Читаем Адам полностью

— Сразу после того, как найду какую-нибудь одежду, — проворчала Лаура, открывая шкаф и доставая свежий лабораторный халат. Обернув его вокруг обнаженного тела, она надела одноразовые тапочки, все еще слишком остро ощущая отсутствие трусиков и всего остального. Хорошо, что в ее шкафчике хранилась запасная одежда. Лаура усвоила урок уже после своего первого несчастного случая. Возвращение домой в одном лабораторном халате и с вьющимися волосами, заставило соседей слишком много болтать.

Опустив глаза, Лаура встала перед дверью, ожидая, пока солдат ее откроет. С шипением воздуха дверь открылась.

Девушка вышла.

— Пожалуйста, проследуйте за мной, мэм, в кабинет начальника, — отчеканил голубоглазый солдат. О боже, ранее Лаура шутила с Тиш, что этот парень был обязан иметь хоть один недостаток, поэтому, вероятно, обладал каким-то писклявым голосом, который разрушил бы всю его привлекательность, но она ошибалась. Так ужасно неправильно.

Глубокий тембр без фильтра интеркома поразил ее чувства, как нежнейший шоколад, эротично растекаясь по ее коже и пробуждая стремление к большему.

Лаура не смогла скрыть дрожь.

— Брр. Мне кажется, или здесь холодно? — спросила она, пытаясь отвлечь его внимание. — Мне нужна какая-нибудь одежда. Итак, если не возражаешь, то сначала заглянем в раздевалку.

— Мне приказано доставить вас непосредственно в кабинет.

Может он и был красивым, но Лаура не собиралась подчиняться приказу.

«Ни за какие коврижки. Никуда не пойду с обнаженной задницей».

— Нет, пока я не переоденусь в какую-нибудь нормальную одежду. Собрание не состоится, пока я одета только в халат, — она встретилась взглядом с солдатом, вспомнив годы общения с мужчинами, которые думали, что имеют право запугивать женщину только потому, что она выбрала науку и карьеру вместо домашнего хозяйства.

— Нет? — намек на улыбку изогнул уголки его губ. — Ты же понимаешь, что я могу применить силу.

— Ага. Даже не сомневаюсь. Но ты так не поступишь.

— Тогда ускорься. Бегом в раздевалку. Если мы делаем крюк, то будем максимально быстры.

Он пошел быстрым шагом, а Лаура поспешила следом.

— Спасибо.

— Пока не за что. Я рискую своей головой, ослушиваясь приказа.

— Зато ты проявляешь человечность.

Солдат напрягся.

— И что это значит?

— Ничего. Просто я привыкла, что ты такой безэмоциональный и похожий на робота стоишь на страже возле лаборатории. Приятно видеть, что у тебя есть чувства.

«И сексуальный голос под стать обалденному телу. Боже, мне нужен выходной. С сексом», — сегодня ее мысли были в плохом настроении.

Он рассмеялся.

— Я совсем не похож на робота. И я могу заверить, что совершенно определенно умею чувствовать.

Черт, он был таким твердым и сильным, по крайней мере его пальцы, которые обернулись вокруг ее ладони, таща за собой по коридору. Только Лаура не понимала, зачем он вообще вел ее за руку. Она не собиралась сбегать. Возможно, солдат поступил так для того, чтобы операторы, наблюдающие за происходящим с многочисленных камер, вмонтированных в потолок, считали, будто он контролировал ситуацию.

Когда они завернули за последний угол перед раздевалкой, он остановился, из-за чего Лоре пришлось резко затормозить. Бросив испуганный взгляд в его сторону, она спросила:

— Почему мы остановились?

— У тебя идет кровь, — заявил он.

— Нет, я не… — Лаура замолчала и в ужасе уставилась на то, как он поднял ее руку. На кончике указательного пальца сверкала маленькая капелька крови. Должно быть, она порезалась о стекло от разбитой колбы.

«О нет».

Она встретилась со взглядом солдата. Ее сердце учащенно забилось.

Лаура порезалась, но не заметила этого во время обеззараживания. Нехорошо. Теперь ее отправят на карантин как минимум на пять дней, чтобы исключить возможную инфекцию.

«Я не хочу в карцер».

Дерьмо, она ненавидела маленькие помещения и кабельное телевидение. Лучше читать или работать в лаборатории, но ей бы не позволили.

Такая крошечная рана, но выбор солдата был очевиден. Он должен был доложить.

Или нет.

Удерживая ее взгляд, мужчина поднес кончик ее пальца ко рту и провел по нему языком. По телу Лауры пробежала дрожь, которая была вызвана определенно не холодом.

— Зачем ты это сделал? — спросила она хриплым голосом.

— Разве поцелуй не исцеляет?

— Касание губ не может вылечить.

— И все же, ты более расслаблена, чем была минуту назад.

— Не совсем. Трудно расслабиться, когда в перспективе тебе грозит быть запертым в камере для наблюдения почти на неделю, — Лаура не сомневалась, что они посадят ее под замок, хотя образец якобы был безвредным.

Он выгнул бровь и улыбнулся.

— Я никому не скажу, только если ты проговоришься.

Серьёзно? Ослепительная улыбка озарила ее лицо.

— Спасибо.

— Не стоит благодарностей. Тебе все равно нужно одеться и поспешить, если мы не хотим, чтобы начальник надрал нам обоим задницы.

— Я всего на минутку. Еще раз спасибо, — повинуясь импульсу, она приподнялась на цыпочки и поцеловала его в щеку. В любом случае операторы не засекли бы их, потому что умный солдат остановился между камерами, чтобы сообщить о ранке.