Читаем Адаптация (СИ) полностью

Я подбодрил себя, насколько мог, подошел к лежащему мертвому телу и вытащил из него копье. Каменный наконечник на нем обломался. Деревянное же копье стало просто бесполезной, затупленной от ударов об землю и гоблина палкой. Его наконечник был расщеплен и заляпан в крови. Хорошо, что я орудовал им, как основным, потерять каменное копье мне было бы крайне грустно.

Я двинулся по направлению к висящей твари, стараясь идти как можно тише и не шуметь — вдруг эта тварь придет в себя? Краем глаза я увидел результат своей охоты. В одну из ловушек все-таки попало мелкое животное, похожее на кролика. Когда я оказался от гоблина на расстоянии удара копьем, его наконечником я откинул нож подальше, вспомнив подходящие случаю клише из разных произведений.

Вначале мне пришла в голову мысль, мол, может этим ножом просто перерезать глотку, и дело с концом — зачем заставлять мучиться от боли живое создание? — но от нее я довольно быстро отказался. Для меня психологически сложнее сделать подобное, лучше уж просто проткнуть его копьем.

Я основательно подготовился к атаке и точным, выверенным движением сделал выпад вперед. Видимо, инстинкты гоблина сработали, он открыл глаза и попытался увернуться от летящего в него острия, но было слишком поздно — удар настиг цель. Закашлявшись кровью и издавая противные булькающие звуки, из-за пробитой насквозь шеи, гоблин испустил свой последний вздох. Никакого сообщения об очередном достижении не было, но я был уверен, что это существо больше не двинется с места.

Смотря на залитые кровью одежду, трупы зеленых тварей и полянку, я с удивлением обнаружил на своем лице улыбку. Мда, это защитная реакция организма или поезд, с сидящей в купе кукухой, уже отбыл со станции «здравый смысл»? Это что же, у меня есть все шансы привыкнуть к этому дрянному миру? А что тогда делать, когда я вернусь в свою уютную и спокойную современность?

Стараясь не думать в подобном ключе и не волновать свое душевное состояние, я закурил и попытался сконцентрироваться на ужасающей меня реальности и продумать план действий. Приняв лучшие решения, что пришли в мою голову, я освободил гоблина из ловушки и пошел за тушкой кролика, полный решимости подвесить его за лапу и спустить кровь. Кто бы мог подумать, что отрывки книг и обрывки разговоров со знакомым-охотником мне пригодятся? Да и хорошо, что я прихватил свой каменный нож, он явно чище гоблинских. Правда, в том, кролик ли это, я сомневался. Внешне он был схож с кроликом альбиносом, только значительно крупнее и с выступом, похожим на маленький и тупой рог, между ушами.

В ожидании обескровливания кролика я не сидел сложа руки. Я оттащил трупы гоблинов подальше от лагеря, сняв с них все обмундирование. Я хотел вырвать их клыки и использовать их в качестве шипов для дубинки, но только одна мысль заставила мою челюсть заныть от зубной боли, а желудок начало выворачивать наизнанку. Я поборол приступ тошноты, вернулся к опушке с ловушками и начал осматривать все трофеи. Да, для такой жизни я слишком изнежен.

Гоблины были экипированы железным оружием и разными элементами брони! Для меня это был настоящий джекпот. Я надел на себя пластинчатый шлем и начал разбирать гоблинские наплечники, которые все равно не мог надеть на себя. Из них я получил железные и костяные пластины, а также приличное количество кожаных веревок и железных крючков, которыми эти пластины были закреплены между собой. Подвесив на ремень джинсов ножны и закрепив в них кинжал, который я ранее принимал за нож, я почувствовал некоторую уверенность. Я осмотрел гоблинское копье: размер примерно в полтора метра; металлический наконечник, слегка затупленный, но пригодный к использованию; обтянутое кожей древко для более крепкого хвата. Создавалось впечатление, что это копье гоблинами было не создано, а стырено. Возможно, что с трупа.

Я надел на шею ожерелье из зубов и пошел потрошить пойманную дичь. Борясь с чувствами жалости к животному, тошноты, отвращения и неприятия сего действа, в целом, я смог задушить свою «тонкую, городскую душевную натуру», не проблеваться и завершить поставленную себе задачу. Голодный желудок победил разум!

Как только я закончил все свои запланированные дела, разобрал ловушки и крепко зашнуровал свою обувь, я направился к месту стоянки. Раз сюда забрели настоящие монстры, о существовании которых я не мог, не хотел, не желал думать, я принял решение снимать лагерь и направиться дальше по руслу реки, благо времени сегодня было достаточно. Параллельно я решил прочитать уведомление, мельтешащее на кромке моего взгляда.

[Вы справились со стрессовой ситуацией и успешно разобрали разнообразные трофеи! Вы получили следующие характеристики: ловкость +1, выносливость +1, самообладание +1].

Видимо самообладание помогло мне сохранить ясность ума и действовать четко и логично. Интересно, оно притупляет или убивает эмоции? Надеюсь, что первое. Не хотелось бы при возвращении домой требовать у первого встречного одежду, мотоцикл и очки.