Читаем А. Смолин, ведьмак полностью

— Первые ведьмаки из дружинных воев князя Олега есть-пошли, так гласит каноническая легенда, — ответил мне собеседник. — Того самого Вещего Олега, которого гадюка укусила, если верить Пушкину. Но ты не верь, он по-другому голову сложил. Что до бритья налысо — у них тогда такой тренд был, чтобы череп до блеска полировать. Времена дикие, война кругом, без волос сподручнее. Враг за чуб не схватит, потеешь меньше. Ну и насекомых нет, это тоже плюс.

— Жесть, — проникся я.

— Не то слово. Короче — скука там смертная. Да еще лес вокруг, а я его… Ну говорил уже. Так что, Сашка, нет никаких профессиональных объединений у тех, кто под Луной живет. По крайней мере, в столице нашей Родины точно. На периферии еще встречаются диковины вроде волкодлачьих деревенек, но здесь — не-а. Да и отдельские такое не приветствуют.

— «Отдельские»? — насторожился я.

— А ты как думал? — Олег криво усмехнулся. — В государстве живем, а оно за всеми бдит. И за нами тоже… Есть у нас в городе настоящие охотники за нечистью, причем облеченные законной властью. Нет, так-то они ребята нормальные, если ведешь себя спокойно и людям не докучаешь, то к тебе не полезут. Но если попробуешь границу перейти, покоя не будет. Из-под земли вытащат, причем иногда в прямом смысле слова. Да чего далеко ходить — в том году один из наших заигрался. Что к чему, толком не знаю, но кровь людскую лить начал как водицу. Вроде как даже кого-то из наших прикончил, что ни в какие рамки. Мне про это Макарыч рассказал, он на Зацепе живет, один из самых старых московских ведьмаков. Надо признать, что он на редкость приличный старикан, особенно на фоне остальных реликтов. Макарыч было начал собирать Малый Круг, чтобы, значит, разобраться с этим злодеем, но опоздал. Тот сам сгинул. Точнее — погиб. И странно так — на кладбище шею себе свернул, дескать, упал неудачно. Ведьмак — и свернул шею? Даже не смешно. Рубль за сто — их работа. Но претензий — ноль, все честь по чести, по заслугам и наказание.

— Нескучно живете, — выдохнул я, радуясь тому, что лишнего не сболтнул. Вроде бы и хорошо Олег о сотрудниках 15-К отзывается, но особого тепла в его голосе я не услышал. Как и симпатии. А узнай он, что я с ними неплохо знаком, да еще и сплю с одной из их сотрудниц? Не думаю, что это добавит мне авторитета. — Весело. С огоньком.

— Тьфу-тьфу-тьфу, не накаркай. — Олег снова взялся за графинчик. — Но в целом — да. Вот только взаимопонимания у нас со стариками все меньше и меньше. Они не признают то, как живем мы. «Мы» — это те, кто родился уже после падения дома Романовых. Ну или после свержения царя Гороха. Собственно, про это я тоже хотел с тобой поговорить, только давай сначала выпьем.

И мы немедленно выпили.

В голове у меня уже изрядно шумело, но при этом связи с реальностью я не терял, как видно, из-за нестандартности беседы.

— Так вот. — Новый приятель стукнул рюмкой по столу. — Смотри. Если тебя нашел я, то раньше или позже тебя отыщут и наши ветераны, после чего призовут на круг. До конца мая осталось всего ничего. Имей в виду, они тебя непременно на четыре кости поставить решат.

— В каком смысле? — у меня даже хмель из головы выскочил. — Не-не, я не по этой части. Все понимаю — древние обряды и все такое, но подобные забавы без меня.

— Ты совсем дурак? — постучал себя по голове Олег. — В переносном смысле, не в прямом.

— Поди тебя пойми, — проворчал я.

— Они всех новеньких под себя гнуть пробуют, — пояснил ведьмак. — Правда, новенькие не каждое десятилетие случаются, но тем не менее. И тебя попробуют. Мол — традиции святы, ты сначала в доростках побегай, нам послужи, а уж после решим, достоин ты круга или нет.

— Да ну нафиг, — отказался я. — Мне этой канители на работе хватило за гланды, теперь еще здесь меня нагибать станут.

— Про то и речь. — Олег пододвинулся ко мне поближе. — И нас это достало. В прошлом году из-за этого антиквариата мы чуть с семейством волкодлаков из Бибирево не сцепились. Один из патриархов чего-то с их отцом не поделил, но сам решил не мараться и троих молодых ребят из наших разбираться отправил. Мол — не царское это дело. А оно им нужно, каштаны для других из огня тягать?

— Ни разу, — даже не стал спорить я. — Только непонятно пока, что от меня требуется? Или я избранный, и мое слово может изменить судьбы этого мира?

— Ты? — с сомнением посмотрел на меня Олег. — Это вряд ли. Не тянешь ты на избранного. Без обид — жидковат. Но зато можешь стать поводом.

— Поводом для чего?

— Для того, чтобы поднять вопрос о целесообразности отмены ряда устаревших традиций.

Однако везде одно и то же. Тут тоже подковерные игры имеются, во всей своей красе. Я стану поводом, развернется дискуссия, и в результате мне может неслабо прилететь в том случае если… Да практически в любом случае.

— Не знаю, не знаю, — протянул я с сомнением. — Вот так сразу в бутылку лезть, только-только заявившись на круг. Это как-то не очень верно.