Читаем Абсолютные константы (ЛП) полностью

По комнате пронеслось едва ощутимое дуновение страха. В груди у Спенсера похолодело. Он был знаком с понятием неминуемого разрушения планеты — как и все теперь, — и помнил ту беспомощность, ужас и смущение, когда вышел из транса на краю крыши (и никто не умолял его спуститься), незнакомое чувство полного неведения, когда улицы заполонили далеки, помнил тошнотворную вину и чувство утраты, когда отыскал наконец отца, который жил отдельно от них — и оказалось, что его уничтожили много месяцев назад.

Но на этот раз они не были беспомощны. Их союзник, судя по слухам и легендам, оказался самым пугающим во вселенной существом.

Встретив взгляд Доктора, темный, древний и наполненный тлеющей яростью, Спенсер захотел поверить слухам и легендам.

— Как? — спросил он сдавленно, и голос прозвучал выше, чем хотелось. Спенсер понимал, что остальную часть вопроса: «Как один человек, пусть и пришелец с развитыми технологиями, может разрушить планету?» произнести не сумеет, но, к счастью, Доктор и так его понял.

— В том-то и дело! — воскликнул Доктор, надел очки в толстой оправе и, бросившись к компьютеру, вытащил какое-то устройство: звуковую отвертку, если память не обманывала (а у Рида она никогда так не делала, исключая ситуации, когда виной была травма, время или определенная генетическая предрасположенность). — Это невозможно! О… хотя способов взорвать планету полным-полно, — продолжил он, перекрикивая жужжание отвертки, и пренебрежительно взмахнул свободной рукой. — Но разлома поблизости нет, а большинство остальных способов требуют просверлить шахту к ядру, и тогда даже вы заметили бы это.

Он резко замолчал, обдумывая сказанное.

— Здесь ведь не случалось необычных землетрясений, верно? — спросил Доктор, бросив взгляд через плечо.

— Нет, — сухим, как пустыня, тоном отозвалась Стюарт.

— Тогда ладно, — рассеянно (или скорее, решил Спенсер, изображая рассеянность) сказал Доктор. — Метеориты тоже сработают, хватит и одного, достаточно большого, но тогда у-улау не потребовалось бы приземляться, не говоря уж о том, чтобы вселяться в кого-нибудь и начать устранять тех, кто ему мешает… и я не могу отследить этот чертов сигнал!

Он резко повысил голос и без видимого результата хлопнул по компьютеру, за которым работал. Все тут же отшатнулись в страхе.

— Прошу прощения, — взяв себя в руки, сказал Доктор. С усилием облокотившись об стол, он снял очки и, пощипав себя за переносицу, крепко зажмурился. Но тут же внезапно продолжил, как будто силы вернулись к нему: — Хорошо! Он пользуется каким-то маскирующим устройством, и неплохим. Возможно, регуланским. У меня не выйдет отследить сигнал до места запуска, но зато можно сказать, что он его отправил.

— Но зачем? — спросил Морган, который вплоть до настоящего момента оставался непривычно тихим. Изначальные подозрения сошли на нет, но обеспокоенность, с которой он следил за Доктором, сохранялась.

— Если мои догадки верны, а так обычно и бывает, он использует бомбы. Целая система бомб, очень мощных, установленных в ключевых точках земной поверхности. Установить их нетрудно, с его-то бюджетом и технологиями. Чего я не могу понять, — продолжил Доктор, вскочил на ноги и снова начал мерить комнату шагами, распространяя флюиды недовольства и нетерпения, — как он собирается послать сигнал всем бомбам одновременно. Чтобы его план сработал, они должны взорваться с разницей в наносекунды, иначе сработают всевозможные защитные устройства и системы безопасности. Ему нужно передать сигнал на всю планету одновременно, а это невероятно трудно, даже с орбиты. А с поверхности — определенно невозможно!

— А спутники он может использовать? — спросила Прентисс.

— Ну… да, в теории, но это должна быть всемирная сеть, а с учетом сложности сигнала она должна быть полностью совместимой на всех уровнях. На Земле такого никогда не существовало — если не считать системы «Архангел», но ее демонтировали.

— Нет, не демонтировали, — заявил Спенсер, автоматически исправляя неверную информацию. Но к реакции Доктора он оказался совершенно не готов. Тот замер и побелел как полотно, широко раскрыв глаза. Зрачки расширились — Доктор физически прекратил дышать: секунда, две, и тогда…

— Что? — переспросил он мертвенно спокойным голосом, снова нормально дыша.

— Сеть отключили, но спутники остались на орбите, — машинально отозвался Спенсер, хотя разум его лихорадочно работал: реакция на страх, тут же взятая под контроль. Чистый ужас, почти немедленно признанный нерациональным и подавленный. Старое воспоминание, кошмар: Гарольд Саксон, припомнил Спенсер, играл крайне важную роль при создании сети «Архангел». А рядовой Уэллс говорил, случилось нечто ужасное, нечто при участии Саксона, нечто настолько чудовищное, что даже человек, переживший разрушение собственной планеты, не смог вынести…

Голос Доктора, тихий, ядовитый и твердый, как сталь, прервал его мысли.