Читаем 55 полностью

Чендлер хотел было заметить, что работа полицейского не имеет ничего общего с сериалами, но тут со стороны камер донесся шум. Хит кричал и долбил в дверь.

Оставив Ника звонить Джиму, Чендлер пошел к камерам.

– Кто там? – пробасил Хит из-за двери.

– Сержант Дженкинс, – ответил Чендлер, и ему самому от себя стало тошно.

Официоз оказался заразным.

– Выпустите меня, сержант! Я не хочу сидеть здесь, пока Гэбриэл разгуливает на свободе.

– Насколько нам известно, он скрывается от вас.

– Да ни хрена вам не известно! – Хит помолчал. – Так не бывает, чтобы сразу двоих подозревали в одном и том же.

– В сложившейся ситуации возможно все, мистер Баруэлл. Если Гэбриэл действительно на вас охотится, то здесь вам будет безопаснее всего.

Хит визгливо засмеялся; Чендлеру подумалось даже, что у него не все дома.

– Безопасно, говорите? Так вы же сами купились на его вранье и отпустили!

– Его показания полностью совпадают с вашими.

– Не может быть.

Чендлер дернул металлическую задвижку на двери камеры. Хит стоял, прижавшись к двери, цепочка с крестиком туго обтягивала его сальную, потную шею.

– Во всех основных моментах.

– Например?

Чендлер улыбнулся.

– Не могу вам сказать.

– То есть вы будете держать меня здесь и ждать? Пока он не проникнет сюда и не закончит начатое?

– Есть установленная процедура…

– Да в задницу ваши процедуры! Вы просто тянете время, пока его ищете. Не найдете – припаяете все мне. Что я, не знаю, как это бывает? А про презумпцию невиновности слыхали? Или начхать?

– Этот разговор имел бы смысл, если бы вы не попытались угнать машину. Так что повод для задержания у нас веский.

– Вот как? А на кой мне угонять машину? Я спасался от убийцы, понимаете? Я не преступник. – Хит замолчал и начал перебирать пальцами цепочку, закручивая и раскручивая ее. – Ну ладно, было одно нападение по пьяни. Когда оскорбили моего приятеля. Если что, они тоже были вдрызг.

Чендлер пристально следил за подозреваемым, но однозначных выводов сделать не мог. Да, он потел, как будто знал за собой вину, но только сверхчеловек не запарился бы в бетонной камере с полным отсутствием вентиляции (крошечное квадратное окошко не в счет). Кругом – стены, пропитавшиеся грехами прошлых задержанных. Распаляясь, Хит начал задыхаться и все надувал покрасневшие щеки. Наблюдая это резкое, агрессивное поведение, трудно было не подумать, что перед тобой убийца.

– Короче, врезал я хорошенько, да и все, – продолжал Хит. – Ни ко мне претензий, ни у меня. А управляющий все равно вызвал копов.

Посмотрев на Чендлера, он вдруг замолчал. Видимо, по взгляду понял, что ничего не добьется.

– Вы совершаете ужасную ошибку. – В голосе Хита прорезалась угроза. – Погодите, вот только я выйду отсюда…

Чендлер ждал, что он вот-вот взорвется и в гневе выдаст себя. Как было бы удачно покончить со всем этим до приезда Митча и избежать собственного наказания.

– Я натравлю на вас своего – да какого угодно – адвоката. И политикам растрезвоню. Да, меня предупреждали, что на западе сплошные психи, готовые от нечего делать всадить в тебя нож, но чтобы весь город…

Хит продолжал сыпать угрозами; слюна сгустками налипала на пересохшие губы. Когда гнев иссяк, он впал в отчаяние и стал долбить ладонью по стене.

– Мне попить-то хоть принесут? И кондиционер включите, гады. У меня, между прочим, тоже права есть.

– В том числе право хранить молчание, – заметил Чендлер и ушел.

Увы, разговор ни к чему не привел. Сержант надеялся вот-вот услышать нечто, что подтвердит его подозрения. Вместо этого были только ругань и полубезумные возгласы.

* * *

Чендлер заперся у себя в кабинете и заново прокрутил сделанную утром запись, внимательно вслушиваясь в голоса.

Голос Гэбриэла к этому моменту уже почти стерся в памяти. Услышав его вновь, Чендлер ощутил неприятный холодок в животе. Зачем он его отпустил? Но не мог же он тогда знать последствий. Он прослушивал запись допроса, пытаясь вспомнить поведение Гэбриэла, уловить расхождения в их с Хитом показаниях, противоречия и признаки неуверенности, которые позволили бы вывести одного из подозреваемых на чистую воду.

Вот Гэбриэл объясняет, почему отправился с побережья в глубь континента. Вкрадчивому голосу, звучавшему с пленки, хотелось верить: то ли из-за ровного, убаюкивающего тона, то ли просто оттого, что этот рассказ Чендлер услышал первым. Так бывает, когда после кавер-версии оригинальное исполнение уже не воспринимаешь.

Запись продолжалась. «Лучше бы Хит уехал», – говорит Гэбриэл с печалью в голосе. С искренней печалью. Описание автомобиля точно такое же, как и у Хита: цвет, состояние – все сходится. А затем – фраза: «Убийца представляться бы не стал… Или как?»

Чендлер нажал на «стоп».

Убийца представляться бы не стал…

Сказано так уверенно, словно Гэбриэл знает наверняка, как повел бы себя маньяк.