияние Мирриэль. Вполне обычным делом для нее стали разговоры с собой, или точнее с той, которая все еще бродила по миру духов, пытаясь отыскать единственную душу. А она бродила по миру людей. И ее пугал этот мир. Она привыкла к жестокости, но к жестокости по необходимости, а люди были жестоки просто так, почти всегда. Она искала оправданий для себя и других подобных ей, но вместе с подтверждениями своей правоте, находила массу опровергающих все доказательств. Люди не были просто пищей, о, нет. Демоны ошибались, уже так давно ошибались. Да в этих противоречивых существах было много зла, очень много, но все чаще, проводя время в кругу людей, Адель понимала, что добра в них гораздо больше. Она видела это в их детях, в глазах матерей, обнимающих своих чад, видела это в глазах мужчин, которые готовы были бросить свои мирные занятия и встать на защиту своего дома, своей семьи. И теперь она не просто предполагала, она смогла вспомнить разницу. Та энергия, которую им отдавали смертные по собственной воле, она была другой, не такой как та, что демоны отбирали убивая. Даже малой доли первой, хватало для насыщения на долгие дни, если не недели, а вот другой было всегда мало. Ты убиваешь, насыщаешься, но спустя уже несколько часов, ты снова ощущаешь голод, нестерпимое желание убить, чтобы насытиться. Другие демоны не успевали этого понять, их или убивали, или они теряли разум и превращались в ненасытных убийц. А вот у нее появился шанс не только понять разницу, но и рассказать потом о своих выводах. Впервые она четко ощутила эту разницу, когда девочка обещала вспоминать о ней каждый день. Тогда в нее хлынул поток чистой энергии, теплой и нежной, которая насыщала не раздражая, мягко и ненавязчиво. А через несколько часов ей пришлось убить, и на нее обрушилась тяжелая волна, чуждой отторгнутой энергии. Ей стало очень плохо, такой ошеломительной была разница. Но из-за голода демоны не разбирают, они берут то, что возможно. Сильный голод затмевает разум. Так бывает, когда пытаешься выжить любым способом. И теперь, Адель не хотела убивать ради пищи, ежедневно она получала частичку девочки и ее брата, которые вспоминали о матери и о ней, и ей было этого довольно. Теперь она убивала, потому что так было правильно, по ее мнению. Кто бы мог подумать, что желание Мирриэль что-то изменить в текущем моменте времени, принесет такие странные и неожиданные результаты. Все это она поняла уже через день, после встречи с девочкой и ее братом, теперь нужно было поделиться своими находками с теми, кто был заинтересован в таком знании. Первыми были, конечно же демоны, но с ними она сможет разобраться, когда вернется, а вот в этом мире нужно было предупредить Хранителей. Мирра много сделала для нее, даже не осознавая этого, и Адель посчитала, что должна ей, должна поговорить с ними. Но она никак не могла осуществить свой план. За ней шли пятеро, и один из них был способен все испортить просто своим присутствием. Ведь стоило ей его увидеть, как Мирра немедленно вернется, чтобы быть рядом с ним, и демонесса не успеет ничего сделать и сказать. И ее знания пропадут. Нужно было как-то их развести в разные стороны, разъединить. Она не могла ничего придумать, группа была слишком сплочённой. Наблюдая за ними, она удивлялась такие разные, такие похожие. За плечами у каждого из них она видела тяжелый путь, полный потерь и самопожертвования, боли и радости, грусти и тоски. В каждом жила боль, у каждого своя, но она не делала их слабее, не ломала, а закаляла, придавала сил и уверенности в том, что выбранный путь верен. Каждый из них нес свой груз ответственности, все они по-разному справлялись с этим. Рыжеволосая, пыталась спрятаться от всех и потому редко снимала капюшон, эльф, прятал свою грусть за язвительностью и напускным легкомыслием, темноволосая воительница, забывалась в бою, а странник с белыми волосами делал выводы и забывал. Сложнее всего было с избранником Мирриэль. Адель боялась к нему приближаться, но вскоре, после того как она впервые их заметила, ей это и не было нужно. Она без труда видела сотни призраков, которые постоянно сопровождали его. Она не могла представить, как он выживает. Каждый из призраков пытался его подчинить, подавить волю, захватить его разум, но он не сдавался, она не видела его, но чувствовала, как сводит судорогой его мышцы, при каждом соприкосновении с призраками. И еще она видела, что его оборона слабеет, с каждым прикосновением этих неупокоенных душ, в нем оставалось все меньше сил сопротивляться, все меньше желания выжить, он медленно терял контроль над собой. Очень медленно, но неотвратимо. И когда она поняла это, она ощутила боль, она чувствовала, как сжимается от страха за него сердце Мирриэль. Они были связаны и все, что приходилось ощущать Адель, чувствовала и Мирра. Однажды она не выдержала и сформулировала мысль: