Когда она вернулась в комнату, они оба кричали и извивались на полу. Она опустилась на колени рядом с Гордоном, он швырнул в нее волну ругательств.

— Ты тупая дрянь! Я перекину тебя через колено и надеру тебе задницу! Ты слышишь меня! Ты думаешь, что знаешь боль? Ты еще даже не видела боли, маленькая сучка! Я превращу твою жизнь в ад, шлюха драная!

— Ты, кажется, очень зол, Гордон, — задумчиво произнесла Мэдди, опускаясь над ним на колени. — Плюс, от твоего голоса у меня болит голова.

Она наклонилась, когда он снова закричал, и воткнула нож ему в рот. Он боролся и давился, пока она отрезала ему язык своим ножом. Кровь залила ему рот и побежала по подбородку, а Шерил смотрела на него и визжала.

Гордон все еще пытался кричать, но из горла вырывались только хрипы и бульканье, когда кровь пузырилась во рту. Мэдди держала окровавленный язык в руках, разглядывая его.

— Это отвратительно, — сказала она, а Шерил закричала, как будто она совсем потеряла рассудок.

Мэдди сунула отрезанный язык ей в рот. Шерил попыталась выплюнуть его, но Мэдди заклеила рот скотчем, язык остался внутри. Шерил захрипела, но Мэдди просто смотрела. По крайней мере, сейчас она молчала. Она взяла карманный нож и сунула его под один из ногтей Шерил. Женщина чуть не оторвалась от пола, когда Мэдди повертела нож взад-вперед, а затем приподняла, оторвав ноготь.

Она оторвала ногти на еще нескольких пальцах женщины. Гордон все еще что-то всхлипывал, когда она срывала ногти его жены, один за другим. Она взглянула на Шерил, глаза которой были широко раскрыты. По углам ленты сочилась рвота. И это отвратительно. Вот почему она должна была это сделать. Эти люди отвратительны.

Как только все ногти на ногах Шерил были удалены, все, что осталось, было красным, кровь стекала с кончика каждого пальца. Мэдди посмотрела на Гордона, который пытался что-то сказать, но не мог из-за отрубленного языка. Она протянула руку, схватила его за волосы и начала резать по линии роста волос. Он завизжал, когда нож разрезал слой кожи, и его волосы отошли.

Она потянула надрезанную кожу, глядя на красный скальп мужчины. Гордон дергался, пока она рассматривала его в руках. Это были его настоящие волосы, но выглядели, как дерьмовый парик. Ну ладно. Подойдя к Шерил, Мэдди начала снимать скальп таким же образом. Женщина беспомощно задергалась, как только ее макушка стала красной и голой.

Мэдди взяла скальп Гордона и приставила его к голове Шерил, проделав то же самое со скальпом Шерил, приставив его к голове Гордона. Она посмотрела на пару и засмеялась.

— Вы, ребята, выглядите нелепо! Вам должно быть стыдно! — сказала она, пока пара лежала, рыдая и пытаясь кричать. — А ты, Гордон, я в тебе крайне разочарована. Ты расхаживаешь тут, пытаясь вести себя, как крутой парень. Ты не кажешься мне таким уж крутым. Ты плакал, как маленькая сучка.

Мэдди протянула руку и стащила с него штаны, обнажив нижнюю часть тела. Она посмотрела на его член и засмеялась.

— Видишь? Выглядит довольно жалко для меня. Не то, чтобы я видела много их в моем возрасте.

Гордон закричал, пытаясь сказать: «Нет! Нет!»

Но Мэдди не обратила на это внимания, улыбнулась, подняла нож и потянулась к нему.

ГЛАВА 8

Гас стоял над обнаженным телом женщины, пока она кричала и ругалась. Повсюду была кровь, куски кожи и плоти. Енот даже выполз из кустов и перекусил чем-то. Он изрезал ее лицо до неузнаваемости и плоскогубцами скрутил ее соски прямо с груди.

Несмотря на все это, она оставалась непокорной. Конечно, она кричала и ругалась, но не сдавалась. Черт, она даже не умоляла его остановиться. Крепкая сука. Гас начал понимать, что в городе больше никого не было. Если бы на самом деле люди охотились, они бы уже появились. Особенно учитывая, сколько шума она наделала. Вероятно, слышали даже в Эль Пасо, как она кричала.

Она смотрела на него, улыбаясь, кровь стекала по ее лицу.

— Все, на что ты способен, любовничек? — сказала она. — Черт, мой племянник может причинить больше боли, чем твоя жалкая задница.

— Ты хочешь умереть? Что с тобой? Как будто тебе на все наплевать.

— О, дайте чертову гению медаль! Мне насрать, если я умру. Мы все умрем! Я убила много людей в свое время. Я думала, что рано или поздно меня убьют. Для меня это не имеет значения. Жизнь и смерть — это все, что есть.

— Довольно депрессивно, а? — хмыкнул Гас.

— Ты в Аду-сраный-штат-Техас. Нет ничего более депрессивного, чем это, — она повернула голову и сплюнула кровь.

— Ну и что теперь?

— Теперь ничего. Я думаю, ты здесь одна, в конце концов. И я сомневаюсь, что ты скажешь мне, куда все ушли.

— Ты действительно хочешь знать, гений? Зачем? Чтобы найти их и отомстить за сестру? Так? И что потом? Ты убьешь нас всех. Это не вернет твою сестру.

— Нет, но это у держит вас, животных, от убийств.

— Вот что я тебе скажу. Этот город больше не город. Большинство из нас исчезли. Они решили, что Ад — это больше, чем место. Это — идея. Они хотят принести ад на землю. Так что, они отправились в мир, чтобы сделать именно это. Принести Ад.