Тут из дверей библиотеки вышел старичок. Тот самый, что делал выписки из старых газет. Он был похож на всех этих безумных изобретателей и доморощенных ученых, которые засыпают патентные бюро и редакции описаниями своих изобретений или сенсационными теориями обо всем на свете, начиная с гипотезы, что люди произошли от земноводных, и заканчивая разоблачением американских астронавтов, которые не были на Луне, потому что она сделана из ноздреватого сыра, и если бы они там были, то наверняка бы это заметили. Катаев знавал таких. Порой они делали реципиентом своих идей правоохранительные органы. Так, одна старушка из Красносельского района постоянно приносила доносы, в которых убедительно доказывала, что ее соседи по коммуналке, якобы рабочие химзавода, на самом деле тайные агенты марсиан, а потому должны быть немедленно арестованы и залиты негашеной известью, потому что это единственный способ уничтожить инопланетного шпиона. В последних доносах бдительная старушка писала о том, что марсиане поняли, что она их разоблачила, и теперь стараются от нее избавиться. Ночью они пускают в ее комнату зеленоватый газ, наверное, ядовитый. Потом старушка перестала ходить. Наверное, переехала в другой район. Или умерла.

Никто не обратил внимания, сумасшедших всегда хватает.

Этот старичок был, по всему видать, того же роду-племени. «Что он там выписывал? – подумалось Катаеву. – Наверняка доказательства своей теории. О том, что в Петербурге орудует тайное общество каннибалов, например. И все пропавшие без вести на самом деле съедены. И статистика объявлений о пропавших без вести, доказывающая регулярность, раз в неделю, и можно даже сделать вывод о количестве.»

– Здравствуйте, молодой человек!

Пожилой человек прервал размышления Катаева. Здороваясь, он приподнял шляпу. «О, господи, он еще и в шляпе! – обреченно заметил Павел Борисович. – Точно, маньяк.»

– Простите, я случайно стал свидетелем. Вернее, слышал, чем вы интересуетесь.

– Какое вам дело? – Катаеву тотчас стало стыдно за свою грубость. В принципе, старикашка безобидный. И постарался смягчить тон: – Меня не правильно поняли. Снова. Вовсе я не интересуюсь всем этим, просто мне надо разобраться.

– Да-да! – произнес старик сочувственно. – Вы сказали: «снова»? Не в первый раз? Люди, люди… Не обижайтесь и не расстраивайтесь. Они ведь не ведают, ничего не ведают.

– Спасибо за понимание. Мне пора. До свидания. Всего хорошего.

Катаев решительно двинулся вперед, но старик неожиданно встал у него на пути.

– Всего минуточку. Поищите информацию в интернете, сейчас там можно найти все. Или почти все. У вас наверняка потом возникнут вопросы. Позвоните мне. Или, если стесняетесь, напишите по электронной почте. Вот, возьмите. – И он протянул Катаеву свою визитку. Катаев машинально взял. Старик вновь приподнял шляпу и попрощался по-книжному: – А теперь позвольте откланяться.

Старик свернул за угол. Катаев повертел в руках визитку. Она была сделана из толстого белого рифленого картона. Слева в углу одно слово: «ЛИГА». По центру: «Теодор II Ясенев-Белопольский». И ниже, маленькими буковками: «гроссмейстер».

Канцона XXII

По пути домой Павел Борисович все себе объяснил. «Лига» – это шахматный клуб пенсионеров Лиговского проспекта. Они собираются на лавочках или в парке. Какой есть парк на Лиговке? Никакого? Ладно, все равно. Собираются, играют в шахматы, у них такой клуб по интересам. И победителям своих клубных турниров присваивают звание гроссмейстера. Почему бы и нет? Чем бы старики не тешились… Теодор – это Федор, если по-нашему. Второй, потому что в клубе два Федора. А Ясе-нев-Белопольский. что ж, бывают фамилии и по-заковыристее!

Модный старик, однако! С интернетом и электронной почтой. Ну-ну.

Катаев был зол на себя, что решил в нерабочее время пойти в библиотеку и изучать тему гермафродитизма. Наверняка под влиянием всех этих голливудских фильмов про оборотней или сыщиков-любителей и всяких прочих X-files. Герой проводит собственное расследование загадочной гибели школьников в Колорадо. Никаких улик, только в волосах одной жертвы кал летучей мыши. Герой хочет узнать все о кале летучих мышей и садится на ночь за толстые книги. Нам показывают несколько сцен: вот он зарылся в старинные пухлые фолианты, вот что-то ищет в компьютере, а потом утро, и он такой весь с опухшими глазами, ни минуты не спал, но все понял про кал летучих мышей и теперь точно найдет серийного убийцу.