— Надеюсь, празднуют победу, поэтому Эрик не звонит, — пыталась она убедить себя. Ожидание с каждой минутой добавляло все больше тревоги и нехороших мыслей.

— Хотя, зная, как я волнуюсь, Эрик бы обязательно предупредил, что происходит.

После ее слов на душе стало совсем неспокойно. Пытались отвлечь себя разговорами, но они не клеились, мы постоянно возвращались к теме боя.

— Не хочу Эрика отвлекать, но если он не позвонит в течение десяти минут, я сама ему наберу, — взглянув на экран молчащего телефона, недовольно проворчала подруга. Я ее понимала, сама порывалась позвонить раз сто Киру, но я вроде как не знаю, что сегодня у него бой.

* * *

Кирилл

Первым в клетку вошел судья. Прозвучало мое имя, под громкие выкрики и аплодисменты я вошел в восьмиугольный ринг. Следом последовал и мой соперник под не менее громкие рукоплескания.

Сосредоточенность только на бое, все посторонние мысли остались за пределами клетки. У меня пять раундов по пять минут, чтобы забрать выигрыш.

Противник попался достойный, его удары не сильнее моих, но парень значительно опытнее в данном виде единоборств и это чувствовалось. Мне не хватало опыта совмещать боксерские приемы с ударами ног, но зато защита и сильные удары руками мои козыри и я их успешно применял.

Я уверен, что веду в счете, но мне нужна досрочная победа, несколько ощутимых ударов в челюсть я пропустил, чувствую, как нарастает головная боль. Как следствие появляется заторможенность реакций, пусть пока она и не ощутима, но я могу так и проиграть, а этого нельзя допустить.

Крики друга доносятся, словно через вату, собираю силы, провожу комбинацию неплохих ударов, апперкотом завершаю бой. Противник в нокауте.

Повезло. Просто повезло выиграть бой. Этот шум, гул голосов очень напрягают, давящая головная боль только усиливается. Рефери поднимает мою руку, как сквозь сон жму руку соперника, принимаю поздравления.

Замечаю встревоженный взгляд друга, он о чем-то шепчется с Борисычем. Мы покидаем с ним ринг. Хорошо, что сейчас объявят следующий бой и нас задерживать никто не станет. Пытаюсь улыбнуться сквозь боль, наверное, не очень убедительно вышло, раз глаза Эрика так сужены. Понимаю, что ему есть о чем беспокоиться, координация моих движений нарушается.

Он ведет меня не в пыльную коморку, а на улицу, поддерживая под локоть, ноги удается с трудом передвигать.

— Кирилл мы едем в больницу, вещи заберет Борисыч.

Я не возражаю, головная боль такой силы, что не на что больше сил не остается. Да я и сам понимаю, что неладное творится со мной. Зрение подводит, в глазах с каждой секундой темнее и темнее. На заднее сидение машины, друг помогает лечь, о чем-то говорит… или кричит?

* * *

Ксюша

Рингтон телефона подруги заставил нас вздрогнуть, в таком напряжении обе находились — звонил Эрик.

— Эрик? Что?!

Ее голос срывался, я уже поняла, произошло что-то нехорошее.

— Как это произошло?

Эрика я слышать не могла, мне оставалось только внимательно следила за Мишель, ее мимика и слезы на глазах, оптимизма не внушали. Меня стало трусить.

— Как он? — спросила она мужа.

«Жив. Значит, жив». Мысленно возблагодарила бога за это.

— Хорошо Эрик, я поняла. Сейчас позвоню. Может, я к тебе приеду?

Закончив звонок, она принялась еще кому-то звонить. Я следила за ее действиями, хотелось обо всем расспросить, но язык не поворачивался задать мучавшие меня вопросы. Зажав ладошки между бедрами, пыталась хоть как-то унять дрожь.

— Алло мам? Не переживай с Максом все в порядке, я по другому поводу звоню, — всхлипывая, продолжала говорить подруга.

— Мам, ты еще на работе? Нет? А можешь прямо сейчас поехать в больницу? Нет, нет. Кирилл, друг Эрика в реанимации. Врачи пока ничего не говорят, ты не можешь зайти и разузнать в каком состоянии Кир? Да, они в первой городской. Нет, ни одна, я с Ксюшей, — Она повернулась ко мне, впервые за это время мы встретились глазами.

— Да, сейчас передам. Мама хочет тебе, что-то сказать.

— Да, здравствуйте, Надежда Юрьевна, — смогла выдавить из себя. — Хорошо я передам, и присмотрю за ней, не переживайте. Попрощавшись, я отключила телефон.

— Твоя мама просила тебя не волноваться, можешь потерять молоко и этим сделаешь хуже Максу. Сейчас я тебе заварю чай. Она сейчас сюда Евгения Вячеславовича отправит, чтобы ты не оставалась одна.

Через сорок минут отец Мишель уже был у ворот. Подруга отправилась его встречать. Пока мы сидели и ждали отца Мишель, решили поехать в больницу, домой я уже позвонила, предупредила родителей. Уговорить Евгения Вячеславовича остаться и присмотреть за внуком, проблем не составило. Отец Мишель, видя, в каком она состоянии, сразу же согласился. Да и Эрику она сейчас нужна, а с Максом он с удовольствием останется.

Вызвав такси, мы отправились в первую городскую больницу. Сидеть и ждать новостей — самое трудное, что можно придумать.

Глава 15

Ксения