– Вот поэтому мне и нужна была машина, – продолжал Хит, заполняя тишину. – Чтобы спасти свою шкуру. Поверьте мне, умоляю!

Мольба была адресована Чендлеру, но тот не ответил. Голова отказывалась соображать.

– Сержант? – Лука тоже требовал ответа.

Ему нравилось, когда другие попадали в затруднительное положение – особенно начальник.

– Отведите его в камеру.

Что угодно, лишь бы потянуть время, пока не удастся привести мысли в порядок. Других идей не приходило.

Лука кивнул, и они с Таней подхватили подозреваемого под руки и поволокли в коридор. Тот стал вырываться.

– В какую камеру?! Я ни в чем не виноват! – кричал он. – Вы не имеете права!

– Имею, – ответил Чендлер. – Вы находитесь под подозрением.

– В чем?!

– Для начала – в угоне.

– Так он же хотел убить меня!

– Тогда в камере вам тем более будет безопаснее.

Хита увели, но он еще долго ругался на несправедливость.

8

Чендлер сидел на месте Тани и пытался привести мысли в порядок. Итак, есть два человека, каждый утверждает, что подвергся нападению другого. Один сидит в камере, второй – на свободе. Кто из них говорит правду? Кому больше верить? Тому, кто пришел сам, или тому, кого привели под дулом ружья? Что ж, начнем с того, кто под рукой.

– Мне позвонить в управление? – с азартом поинтересовался Ник.

– Погоди, мне надо подумать.

– Сержант, мы только что поймали настоящего серийного убийцу! – голос Ника прямо сочился восторгом.

Вернулся Лука.

– Все нормально, заперли? – спросил Чендлер.

– Заперли, – ответил тот и полез в холодильник за кока-колой.

Чендлеру тоже казалось, что в участке стало жарче, хотя вроде бы уже некуда.

– Я бы на вашем месте слегка остудил пыл нашего юного Ника.

Это верно. Вовремя приструнить подчиненных – задача начальника, даже если ему трудно держать в руках самого себя.

– Еще ничего не ясно. Может, это вообще два друга, которые крепко поссорились. Прежде чем звонить в управление, нужно добыть как можно больше фактов. Так что собрались, и работаем.

* * *

Собрались, и работаем. Чендлер не переставая твердил эти слова, стоя перед дверью в допросную и пытаясь успокоиться. В помещении сидел маньяк, убивший пятьдесят четыре человека. А может, просто мужик, повздоривший с приятелем, не опаснее мухи, кружащей вокруг лампочки. Хита двадцать минут помариновали в камере, а теперь выпустили на ристалище.

Воспользовавшись передышкой, Чендлер позвонил Джиму справиться о Гэбриэле, который из свидетеля превратился в подозреваемого. Новостей не было. Сержант приказал продолжать наблюдение и звонить, если что-нибудь произойдет. После допроса он собирался снова привезти Гэбриэла в участок.

Чендлер вошел в допросную. Хит сидел за столом в наручниках, а Таня стояла у дальней стены. Глаза подозреваемого были закрыты. Чендлер сел напротив, молча рассматривая его. Предстоящий разговор вызывал одновременно азарт и опаску.

– Мистер Баруэлл, вы со мной?

Хит открыл глаза. Вместо холодной расчетливости сержант увидел в них одну лишь усталость. Мужчина явно давно не спал – или же лихорадочно соображал, как бы себя не выдать.

– А куда я денусь? – Хит потряс наручниками. Несмотря на усталость, ему хватало сил огрызаться.

– Я хочу задать вам несколько вопросов.

– Я уже рассказал все, что знаю. Меня похитили и пытались убить. Я даже описал вам этого маньяка… и вместо того чтобы ловить его, вы держите меня здесь!

– Вы хотели угнать машину.

– Я же объяснил почему. Я спасался от убийцы. Это ведь считается за смягчающее обстоятельство? – Хит вдруг замолчал, поняв, что, по сути, сознался в преступлении. – Вы не можете использовать эти слова против меня! Мне не зачитали права, допрос официально не начался!

Из-под спутанных волос у него по лицу тек пот и впитывался в бороду. За прошедшие полчаса она вымокла и потемнела.

– С машиной все ясно, – сказал Чендлер. – Меня больше интересует остальное. Расскажите подробно, что с вами случилось и как вы сюда попали.

Хит долго молчал, видимо прикидывая, можно ли доверять Чендлеру. Впрочем, выбора у него все равно не было. Он откинулся на спинку стула и запустил пальцы в волосы, еще больше взъерошив их, потом утер лицо. Оно было загорелое и обветренное, как у Гэбриэла. На этом их внешнее сходство заканчивалось.

А вот рассказ совпадал почти слово в слово. Как и Гэбриэл, Хит был разнорабочим и в поисках работы тоже направился в глубь материка.

– У вас были контакты? Имя, адрес, телефон?

– Ага, позвонил и забронировал, – съязвил Хит.

– Ну не случайно же вы в такую даль потащились.

Хит шумно выдохнул.

– Да я всегда все делаю по наитию. Один сборщик фруктов сказал мне, что лучше всего работать поближе к аутбэку. Мол, большинство крутится на побережье, потому что передвигаться легче, зато и конкуренция куда больше. – Он посмотрел на сержанта. – Что, это теперь тоже преступление?

Не преступление, конечно, но убедительности рассказу не добавляет.

– Продолжайте. – Чендлеру было нужно больше информации.

– Ну, добрался я до Порт-Хедленда, а оттуда стал ловить попутку. Остановился Гэбриэл.

– Что у него была за машина?

– Да хрен его знает. Какое-то древнее дерьмо, и цвета такого же.