Читаем 33 (СИ) полностью

— Об ожидаемом эффекте в розыгрыше, который так долго готовил Анатолий, Павел Фёдрыч начал догадывался. Ведь господа Богословские знали историю семьи Толика с самого его рождения, равно как и Сашину. Павел Фёдрыч шепнул Саше о намечающейся трагедии. Ведь вы, Светлана, беременны… Саша собралась раскрыть задумку Толика публично. Она пригласила Богословских, вас и бойфренда на эту вечеринку только для того, чтобы поставить каждого лицом к лицу… Поспособствовать рождению момента истины… Но не потому, что она любила вас, Светлана, а потому, что сама собиралась стать матерью ребёнка… от того же отца.

Последние слова взорвали терпение Соколова. Он сорвался с места и преодолев пять метров в один прыжок, уже занёс кулак над лицом новоявленного папаши. Полицейским пришлось приложить не мало усилий, чтобы оттащить крепкого гимнаста от разбитой пары.

— Ты… Членисторукое убожество! — Выкрикивал Соколов, увлекаемый тремя молодцами во двор. — Я те баюшки устрою… под фанерой…

Толик ухмыльнулся в ответ. Он собирался что-то добавить вдогонку, но звонкая пощёчина от руки Светы серьёзно расстроила его планы.

— Я звал Сашу к себе, — прорычал он, — жить в моей квартире, в хоромах, а не в стенах переделанной коммуналки!

Но девушка уже не слушала его. Она расплакалась, пнула ногой софу и удалилась в объятия женской части коллектива. Публика снова разделилась на две критические группы. Одни оправдывали, другие обвиняли. Антон отошёл. Он устал. Ему надо было переключиться на нечто менее травматическое. Приятное, весёлое, лёгкое…

— Антон Артурович! — Вдруг позвал его прапорщик Синяев.

Он, мрачный и растерянный, с перевязанной рукой, стоял у дверей. У тех, что вели в хозяйственную комнату. Ту комнату, в которую полчаса назад посадили задержанного Дениса Давыдова. Рядом смущённо толкались два молодых сержанта.

— Что там с ним могло случиться? — Поторопился на зов следователь.

— Сами гляньте. — Отозвался Синяев.

Первое, что по пути приходило на ум — «Инфаркт? Неужели воздуха не хватило?!»

Полицейские расступились, освобождая проход. Антон глянул во внутрь, всмотрелся и утомлённо произнёс.

— Ну вот и отдохнули.

Перед ним сидел Давыдов, по-прежнему прикованный к стулу. Но он был мёртв. Из шеи торчала ручка глубоко всаженной отвёртки.

Подозреваемые. Второй Раунд.

— Вызывайте криминалистов. — Распорядился Антон, закрывая дверь в хозяйственную. — Я сейчас.

Он остался с мертвецом один на один. Нет места и компании лучше, чем замкнутое пространство со свежим трупом. Оно располагало к раздумьям на тему впустую прожитой жизни и всегда не к месту приходящей смерти. Вернее, о том, что ответило бы на вопросы: когда, кто и за что?

Следователь обошёл мертвеца. Отвёртка. Не нож, не топор… а обычная отвёртка.

«Убийца взял то, что под руку попалось, а значит убивать Давыдова изначально не собирался.» — не переставая совершать круги вокруг стула, раздумывал Антон. Он осмотрелся. — «Если, конечно, он заранее не знал о наличии здесь подсобных инструментов».

На одной из нижних полок лежала пара чемоданчиков, включающих комплект отвёрток. Профессиональных и реверсивных, пистолетного типа. Открыл чемоданчики, глянул на сияющие полипропиленовыми рукоятками предметы. Да, убийца выбрал самую тонкую и наиболее длинную из них.

«Схватил то, что подходило к ситуации в совершенстве».

Что произошло здесь, в плотном пространстве пустой комнаты, вырисовывалось довольно отчётливо. Убийца вошёл сюда с одной целью. В чём-то убедить, уговорить Давыдова. Или обсудить нечто, крайне важное… Тот, совершенно очевидно, не понял ситуации. Принялся огрызаться. Может сломанный нос сильно болел?.. Посетитель принимает однозначное решение и ищет орудие убийства. Подобрал отвёртку… Рука твёрдая, а знание анатомии прекрасное.

«Не задушил ведь» — Перебирал варианты умерщвления Антон. — «А вполне мог локоточком прижать и тихонечко выждать, пока жертва обмякнет».

Что это значило? Либо преступник не умел душить, был для этого слаб и излишне нервозен. Либо у него не оставалось времени…, либо он был слишком зол. Ему надо было ударить Давыдова! Вышибить из него кровь. Подступил сзади, схватил за лицо, так чтобы откинуть голову, и со всего маха всадил стальное жало. Месть? Но убийца закрыл чемоданчик с инструментарием так, словно ничего не произошло. Значит и рукоятку отвёртки тщательно протёр. Хладнокровие? Или уборка как метод самоуспокоения? В таком случае, это могла быть и женщина… Ясно одно, у посетителя было достаточно времени на убийство, а значит, оно изначально не планировалось.

Антон вынул блокнот и взялся составлять протокол первоначального осмотра. «Дравчик», как называл его Димыч, от английского draft — «эскиз». Помощник посмеивался над «следоком», ведь многие уже давно перешли к записыванию протоколов под голосовую диктовку смартфону. Антон же действовал по старинке, наверное, из-за детской привычки грызть карандаши и ручки…

«Вопрос: Сколько убийце нужно времени, чтобы пройти сюда, завязать короткий разговор, убить и привести всё в порядок? Ответ: от семи до десяти минут»