Читаем 95-16 полностью

Шель отодвинул занавеску и приоткрыл ставню. С улицы повеяло приятной прохладой.

Кэрол намочила полотенце и положила компресс на голову Груберу. На столике возле тахты стояли бутылка и две рюмки. Шель налил вино.

— Выпей.

— Брр! — передернул плечами Джонсон, отодвигая пустую рюмку.— Ну, что будем делать дальше, Ян?

— Ерунда! Обойдемся без него. Пойдем осмотрим квар­тиру. Если этот чемодан или бумаги действительно у него, мы их отыщем.— Шель с трудом поднялся, подошел к откры­тому окну и глубоко вздохнул.

— Давай! — сказал он, осматриваясь.— Начнем с этой комнаты.

— В доме нет ничего,— заявил Джонсон после двадцати минут бесплодных поисков.

— Он мог спрятать бумаги где-нибудь снаружи, хотя вряд ли… Он собирался покинуть Гроссвизен… — Шель поглядел в сторону тахты.

Грубер дышал спокойней, глаза у него были закрыты. Кэрол меняла компресс.

— Надо еще заглянуть в машину,— без особой уверен­ности сказал Шель.— Если мы и там ничего не найдем, при­дется подождать, пока он придет в себя. Ключи, наверное, у него при себе. Он подошел к немцу и, бегло осмотрев его карманы, потряс связкой ключей.— Есть!

Друзья вышли в сад, а оттуда на шоссе. В машине лежали только плед и несколько журналов. Шель открыл багажник. Было слишком темно, чтобы что-нибудь разглядеть, поэтому он засунул туда руку и сразу же наткнулся на неровную фиб­ровую поверхность, а потом нащупал ручку.

— Есть там что-нибудь? — спросил Джонсон. В ответ Шель вынул чемодан.

— Есть! — радостно шепнул он.— На сей раз ключик к ре­шению загадки у нас в руках.

Захватив небольшой потрепанный чемодан с собой, они вернулись в комнату. Кэрол, усевшись в кресло, следила за ними с нескрываемым любопытством. Она чувствовала, что приближается переломный момент в ее жизни, хотя и не зна­ла, насколько благоприятным окажется для нее исход.

Шель открыл чемодан. Он был набит самыми обычными серыми картонными папками, уложенными в две ровные стоп­ки. Шель вынул верхнюю и с нетерпением развязал тесемки.

«Experimente und Forschungen zur Feststellung des Wesens und der Ursache der Angst»[25],— с удивлением прочитал он заголовок на первом листе.

«Drohung als Stimulus der Angst und die Konsequenzen»[26].

— Ты что-нибудь понимаешь? — спросил он сидящего ря­дом Джонсона.

— Пока не очень.

В течение следующих двадцати минут Шелем овладело та­кое ощущение, будто он погружается в нереальный мир, засе­ленный чудовищными порождениями больного воображения. Об ужасных, невероятных преступлениях рассказывалось человеческими словами, тщательно составленными и акку­ратно записанными фразами. С растущим ужасом он пробегал глазами текст бумаг. Порой торопливо прочитанные формулировки были ему непонятны, он не вдумывался в смысл слож­ных диаграмм и многочисленных статистических данных, то и дело терялся в массе непонятных определений, выводов и сложных диагностических описаний.

«Органические состояния страха, вызванные адренали­ном,— читал он.— Подопытный объект: женщина славянской расы, 26 лет, физическое состояние удовлетворительное».

Затем следовало перечисление периодически увеличивае­мых доз и наблюдаемых эффектов.

«Учащенный пульс, понижение температуры рук и ног, дро­жание конечностей… Объект взволнован и возбужден».

Еще целый ряд экспериментов, сдержанные комментарии.

«Попытки вызывать испуг неправдоподобной угрозой… Ре­зультаты отрицательные… Отсутствие реакции. Опыты, осно­ванные на реальной угрозе, например страх перед смертель­ной инфекцией… Результаты положительные. Исследования в ходе проводимых процедур показывают: сердечные спазмы, высокое кровяное давление, учащенное, спазматическое дыхание…»

Далее:

«Детальное описание реакции индивида после зачтения смертного приговора. Давление, пульс, дыхание… Исполнение приговора переносят на следующий день — изменение физи­ческих реакций. Выводы… Смертный приговор подтвержден… Реакция… Угроза… испуг… страдание — реакция.

Опыты по определению градаций испуга, вызванного усло­виями, которые объект привык связывать с физической болью… Выводы. Для появления признаков ужаса достаточно создать обстоятельства, сопутствующие ситуации, вызываю­щей особенно страшные последствия… Непосредственная уг­роза нанесения увечий. Импульсивное желание убежать… Ис­следование реакции объекта, лишенного свободы движения в то время, когда ему причиняют боль, в отличие от реакции человека, который в аналогичной ситуации имеет возмож­ность защищаться».

«Постепенное усиление испуга может вызвать своего рода помешательство. Провести более подробные исследования в этой области»,— гласила одна из многочиспенных заметок на полях.

«Эксперимент «Соленая вода», проведенный совместно с доктором Р. Группа лиц лишена пищи и получает только соленую воду… Описание физического состояния, анализы мо­чи и крови проделаны доктором Р. Заметки об изменениях эмоционального состояния…»