Читаем Адам полностью

Металлический корпус был облицован свинцом, блокируя навязчивые внешние сигналы, и покрыт специально усиленной краской. Инновационная прозрачная защитная оболочка на автомобиле создавала некое поле, поэтому сканеры регистрировали его тело и любых других киборгов-пассажиров как людей. И сканеры не видели, что к глушителю машины была прикреплена ракета. Киборг никогда не знал, когда ему придется взорвать какое-нибудь дерьмо.

Обычное радио, настроенное на популярный канал кантри-музыки, на самом деле было мощным компьютером, который передавал информацию и давал доступ к интернету и сигналам сотовой связи.

Что касалось охлаждаемой внутренней части подлокотника… вы же не подумали, что там хранились украденные образцы и смертельные вирусы? Конечно, нет. Адам положил туда кока-колу и шоколадные батончики.

Даже киборги любили вредную пищу.

Сев на водительское сиденье, Адам завел машину и притворился, что переключает радиоканалы, одновременно сканируя автомобиль на наличие жучков, устройств слежения или бомб. Самодовольство было врагом киборга.

Ему потребовалось всего несколько минут, чтобы вернуться с однозначным вердиктом. Удовлетворенный, Адам поехал в свое логово, которое называл кибер-пещерой… только мысленно, чтобы его союзники-киборги не умерли со смеха.

«Просто они завидует мне».

Как и у супергероя, в его распоряжении было множество суперкомпьютеров, невероятно крутых гаджетов и даже модифицированный автомобиль, который, хоть и не имел мега быстрого движка, мог разогнаться с нуля до шестидесяти менее чем за две секунды.

Если бы Адам был обычным человеком, то у него, возможно, встал бы еще в первый раз, когда перегрузка прижала тело к водительскому сидению. Но поскольку он был более развит, то всего лишь широко улыбнулся.

Вы, наверное, задумались, где же находилось это логово? Под горой? В городской канализации? В туннелях, соединяющих систему метрополитена?

К сожалению, все было более прозаично. Суперсекретное убежище Адама находилось в подвале его дома, небольшого бунгало, арендованного у корпорации, которая, под несколькими прикрытиями идентичности, технически принадлежала ему.

Преимущество лидера киборгов-повстанцев на Земле.

Революция, которую он разработал в логове, как только начал новую жизнь после побега от военных, активно развивалась, особенно после присоединения других киборгов, которых не вывезли с планеты. Также помогали обычные люди, которые сочувствовали киборгам.

Адам и другие выжившие после военного истребления соорудили секретное убежище, а затем, со временем, обставили его так, что теперь оно могло соперничать с любым командным центром, принадлежащим военным.

Заехав на подъездную дорожку, Адам оглядел соседей и вышел из машины. Тепловые датчики не зафиксировали ничего необычного, если только маленькая белка, сидевшая на дереве, не была шпионом.

Хотя может и была. Только посмотрите, что Адам и ему подобные сделали с крысами и роботизированными мухами.

Как бы ему ни хотелось как можно быстрее зайти в подземное убежище, он сдержался. Никогда не знаешь, откуда ждать слежки. Кто-то рядом мог записывать каждое его движения, докладывая военным. Когда человек работал на правительство и военных, особенно учитывая доступ Адама, уровни безопасности отличались многочисленностью и разнообразием.

Адаму оставалось лишь вычислять всех шпионов.

И быть всегда на шаг впереди военных, изображая идеального человеческого солдата.

Как любой мужчина, вернувшийся с долгой ночной смены, он сбросил одежду сразу как ступил в дом и включил телевизор, разумеется, спортивный канал. Затем разогрел в микроволновке едва съедобное блюдо. Слава богу, Адам не полагался лишь на это в качестве источника питательных веществ. Иначе он бы наверняка умер с голоду. Неудивительно, что люди так часто болели.

Адам открыл банку с пивом и отхлебнул, но уже больше для личного удовольствия. Он отключил метаболический процессор, позволив себе ощутить легкое опьянение.

Хм, чувствовал ли он трепет от предстоящего спуска по трапу? Да. Эмоция была сравнима с одним из обрывочных воспоминаний из детства. Скат с горки в парке, восторг от полета по пластиковому желобу, а затем парение — самый чистый момент настоящей радости, подобно которому мог чувствовать лишь ребенок.

Выражение лица никак не отразило его внутреннего ликования, когда он опустил на пол босые ноги и встал, пошатнувшись. Будто кибернетические рефлексы не могли справиться с таким простым маневром.

Адам надел спортивные штаны, висевшие на крючке, но не из чувства скромности — там, внизу, стыдиться было нечего, — а скорее из уважения к людям, с которыми работал, ведь они более остро ощущали наготу.

«Держу пари, доктор Лаура покраснела бы, увидев меня голышом».

Хотя он предпочел бы лицезреть румянец на ее лице от страсти. Будет ли она стонать, когда он приступит к ласкам ее тела, или прикусит губу, чтобы сдерживать звуки?

Месяцы практики позволяли ему контролировать эрекцию. Почему-то техническая команда так не нашла и не исправила ошибку в его программировании, хотя контроль был необходим.