Читаем Абонент доступен полностью

– Давай на следующей неделе, может, я там посвободнее буду.

– Ну, давай, потом тогда поговорим. Отдыхай там.

– Ну, давай, звони.

Отложив в сторону телефон, Андрей открыл раму окна и впустил кота. Кот медленно просунулся внутрь. Андрей потрепал его по голове, натянул на себя свитер, куртку и направился к входной двери.


***


Девушка в блузке подошла к барной стойке, где сидел Андрей, и поставила перед ним кружку пива. Андрей взял кружку, чокнулся с двумя девицами и с едва живым мужиком в кепке, после чего приложился к напитку, который золотился в барном свете причудливыми бликами. Лицо Андрея было пустым. Все молчали. Девушка в блузке, которая в этот момент показалась Андрею самым прекрасным из всех созданных богом существ, что-то сказала ему, но сквозь громкую музыку он не услышал ни слова.

– Человеку нужны не деньги, а отечество! – пролепетал мужчина в кепке. Он перестал пьянеть уже час назад и теперь с каждым новым стаканом становился только трезвее. Андрей отодвинулся от него, подсев вплотную к двум девицам. Одна из них курила. Она выпускала дым в сторону бара, он поднимался вверх и переливался в неоновых огнях, словно северное сияние.

– Если нет отечества, то ничего и нет… – продолжил мужчина.

– Тебя как зовут? – прокричала одна из девушек, обращаясь к Андрею. Она сидела рядом с ним и постоянно смеялась тонким и заливистым смехом. Ее светлые волосы были подстрижены на уровне плеч. Прямо над ее головой горела лампа светильника, свет которой стекал по лицу девушки, резко оттеняя все его грани.

– Андрей.

– Как? Говори громче, ничего не слышно.

– Андрей!

– А меня Лиза. А это Таня.

Вместо приветствия Таня выпустила в сторону Андрея облако дыма. Лицо ее было накрашено так ярко, что понять с ходу, что кроется за этими красками было невозможно.

– Сегодня всемирный день яйца. Мы сидим пьем за яйца. – проговорила Лиза и рассмеялась, облившись коктейлем. Лицо ее подруги не постигло никакой перемены.

Андрей натянул на лицо улыбку.

– А ты чё один сидишь?

– Я не один. Я просто в маленьком масштабе.

– Чего?

– Масштаб. Если посмотреть на звезды, кажется, что они все рядом друг с другом и их много. А на самом деле между ними миллионы световых лет. Все зависит от масштаба.

– Чего?

– Забей, я так…

– Постой, я сейчас соображу. Блин… Я не такая тупая, как тебе кажется… – Лиза залилась смехом. – Выходит… вас здесь много?

– Кого нас?

– Ну, ты сказал, что ты… как звезды, которых много.

– В каком-то смысле да.

– А где тогда остальные?

– Не здесь много, а вообще, везде. В каждом баре по одному. Сидим, пьем и несем какую-нибудь хрень.

– Ты че, агент какой-то?

– Почему?

– Ну, раз вас в каждом баре по одному. Зачем вы в них сидите? У вас какая-то секретная миссия? Как у этого… как его там. Джеймс Бонда?

Андрей попробовал улыбнуться, но вышло это не слишком натурально. Ему не хотелось не говорить, не думать, не, тем более, улыбаться. Ему было приятно наблюдать за всем происходящим со стороны, слушать, как люди говорят, смеются, пытаются перебить друг друга, но вот быть участником всех этих бессмысленных происшествий в его планы не входило.

– Нет, у нас другая миссия, – пробормотал Андрей.

– И какая?

– Не знаю.

– За нашу миссию! – вставил мужчина в кепке. Он опрокинул еще одну рюмку, утер рот рукой и окончательно отрешился от окружающего мира.

– А хочешь, мы все узнаем? – проговорила Лиза.

– Нет.

– Я серьезно, если хочешь, Таня все узнает, она гадать умеет. Между прочим, она цыганка…

– Я не Цыганка. У меня мать цыганка, а я нет, – ответила Таня. Она была пьяной, и постоянно улыбалась своими пышными губами. В улыбке этой не было ничего связанного с улыбкой. Лицо ее всегда оставалось одинаковым, чтобы не происходило.

– Какая разница! У нее вообще все сбывается! Она мне один раз нагадала, что моя машина разобьется, в итоге я на нее забила… на машину. Как дура на автобусе каталась … а потом ее угнали и разбили.

