Читаем 2008_43 (591) полностью

Совершенно вольготно чувствовали себя абвер и СС в некоторых районах Кавказа. Так, в том же «Бранденбурге» была создана зондер-команда капитана Ланге, в документах именовавшаяся «Предприятие Шамиль». Создана она уже в октябре 1941 года. И сразу же начала формировать свой состав из горцев. В конце июля 1942 года вся команда, состоящая из карачаевцев, адыгейцев, кабардинцев и черкесов была переброшена в г. Сталино (ныне Донецк) для дальнейшей диверсионной войны на Кавказе. 25 августа уже из Армавира группа гауптмана Ланге, укомплектованная немцами, чеченцами и ингушами (вот оно — боевое братство!) десантирована с самолетов в районы сел Чишки, Дачу-Борзой и Дуба-Юрт Атагинского района Чечни. Диверсанты должны были координировать намечавшееся всеобщее восстание, но парашюты раскрылись над деревнями, занятыми частями РККА, и были расстреляны в воздухе. Однако Ланге с частью людей повезло — их отнесло в сторону, им удалось выйти к лагерю чеченских «повстанцев» и получить самый радушный прием. Но немцы уже начали откат с Кавказа, и Ланге решил свернуть операцию. В ноябре 1942 года он с 3 немцами и 2 чеченскими проводниками вернулся через линию фронта к своим. Чеченские проводники Алаутдин Хамчиев и Абдурахман Бельтоев были награждены Железными крестами и снова переброшены в Чечню для продолжения войны с Советской властью.

Помимо Ланге в горной Чечне с сентября 1942 г. оперировала группа лейтенанта Рекерта и полковника Османа Губе (уроженца Дагестана). Она имела рации и осуществляла связь между главарями чеченских банд и немецким командованием.

Дагестанская группа лейтенанта Иогансена использовалась для разведки советского переднего края в районе Моздока и Пятигорска.

Но это все немцы и диверсанты, а вот и сами они — «народы Кавказа в войнах России».

Повстанческое движение в Чечне не утихало еще со времен Гражданской войны. В зависимости от обстановки в республике оно приобретало разные формы. Нападение фашистской Германии на СССР прибавило ему сил.

В то время как советские войска вели героическую борьбу на фронтах, в тылу на территории Чечено-Ингушетии, Дагестана, Балкарии и части Грузии велись полноценные боевые действия с привлечением крупных частей НКВД и армии. Там действовала даже не «Пятая колонна», а настоящая армия, прекрасно вооруженная и снабжаемая. Руководителем всей этой бандитской армии был Хасан Исраилов (ныне — национальный герой Чечни, в честь которого названы улицы). Родился он в 1903 г. в семье крупного скотовладельца. Дед его, Хациг Цоцаров, — один из наибов Шамиля. Отец, Исраил Садуллаев, — известный абрек (вот вам и скотовладелец!), приемный брат самого известного при царе абрека Зелим-хана Карачаевского. Убит при грабеже Кизлярского казначейства.

Хасан арестовывался 4 (!) раза, приговаривался к 10 годам ИТЛ, затем — к смертной казни (ст.58, п. 2, 3, 8, 11 и 14), но всякий раз обеспечивал себе алиби и выходил на свободу. Вот вам и ГУЛАГ, и зверства НКВД, а заодно и очередной «незаконно репрессированный».

В 1933 г. публично раскаялся (чего хватило «палачам НКВД»), добровольно вышел из подполья и сдался властям, пообещав работать на Советскую власть. Его те самые «сталинские палачи» тут же простили, восстановили в партии (а он был партийный абрек), и он преспокойно работает в Грозном корреспондентом, партследователем, пишет стихи о любви к партии и Советскому правительству. По рекомендации партийных и советских органов (о как!) Хасана направили в Москву на учебу в Коммунистический университет красной профессуры (среди преподавателей которого огромный процент «невинных жертв сталинских репрессий»). Чем же занимается профессор в Москве? Организует антисоветскую писательскую группу во главе с «болельцем» за чеченский народ Авторхановым, устанавливают связь с Левой Троцким за границей (о, жертвы сталинизма!), связь с ошметками подпольного «Паритетного комитата» в Грузии, организует террористические группы. (Палачи НКВД под руководством Ягоды безмолвствуют.) Попутно (гены взыграли) осуществляет дерзкое ограбление банка (красный профессор!). Убиты 2 сторожа, из отрубленных рук и ног которых по приказы Исраилова на полу выкладывается две буквы «М», означающие «Мекка и Медина», а также «мусульманские мстители», что не мешает Хасанчику успешно закончить университет. Новоиспеченный профессор возвращается в Грозный, где ведет борьбу против обкома и ВКП(б), занимается антисоветской пропагандой, дискредитацией партийных и советских работников.

Все-таки арестован, но приговор мягок — всего лишь ссылка в Сибирь. Оттуда интеллигент бежит. Во время погони убил охранника и двух собак, из них вырезал филе, каковым и питался, скитаясь в тайге (профессор!). Вернулся на Кавказ, где жил на нелегальном положении, непрерывно мигрируя от Чечни до все того же Карачая, организуя многочисленные подпольные группировки Кавказа в единую партию ОПКБ (Особая партия кавказских братьев). Подготавливает подпольные базы и филиалы ОПКБ в Грузии, Азербайджане, Чечено-Ингушетии, Дагестане, Карачае и Нахичевани.