Читаем Ад на земле полностью

Не могу поверить, что этой ночью я спала здесь. Не могу поверить, что этот кошмар закончился. Не могу поверить, что я вновь дома.

Кристина опустилась на покрывало на кровати и начала разговор первой, уткнувшись взглядом в ковер:

− Я должна извиниться перед тобой.

Меня словно оглушили по голове.

− Кристина, это я должна…

− Стой, позволь мне договорить, − сиплым голосом остановила она и я сжалась еще сильнее. Только не снова слезы.

Повисло молчание, в течение которого я, напружинившись, стояла перед девушкой, готовой вновь разреветься. Продолжая смотреть себе под ноги, она тихо произнесла:

− Аура, ты самый важный человек в моей жизни. Признаю, когда Лиам впервые сказал, что внутри меня душа какой-то незнакомки, я пришла в бешенство. Я была шокирована, возмущена и думала, что возненавижу тебя, едва мы встретимся. Но я полюбила тебя.

Внутри меня вновь все неприятно сжалось: знает ли Кристина что она – моя сестра и родилась, чтобы убить меня?

− Но я знаю, для чего была создана, − внезапно сказала она, и я вернулась на землю. Сосредоточила взгляд на Кристине, и она смело взглянула мне в лицо, будто ожидала, что я начну обвинять. Я со вздохом присела рядом с ней и обняла за плечи. Она содрогнулась, вновь опустив взгляд.

− Я все знаю, Аура. Все знаю.

Ни черта она не знает, − подумала я, − впрочем так же, как и я. Рэн ничего никому не сказал. Внутри моей головы до сих пор теснятся вопросы. Почему Рэн пришел к Кристоферу и предупредил о рождении Кристины? Зачем втянул ее в эту страшную игру? Для чего солгал, что в ней моя душа?

Я вновь вернулась в реальность, когда Кристина заревела и тут же со смешком отмахнулась:

− Не знаю, что со мной… я никогда не плакала…

− Ты многое пережила, − вставила я, пытаясь приободрить, но добилась лишь укоризненного взгляда от девушки. Ее глаза были опухшими, нос красным. Губы дрожали, когда она сварливо спросила:

− Я? При чем здесь я, Аура? – она шмыгнула носом. – Я совершенно… по сравнению со мной ты… я…

Я не знала, что сказать ей, как утешить. Если бы знала, для чего Рэн так поступил, смогла бы найти ответ. Нужно обязательно выяснить причину. Осторожно прикасаясь, я погладила Кристину по спине, стараясь утешить. Она хмыкнула:

− Из-за того, что ты меня успокаиваешь, я чувствую себя в сто раз хуже.

− Так мне что, выгнать тебя из своей комнаты? – улыбнулась я, и заслужила изумленный Кристинин взгляд:

− Ничего себе! Вернув себе воспоминания ты стала смелее!

− Брось, − пробормотала я, поежившись – не хотелось говорить о воспоминаниях. Возможно Кристина уловила мое настроение; она вздохнула, откинулась назад на вытянутые руки и спросила:

− Что будет дальше?

Я косо посмотрела на нее, и обнаружила взгляд, полный спокойствия и умиротворения. Я поняла, что она спрашивает не про сегодняшний день, а про будущее. Я моргнула, осознав, что по крайней мере оно у меня есть – будущее.

Пожала плечами:

− Не знаю. Рэн должен знать ответ.

***

Что-то легонько коснулось моих лодыжек, и я подскочила, словно ужаленная. Вокруг темнота, разгоняемая лунным светом, просачивающимся сквозь жалюзи. Передо мной на кровати Рэн. Я с трудом села, чувствуя себя так, будто кто-то решил разобрать и собрать меня, и прошептала в темноту:

− Что ты делаешь?

Что он вообще забыл в моей комнате среди ночи?

Я покрутила головой, решая сон это или нет. Возможно я так устала, что не отличаю реальность от вымысла. В квартире тишина. Кристина, знаю, отправилась с Лиамом к нему домой, а Кэмерон вернулся в Эттон-Крик, проверить пациентов в отреставрированной психиатрической лечебнице.

Завтра мы вновь встретимся и решим, что делать дальше, но сейчас я одна. В квартире Рэна. Сижу с ним на одной кровати. Он зашептал, и я сосредоточила на нем внимание.

− Я хотел убедиться, что ты действительно жива. – От жалостливого голоса внутри меня все перевернулось. Я убрала его руки с моих лодыжек и подсела ближе, собираясь успокаивать и утешать его, как ранее утешала Кристину. Потянулась к настольной лампе, но Рэн предупреждающе схватил мое запястье.

− Аура, ты не видишь меня?

− Вижу, − смутилась я от дурного предчувствия. Новой порции слез я не вынесу на сегодня. Голос Рэна преломился, и я вновь потянулась к включателю, но пальцы переплелись с пальцами Рэна. Он сжал мои руки в своих, будто думал, что я ухожу и это единственный способ удержать меня.

Я всмотрелась в сумерки комнаты, угадывая очертания любимого лица, и тут смутилась, почувствовав на себе его внимательный, пронизывающий взгляд.

− В чем дело? – Может он не до конца восстановился и теперь испытывает боль?

− Ты меня заставляешь испытывать страх, − шепнул он. Шепот оказался таким тихим, что пришлось напрячь слух, чтобы разобрать.

− Рэн, все позади, − убедительно произнесла я. Специально громко, чтобы нарушить магию, которую создала тишина. Я и он наедине, и это… ну, странно. Хуже, чем странно, это… начинает пугать. Раньше он целовал меня по каким-то дурацким причинам, а сейчас все будет по-другому. Будет страшно.

На сегодня мне страха достаточно.