Читаем 21,55,01 полностью

Не тронула его, не вывалила наружу внутренности и не покопалась в моих вещах. Приятно, когда тебя уважают.

Работники приюта видели в бездомных пиявок, паразитов на теле общества. И вели себя с нами подобающе.

«Спасибо», — мысленно поблагодарил я.

Шагнул к рюкзаку и вытащил два вскрытых конверта. Мои сегодняшние приключения слегка подмяли их.

Надя положила на стол скомканную бумажку, пододвинула ближе ко мне.

Мы обменялись посланиями.

Я развернул записку и прочитал:

Данное письмо написано для Надежды Рязановой.

Дорогая Надя, знаю, наши отношения не назвать приятными. Подростковый бунт дает о себе знать, а я далека от образцовой матери. Но прошу, внимательно прочитай письмо, и любой ценой внемли каждому слову, каждой букве послания. От него зависит твоя жизнь.

Магия существует. Герои сказок и легенд ходят среди людей. И они не похожи на воображаемых дураков, каких описывают в очерках детские писаки. Они хитры, жестоки и чрезвычайно опасны. Многие из них застали крещение Руси, а редкие представители кочевали с нашими предками в давние времена.

Ты знаешь о них, а они о тебе. С твоего дня рождения они покажут себя. Не бойся и не делай глупостей. На обратной стороне властвует равноценный обмен. Поэтому они не убьют тебя, ведь человеческая жизнь крайне дорога, а наши враги те еще скупердяи.

На нашей семье висит огромный долг. Миша, Катя и Денис уплатили своими жизнями большую часть. Теперь твоя очередь. У тебя есть год, чтобы выплатить его, иначе мир сам заберет тебя.

Я подготовила меры, сделала ставку на Теодора. Безрассудный ход, но иного не осталось. Эта история не закончится трагедией. Ведь я уже провалилась.

Не покидай город в этом году и доверься Теодору.

Рязанова Мария Святославовна.

Я поднял взгляд на Надю — мы дочитали письма одновременно. Она отбивала указательным пальцем по столу нервный ритм и смотрела в пустоту перед собой.

Содержание писем этой женщины не отличалось, но Надиному послание не хватало подробностей: ни величины долга, ни дальнейших указаний. Лишь мутные описания. Часть меня ликовала, что наконец-то эта женщина не обделила меня. Наконец-то я не позади. Но другая часть откровенно негодовала: почему эта женщина оставила Надю в неведении? Почему в последнем послании не открылась и не показала и жалкой доли настоящих чувств любимой дочери? Почему оставила мне два письма, а Наде — одно?

Чутье резвой мухой металось перед носом, ни на секунду не замирая на месте. Раздражало, мельтешило перед глазами и жужжало вовсю. Да так энергично, что не прихлопнуть.

Я отмахнулся от него.

«Накручиваю себя», — подумал я.

— … мистиком, — пробормотала Надя.

— Ты что-то сказала.

— Я стану мистиком. И ты меня не остановишь.

Я простонал.

— Я решилась. Будь добр, не мешай.

— Ладно, — поднял я руки и потянулся к рюкзаку. Сама откажется, когда поймет, насколько тяжело учиться магии.

Вытащил блокнот с заметками и протянул ей.

— Здесь конспекты. Надеюсь, ты одумаешься.

— Мечтай.

Я вернулся в библиотеку, чтобы не смущать Надю. Поднял с пола книгу «Сказания о войне облаков и туч. Летопись падения Королевы Вихрей» — когда меня заперли, оставил ее под ногами. Вытащил стул в кабинет и поставил перед белой границей. Надя потратит на мои заметки не меньше двух часов, а сидеть это время в карманном измерении все равно, что прилечь отдохнуть на мине.

— Достань мне «Основы», — попросила Надя. Я не успел дочитать и первый абзац. — И «Ничтожных».

Пропустила мои записи и полезла в первоисточник? Насколько же она не доверяет мне…

Она поймала на себе мой взгляд и призналась:

— Пишешь как курица лапой.

Обидно, но возражать глупо. Мой почерк отдаленно напоминал каракули врачей, а иногда и превосходил их в нечитаемости. Напиши я от руки книгу, и через сотни лет потомки потратят миллионы рублей на расшифровку «мудрости предков». Жаль, я не увижу их лица.