Слабенько кивнув, я ответил,— Благодарю, директор. Хорошего вам дня, мне пора… эээ… идти на уроки.

— Идите… и не разочаровывайте меня впредь, — закончил директор, вернувшись к кипе бумаг, лежавших на столе.

<p>Глава 22</p>

С момента моего небольшого разговора с директором прошел месяц; того студента, кстати, исключили. Но это волновало меня в последнюю очередь. До экзаменов оставался жалкий месяц, что огорчало: моя подготовка хоть и была основательной, но дыры в знаниях и практических умениях там были размером с карьер. Может, я немного преувеличиваю, но дыры имели место быть.

Может быть, информацию я и смог залить себе в голову, но вот распробовать ее — нет. Упор шел целенаправленно в количество, а не в качество, что печалило меня, ведь знания становились для меня обременением, а не полезной информацией.

Как бы печально это ни было, пройти трехлетнее обучение за год оказалось намного сложнее, чем я вообще мог себе представить. Да какой год! Меньше шести месяцев с начала заключения сделки. Как бы сильно я ни старался, я понимал, что, скорее всего, пройду по грани. И мне понадобятся не только знания и умения, но и толика удачи.

Моё дело маленькое, поэтому единственное, что мне оставалось — делать всё от меня зависящее; остальное же списывать на факторы, от меня не зависящие.

В очередной раз, занимая место в гостиной на моём личном месте, я достал очередной учебник в предвкушении порции магической мути. Серьёзно, временами это были не учебники, а непонятные сказки вперемешку с метафорами, аналогиями и легендами. Никакой конкретной теории — только мозгодробительные строки текста, малопонятные для восприятия. Особенно забавен был тот факт, что вопреки моим ожиданиям больших талмудов информации на несколько тысяч или сотен страниц, многие книги — тоненькие справочники не больше сорока — шестидесяти страниц.

— Аберфорт.

Только я начал читать первую страницу, как меня окликнул голос нашей старосты Виолетты. За почти весь первый год обучения мне довелось порядком пообщаться с этой девицей, и моё мнение о ней было крайне противоречивым. С одной стороны, она была прилежной, симпатичной и упёртой девушкой, добивавшейся своего несмотря ни на что, но при этом не забывала помогать окружающим. А с другой — делала она это лишь для создания образа идеальной среди моря «человеческой чехурды».

Просто так меня обычно не беспокоили, а значит, меня либо ждут проблемы, либо… всё-таки проблемы,— Слушаю тебя, Виолетта. Что-то случилось? — сразу перешёл я к делу.

— С чего ты… — Девушка задумалась и, махнув рукой, продолжила. — Впрочем, неважно. Для тебя есть крайне важное задание, хотелось бы заметить. — Она явно нарочно нагнетала драматичность. — Дело очень деликатное… и, как бы это сказать… статусное!

— Виолетта, — вздохнул я. — Давай ближе к сути, у меня мало времени!

Почему я общаюсь со старостой так фамильярно? Это естественно! У нас сложились крайне специфичные отношения, и нет, там не было ни капли похабности. Хотя какая похабность, если мне двенадцать, а ей — шестнадцать. Это когда я вырасту вопросы возраста так остро стоять не будут, а сейчас, меня разве что извращенки в качестве объекта сексуальности воспринимали.

Так вот — Виолетта. С моей стороны, я позволял использовать свою фигуру как рекламу — представляли меня этаким зверьком, идеальным студентом. На меня вешали титулы: мистера «пай-мальчика», прилежного ученика и максимально вежливого с преподавателями студента. Она получала удобную фигуру для раскрутки репутации нашего факультета среди поступающих и учителей, а заодно методом ассоциативного анализа — репутацию идеальной старосты, которая «и налоги не поднимает, и тротуары хорошие делает, да ещё и страну с колен поднимает». Образно выражаясь.

— Аберфорт, я говорю крайне серьёзно — задание прямиком от директора, — продолжила девушка, и после этих слов меня сильно заинтересовало её дальнейшее повествование. — Сегодня нашу школу посетит важный гость из Чехии. По слухам, он — значимая фигура среди магов Европы. Твоя задача — показать ему школу: кафедры, рассказать об обучении от первого лица, похвалить наше заведение. Ну, ты понимаешь. — Она многозначительно подчеркнула последнее. — По этому случаю тебя освободят от всех уроков, и весь день ты посвятишь этому человеку. Главное — помни: по слухам, он пожилой человек, говорят,что ему за двести! Представляешь? Ты целиком отвечаешь за его сохранность и удовлетворённость нашей системой обучения. Всё понятно?

— Вполне, — кивнул я, представляя, зачем сюда явится какой-то старик. И с чего это вдруг ему понадобился первокурсник для экскурсии. — Когда приедет достопочтенный гость?

— Точно не скажу, но скоро, думаю, после завтрака.

— Хорошо.

* * *

— Здравствуйте, меня зовут Виолетта Боунс, я староста факультета Слизерин, — с вежливым поклоном представилась девушка.