Читаем Адаптация (СИ) полностью

От энергичного забега мои мысли прояснились и страх, который окутывал все мое естество, отступил. Я посмотрел назад — за мной никто не гнался. Плечо ныло от боли — видимо, бинты сбились во время побега.

Я увидел какую-то харчевню и остановился около нее. Одну монетку из мешочка, что, к счастью, все еще был во внутреннем кармане куртки, я аккуратно достал и зажал в руке. Хрен его знает, хватит этого или нет на еду, но попробовать стоит. А если это будет даже много — лучше не светить целым мешочком подобного добра.

Я отдышался, сделал пару глубоких вдохов и, окончательно вытряхнув из головы все негативные чувства и эмоции, уверенно зашел вовнутрь.

Запах мяса и алкоголя во второй раз за день проник в мой нос. Желудок громко заурчал, а во рту начала выделяться слюна. Я направился к стойке и, видимо, на вопрос о желаемом выборе блюд просто положил монетку около себя. Толстый мужчина-трактирщик, в грязной и засаленной одежде, продолжил, судя по его интонациям, вновь задавать какие-то вопросы.

Я начал жестами объяснять, что мне нужна еда и питье. Трактирщик взирал на меня со взглядом, полным удивления и непонимания. Я решил действовать агрессивнее — указывать пальцем в мясные рульки и кружки немногочисленных посетителей, что были рядом, и пододвинул эту монетку к нему поближе. Удивление на его лице, казалось, становилось больше с каждым моим действием.

Вдруг ко мне подбежала белокурая девочка с хвостиками, лет четырнадцати на вид, веснушками на лице и небольшим носом с горбинкой. Судя по одежде, а, точнее, по засаленому фартуку, схожим с таковым у трактирщика, она была местной официанткой.

С озорной улыбкой она взяла в одну руку монету, а другой схватила меня, при этом увлеченно со мной разговаривая. Не то чтобы я мог ей ответить, но, видимо, и простого благодарного слушателя в моем лице ей было достаточно.

Мы подошли к пустому столу, и она указала рукой на пустую скамью возле него. Я присел за стол и, хлопая глазами и осматриваясь по сторонам, ждал когда же девушка умолкнет. Мою монету, при этом, она положила около меня на стол.

Не в силах выдержать ее обильный монолог или, как сказал бы мой преподаватель, словесный понос, я поднял руки и начал махать ими из стороны в сторону. Девочка замолчала и посмотрела на меня. Второй круг пантомимы начался.

Девочка, в отличие от трактирщика, не открывала широко глаза и не корчила ошеломленного выражения лица. Она просто смотрела на меня, словно на дебила. Но без единой толики удивления. Это ведь прогресс, правда?

Вдруг она отошла к соседнему столику, поговорила с сидящими за ним посетителями и взяла со стола рульку и суп. Она поднесла долгожданную мной еду к моему столику.

— Никеяс? Супэлменти? — произнесла она и поочередно подняла тарелку с мясом и похлебку в миске.

— Никеяс! Суплементи! — я глупо повторил за ней и энергично закивал головой, протягивая к ней монетку.

Она довольно кивнула и унесла еду, мою, черт возьми, еду, обратно на чужой столик. Теперь, словно продолжая издеваться, девушка подняла кружку с напитком и, не делая и шага в сторону от чужого столика, спросила вновь:

— Олурвеза?

— Олурвеза! Никис, супементи, олурвеза! — я плевать хотел на произношение и на боль в шее от бесконечных кивков. Я произносил каждое слово, показывая ей указательный палец и прося по одной порции каждого блюда.

Она вновь подошла и, с коварной улыбкой, показала пальцем наверх и сложила ладошки около уха. По всей видимости таким образом она указывала на то, что я должен снять комнату в трактире.

— Хеяматио? — вновь я услышал вопрос от нее, и она стала показывать все свои десять пальцев на руках, сгибая и разгибая их, словно показывая какие-то расчеты.

— Хеяматио, никеяс, супэлменти, оувреза, — я так ни разу и не остановил свои кивки.

Меня уже начали бесить эти издевательства над моим здравым смыслом и желудком. Ну, действительно, сколько можно терпеть?

Она вновь взяла меня за руку, забрала монетку со стола и повела к трактирщику. В ее фразах я начал замечать эти четыре новых, непривычных мне слова.

Трактирщик, послушав ее, забрал монету и девочка, взяв у него ключ, повела меня на второй этаж. Она привела меня к комнате, открыла дверь и дала в руки ключ. Из сказанного ей, благодаря жестам и новым для меня словам, я примерно понял, что я снял комнату и мне принесут еду прямо в нее. Еда с доставкой до номера! Этот отель заслуживает четыре звезды из десяти! Кстати, с учетом произошедшего в гильдии я решил понизить ее рейтинг, как гостиницы, до одной звезды. А нефиг доводить людей и заставлять их выходить из помещения через окно!

Я окинул взглядом комнату и вновь не увидел двери в ванную. Централизованного отопления, готов поспорить, тут тоже нет. Я зашел в комнату и скинул рюкзак с курткой на кровать. Окно здесь, как оказалось, без усилий открывалось вовнутрь, стоило лишь откинуть щеколду. Сама щеколда, вроде как, выглядела крепкой.