Читаем Адель полностью

— Он не играл, Энель, — спокойно прервал ее Кален. — Тогда он не лгал. Он действительно полюбил тебя, но не смог пойти против своих обетов. Он хотел тебя спасти, но не знал, как это сделать. Он любил тебя, но глубоко внутри него жила уверенность, что он поступает правильно, что только пожертвовав тобой, собой и вашим влечением, он сможет помочь тебе стать той, кем ты должна быть. Он сам не осознавал, что делает, но он был прав, Энель. Только став убийцей на службе у церкви, ты нашла свой путь. Ты стала собой. Той Энель, которую я знаю, о которой ходят слухи, которую уважают и бояться, которой не смеют перечить. Подумай, ведь если бы рядом не было тебя, не было бы и ордена Хранителей. Не случилось бы всего того, что случилось. Я бы никогда не смог признаться себе, — он осекся и замолчал.

Лерд не отрывал от него взгляда, пока он говорил, как и обе женщины.

— Кто ты, парень? — процедил сквозь зубы Ворон. — Я ничего не говорил, ни слова, как ты узнал все это?

— Ты надеялся провести Видящего, Лерд, — улыбнулся Кален. — Но я больше не Видящий. Только вот вижу я еще больше, чем прежде. Меня нельзя обмануть. Мне не нужны твои слова, Лерд, больше не нужны. Я вижу твою душу, каждую мысль, каждую минуту твоей жизни. Он не лгал, Энель. И он не ошибался. Ошибкой было лишь то, что ты так долго не могла его забыть.

— Их ты тоже видишь? — вернув самообладание спросил Лерд.

— Я вижу всех, — утвердительно кивнул Кален.

— Но тогда, — растеряно произнесла Кара. — Почему ты не догадывался о Крисе?

— Кара, — устало опустив глаза произнес Кален. — Я не знаю ответов. Во мне постоянно что-то меняется. Сперва я видел лишь настоящее, потом я начал видеть текущие мысли, несколько дней назад я понял, что, глядя на человека я могу видеть всю его жизнь. Это случилось совсем недавно, когда я опять увидел сон. Я не могу их понять эти сны. Я видел пламя, черное пламя, в нем я смог различить Мирриэль. Я увидел ее глаза, почувстовал ее ужас. А потом она вышла из этого огня, просто прошла сквозь него. Я видел, как в этом огне горит ее кожа, видел, как ей больно, но когда она вышла… Я не могу этого объяснить, она стала другой.

— Как интересно. И ты не боишься сейчас говорить все это при Вороне, Видящий? — Лерд усмехнулся. — За такую информацию мне дорого заплатят.

— Ты ничего не скажешь, Лерд. Никому и никогда. Ты будешь до конца своих дней винить себя за то, что не смог ей помочь, не смог ее удержать. Но я должен сказать тебе правду, она больше не твоя Беда. Больше никогда ею не будет. Она сможет простить и забыть, но ты не сможешь. А не расскажешь ты никому и ничего потому что ты будешь одним из нас. Ты станешь Хранителем, после этого разговора, и все наши тайны, станут твоими тайнами.

— Я — Хранитель? Ты в своем уме, парень? Можешь не отвечать, я вижу, что нет, — Лерд скрестил руки на груди.

Женщины смотрели на друга без слов. Обе понимали, что он не шутит, его мягкая улыбка и уверенный тон, значили для них больше, чем любые слова.

— Итак, ты хотел нам рассказать о том, как и зачем на самом деле были образованы ордена. Я не стану читать твои мысли дальше, не стану портить впечатление. Ты сам нам расскажи, ведь ты же хотел именно этого? Хотел нас поразить? Сомневаюсь, что у тебя это получится, но дам тебе шанс попробовать.

— Демон тебя раздери, парнишка! Ты что действительно все это видишь?

Кален лишь улыбнулся и сделал приглашающий жест, призывая Лерда начать урок истории. Но Ворон молчал, все еще рассматривая спокойное лицо Калена.

— Лерд, что ты хотел нам сообщить? — напомнила о себе Энель.

— Это немыслимо. Я не могу в это поверить! Что твориться с этим миром?

— Он катится в бездну, Ворон, и удержать его от этого под силу только Хранителям, потому ты и станешь одним из нас, ты поймешь это, — тихо произнес Кален.

— Ваш орден, Хранители — лишь выдумка. Обман, — начал Лерд. — Все обман. Я собирал правду по крупицам, всю свою жизнь я посвятил этому. Я путешествовал по миру в поисках истины. Садитесь, дамы, не хочу чтобы вы успели меня зарезать до того, как я окончу свой рассказ. А то обидно будет, всю жизнь прожил во лжи, а умер из-за правды.

— Они и не успеют, Лерд, — уверил его Кален. — К тому же наши дамы сейчас заняты совершенно другими мыслями. Кара все еще пытается понять, что здесь происходит, она пока что приняла для себя решение не предпринимать никаких действий, пока не разберется. А вот мысли Энель доставляют мне особое неудобство. Стрелочка, ты не могла бы не думать об этом сейчас, пожалуйста. Ты так живо себе это все представляешь, что мне становится прямо неловко, словно я это все уже вижу. Прекрати, прошу тебя.

— Надеюсь она думала о том, как мы провели ночь, — самодовольно улыбнулся Лерд.