– Сказать можно, что хочешь, и за жизнь оно так или иначе сбудется…

– Ну, хватит скромничать. У нее настоящий дар… давай садись ближе, суперагент, сейчас мы тебе все разгадаем…

– Ты и вправду гадаешь? – Спросил Андрей.

– Немного. Я же цыганка.

– Ничего себе немного, да у тебя дар от бога… – поддержала Лиза. Она допила коктейль и отодвинула в сторону.

– Ну давай тогда, погадай. Почему бы нет.

– А это тебе нужно?

– Да он же сказал, что за этим, как его… пришел сюда… Давай доставай.

– Я все равно не верю в это, так что гадай.

– Ну, смотри. С этим шутить нельзя…

Таня взяла свою сумочку, достала из нее колоду карт, перемешала их и разложила на столе.. Лицо ее стало серьезным. До этого бессмысленное выражение глаз наполнилось чем-то глубоким, словно что-то огромное спало в них и только теперь проснулось, руки Тани двигались легко и нежно.

– Выбери три карты. – прозвучал голос Тани. Он тоже изменился и стал еще более волнительным. Андрей, который под испытующим взглядом Тани перестал считать все пустой ерундой, вытянул три карты и пододвинул к себе. Он хотел посмотреть их, но Таня его остановила.

– Нельзя смотреть.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Шаг за шагом
Шаг за шагом

Федоров (Иннокентий Васильевич, 1836–1883) — поэт и беллетрист, писавший под псевдонимом Омулевского. Родился в Камчатке, учился в иркутской гимназии; выйдя из 6 класса. определился на службу, а в конце 50-х годов приехал в Петербург и поступил вольнослушателем на юридический факультет университета, где оставался около двух лет. В это время он и начал свою литературную деятельность — оригинальными переводными (преимущественно из Сырокомли) стихотворениями, которые печатались в «Искре», «Современнике» (1861), «Русском Слове», «Веке», «Женском Вестнике», особенно же в «Деле», а в позднейшие годы — в «Живописном Обозрении» и «Наблюдателе». Стихотворения Федорова, довольно изящные по технике, большей частью проникнуты той «гражданской скорбью», которая была одним из господствующих мотивов в нашей поэзии 60-х годов. Незадолго до его смерти они были собраны в довольно объемистый том, под заглавием: «Песни жизни» (СПб., 1883).Кроме стихотворений, Федорову, принадлежит несколько мелких рассказов и юмористически обличительных очерков, напечатанных преимущественно в «Искре», и большой роман «Шаг за шагом», напечатанный сначала в «Деле» (1870), а затем изданный особо, под заглавием: «Светлов, его взгляды, его жизнь и деятельность» (СПб., 1871). Этот роман, пользовавшийся одно время большой популярностью среди нашей молодежи, но скоро забытый, был одним из тех «программных» произведений беллетристики 60-х годов, которые посвящались идеальному изображению «новых людей» в их борьбе с старыми предрассудками и стремлении установить «разумный» строй жизни. Художественных достоинств в нем нет никаких: повествование растянуто и нередко прерывается утомительными рассуждениями теоретического характера; большая часть эпизодов искусственно подогнана под заранее надуманную программу. Несмотря на эти недостатки, роман находил восторженных читателей, которых подкупала несомненная искренность автора и благородство убеждений его идеального героя.Другой роман Федорова «Попытка — не шутка», остался неоконченным (напечатано только 3 главы в «Деле», 1873, Љ 1). Литературная деятельность не давала Федорову достаточных средств к жизни, а искать каких-нибудь других занятий, ради куска хлеба, он, по своим убеждениям, не мог и не хотел, почему вместе с семьей вынужден был терпеть постоянные лишения. Сборник его стихотворений не имел успеха, а второе издание «Светлова» не было дозволено цензурой. Случайные мелкие литературные работы едва спасали его от полной нищеты. Он умер от разрыва сердца 47 лет и похоронен на Волковском кладбище, в Санкт-Петербурге.Роман впервые был напечатан в 1870 г по названием «Светлов, его взгляды, характер и деятельность».

Иннокентий Васильевич Федоров-Омулевский , Павел Николаевич Сочнев , Эдуард Александрович Котелевский , Иннокентий Васильевич Омулевский , Андрей Рафаилович Мельников

Детская литература / Юмористические стихи, басни / Приключения / Проза / Русская классическая проза / Современная проза