Читаем 33 Буквы полностью

33 Буквы

Вдруг потеплело, и город стал таять.Осела неспешно громада Кремля.Манежная площадь в дыру котлованаУшла, только вздыбилась с краю земля.Прямая Тверская, от самых бульваров,Сползая, вдруг стала ущелием гор.Дома искривились, лишь здание МХАТа,На Камергерском, не сдало свой двор.Лубянка исчезла в огромном провале:Минута — и лишь пузыри из квартир.Но, к счастью, немного пока пострадалиКузнецкий, Никольская и Детский мир.Весенним потоком, в огромные кучи,На площади смыло гирлянды машин.И были те кучи и выше, и круче,Чем сами холмы, где стоит Третий Рим.А фонари, как большие сосульки,Медленно капали в небо, с земли.Москва же река клокотала и булькала,И затопляла кварталы Москвы.И тут вдруг земля зашаталась и вздрогнула,И опустилась в глубины веков.И над Москвою, опять мезозойское,Раскинулось море без берегов.

02.03.97.

Я спросил. — Как туда пройти…

Ольге Ивановне.

Я спросил. — Как туда пройти?Мне сказали. — Всё время прямо!А потом, под конец пути,Сам увидишь, куда тебе надо.И оставили. И ушли.Всюду ныне странные люди!Я ведь знаю, что там, впереди,Ничего уже больше не будет!Там болото, да косогор,Ну а сразу за ними — край света.Я там был, но, увы, с тех пор,Столько лет уже кануло в Лету!Не пойду я туда! Вот и всё!Я уж столько болтал там ногами!Да и Вечности всё равно,Что в неё я роняю сандали.Но какой бестолковый народ!Ведь спросил их такую малость. —— Где, скажите, лежит горизонт?И как долго идти осталось?

05.03.97.

Я сомневался до последнего…

Кате.

Я сомневался до последнего,Что этот мир чего-то стоит.Я с ним сражался с исступлением,Хоть говорят — один не воин.Из точки своего присутствияЯ сделал центр мироздания,И мерил вечность безрассудно яМерилом своего незнания.Бессмысленность всего извечногоКазалось бредом сумасшедшего,Пока, в конкретности мгновенного,Не вскрикнул радостью нашедшего.Пока не встретил в бесконечностиТу, что искал тысячелетия,И солнце, что у края млечности,Мне не дало успокоения.

08.09.97.

Трава в вулкане пахла степью…

Кате.

Трава в вулкане пахла степью.Цикады пели о любви.А я, забыв о всём на свете,Прильнул щекой к твоей груди.И слушал, затаив дыханье,Как сердце сердцу бьётся в такт.И где-то в глубине сознаньяРождался безотчётный страх.И с замиранием сердечным,Едва касаясь губ твоих,Я думал — жизнь столь быстротечна,А мир — враждебен для двоих!Что, вдруг, поддавшися обмануНагроможденья древних скал,Сорвёшься с каменным обваломТы к морю самому, в провал.И мои руки холодели.Я обнимал тебя сильней.А ты, прижав меня к коленям,Шептала, — Счас будет теплей!

08.09.97.

Перейти на страницу: