Читаем 21. Лучшее полностью

И в этом моем решении мне помогает одна простая и светлая мысль, отдельная от ощущений и эмоций: с куревом было бы, на самом деле, еще хуже, чем сейчас. Я это твердо знаю. Да, сигарета давала мне некоторые минуты счастья и блаженного забытья, но их было, откровенно говоря, не очень-то и много. С ней было особенно здорово поначалу, когда зависимости как таковой еще не возникло. Я вдыхал ее дым, и это кружило мне голову. Я ощущал себя взрослее, мужественнее, круче. Мне было очень хорошо, и я пел сигарете гимны. Но это не могло продолжаться вечно. Я понял, что курево на меня негативно влияет. Наверное, было бы проще завязать с ним тогда, когда простое увлечение сигаретой не превратилось в обузу. Но я не смог этого сделать, наивно полагая, что это простое увлечение сигаретой всё еще может быть всего лишь милой забавой. Что это может приносить истинное удовольствие. Я ошибался. Вскоре отрицать зависимость стало бессмысленно, и из курения исчезла значительная часть шарма и романтики. Перекуры теперь не ожидались с эйфорией. Теперь они даже не расшатывали сознание, превратившись в нечто скучное, обыденное и бытовое. Даже тогда было не поздно с этим покончить. Но нет. Я забрасывал сигареты на пару дней, осознавал, что ничего не клеится, и бежал за новой пачкой. И она меня выручала, на время возвращая ту самую смоляную радость. В привычной же обстановке сигарета не вызывала ничего, кроме раздражения. Мне становилось неприятно, стыдно и неловко чуть ли не после каждой выкуренной. Но я уже и не мог представить себе, что смогу когда-либо забыть о сигарете совершенно. Я не мог представить, что в ясный июньский день я буду попивать апельсиновый сок, не отвлекаясь на затяжки. Что, стоя на темной декабрьской улице, я не буду более согреваться ее угольком на кончике. Забегать за ней к соседям с верхнего этажа. Находиться с ней в компании таких же коллег-куряг за обсуждением текущих проблем человечества и нас, как отдельных его представителей. Конечно, быть в таком обществе можно и не имея сигареты между пальцами. Но это, как несложно догадаться, в высшей степени некомфортно.

Я в очередной раз пытаюсь бросить курить.

Если я сейчас сдамся, это ни к чему хорошему не приведет. Мой порыв лишь усугубит ситуацию. В лучшем случае всё вернется на круги своя, а эти круги отнюдь не из тех, в каких бы мне хотелось быть. В худшем я еще больше возненавижу себя и виновниц этой ненависти. Я боюсь, что не выдержу еще один виток борьбы с собой и своей дурной привычкой. И, если честно, я не понимаю, почему у меня не хватает воли выбросить это из головы окончательно. Ведь в этом нет, по сути, ничего сложного или необычного. Все могут справиться и все через это проходят. Едят орешки и грызут семечки. Сосут мятные конфетки и жрут шоколад. Занимаются спортом. Короче говоря, заменяют одну привычку другими, менее губительными. На крайняк уходят в затворничество на пару недель, возвращаясь оттуда посвежевшими и отдохнувшими. По крайней мере, на вид. Но вот у меня почему-то не получается. Всё перепробовал и всё без толку. Я один такой проклятый? Или просто самый слабый из всех? Безвольный? Безнадежный? Обреченный? Или же мне просто нужно больше времени, чтобы это пережить, чем всем остальным?

Я опять пытаюсь бросить курить.