Читаем Абвер полностью

С у д о п л а т о в. Долго молчал, не шел на контакт.

С т а л и н. Вы его лично допрашивали? Кажется, Вы владеете немецким?

С у д о п л а т о в. Так точно, товарищ Сталин! Допрашивал! Мы ему пообещали каждый день на его глазах расстреливать солдата, начиная с нижних чинов. После этого он заговорил. Дал позывные для поддержки радиосвязи с Берлином.

С т а л и н. Что удалось узнать о командире?

С у д о п л а т о в. Это капитан Вильгельм Нойман, выпускник Берлинской разведшколы. Успешно проводил военные и идеологические диверсии в Испании, за что Гитлер наградил его рыцарским крестом второй степени. Его команда обеспечивала вторжение Вермахта сначала в Польшу, затем через Бельгию во Францию. Границу СССР команда перешла в первые дни войны. Они двигались через Львов, Тернополь, Проскуров, Винницу. Цель – выход на Киев.

С т а л и н. Тот еще прусак! Вот с кем мы воевали в Испании! Как этот Нойман оценивает свое положение?

С у д о п л а т о в. Он обескуражен и не может понять, что с ним произошло. Он уверен, что Гитлер вскоре возьмет Москву, сожалеет, что его при этом не будет на параде?!

С т а л и н. Подумаешь, Наполеон объявился! Как лучше распорядиться этим подарком от Гитлера?

С у д о п л а т о в. С началом радиосвязи с Берлинским центром мы поняли, что таких команд на Украине несколько. Пришла на ум одна идея, но это потребует больших усилий от НКВД.

С т а л и н. А конкретно?

С у д о п л а т о в. Через структуры НКВД надо подобрать и подготовить сто двадцать человек, владеющих немецким языком. Главное найти достойного командира с боевым опытом.

С т а л и н. Продолжайте.

С у д о п л а т о в. Мы эту, нашу команду, вернем Гитлеру.

С т а л и н. Вы уверены в успехе такой команды?!

С у д о п л а т о в. Уверен, товарищ Сталин! Надо только найти сильного командира. Но, где сейчас его взять?!

С т а л и н. Ваша идея, товарищ Судоплатов, заслуживает внимания. Давайте свяжемся с министром госбезопасности. (Приглашает по телефону Берия, раскуривает трубку).

Входит Берия. Судоплатов встает, руки по швам.

С т а л и н. (Машет рукой.) Заходи, Лаврентий Павлович! Ты уже знаешь, какую птицу поймали твои орлы?!

Б е р и я. Вы имеете в виду абверовскую команду? Я уже составил наградной список на командира и его десантников. Такая добыча не каждый день случается.

С т а л и н. О наградах позже. Лучше послушай, Лаврентий, что предлагает твой начальник внешней разведки. Говорите, товарищ Судоплатов!

С у д о п л а т о в. Хорошо бы привлечь через органы сто двадцать чекистов и подучить их немецкому. При этом необходим толковый командир.

Б е р и я (Удивленно). Вы хотите запустить к немцам Троянского коня?! Скорее, это будут наши русские медведи! Ну, генерал, я всегда поражался твоим задумкам! Каков, товарищ Сталин, а?!

С т а л и н. Вы, товарищ Берия, поработайте с товарищем Судоплатовым. Мне надо подумать о фронтах. Ленинград в блокаде. Враг подошел к воротам Киева.

Берия и Судоплатов выходят из кабинета Сталина.

С у д о п л а т о в. Лаврентий Павлович! Когда я смогу начать работу с командиром “медведей”?

Б е р и я (Улыбаясь). Завтра не обещаю! Через неделю позвоню.

ПРИБЫТИЕ НА ЛУБЯНКУ

До Москвы я добирался на поездах и попутках. Удостоверение работника НКВД очень помогло моему быстрому прибытию. Явившись в приемную на Кузнецком мосту, я передал мои документы дежурному капитану. Через несколько минут мне предложили пройти в здание на Лубянку. При входе в указанный кабинет, еще не успев закрыть тяжелую дверь, я услышал громкий, повелительный вопрос на немецком языке:

– Кто вы? Откуда прибыли? Докладывайте!

Обернувшись, я увидел, что за столом и возле стола сидело человек шесть старших военных. Когда пригляделся к золотым нашивкам на рукавах, это избавило меня от первоначального шока (откуда в Москве немцы?). В Николаеве меня проинформировали, что возможна встреча с высшими руководителями госбезопасности СССР. Мгновенно я выделил генерала, сидевшего в середине, и, как немецкий младший чин, доложил по-немецки:

– Господин генерал! Обер-лейтенант Шепеленко прибыл из города Николаева для дальнейшего прохождения службы!

При этом я принял стойку «смирно» и пристукнул каблуками (вспомнив, как это делали немецкие диверсанты). Кажется, мне удалось неплохо преодолеть этот внезапный психологический шок потому, что я услышал одобрительный шепот: «Какой молодец!» Мне было предложено присесть на стул напротив стола.

Присев, я стал изучать лица высших офицеров. Меня беспокоила неопределенность и цель «столь высокого приема». Генерал, имевший на кителе ордена Боевого Красного Знамени и Красной Звезды, был довольно молодым. У него были черные волосы и волевое лицо. Под его орденами был прикреплен значок чекиста. Этот значок я видел и раньше, но сейчас он почему-то поглотил большую часть моего напряженного внимания.