Читаем 2000 № 06 полностью

Сначала Митя огорчился, что ему пришлось оставить железную дорогу, но, вспомнив, что они идут не по простой тропинке, а по дороге желаний, утешился. Мало ли чего еще можно захотеть! Только он собрался придумать что-то позаковыристее, как заметил, что дорожка изменилась далеко не в лучшую сторону. Вместо монпансье теперь под ногами шуршал обыкновенный гравий.

— Ой, а куда же подевались леденцы? — спохватился Митя.

— Это пройденный этап, — махнул рукой маг Авося.

— Тогда давай вернемся и набьем карманы, чтобы хватило на всю дорогу, — предложил Митя.

— Ничего не получится. Здесь можно двигаться только вперед, — возразил Авося.

— Что же ты меня сразу не предупредил! Если бы я знал, то взял бы побольше, — огорчился Митя.

Мефодий не видел большой беды в том, что леденцы превратились в камешки. По правде говоря, он считал, что камешки даже лучше, потому что леденцы имели пренеприятную привычку становиться липкими. Однако из солидарности с Митей он глубокомысленно изрек:

— Верно говорится: что имеем не едим, потерявши скачем.

— Куда скачем? — уточнил Авося.

— Как куда? Куда надо, — ответил Мефодий, и они с Авосей почему-то оба уставились на Митю.

Митя понятия не имел, куда надо идти. Наверное, если бы папа сам оказался в Игрландии, он бы догадался, как и где заставляют рукопись заиграть. Но Митя даже не представлял, что такое игра слов. Конечно, можно было пожелать еще что-нибудь для себя, но исчезновение леденцов так огорчило Митю, что все, даже самые малюсенькие желания, вылетели из головы. И тут он вспомнил, что успел-таки прихватить горсточку монпансье.

«А вдруг они тоже превратились в гальку?» — испугался Митя. Он поспешно сунул руку в карман. К счастью, опасения оказались напрасными: леденцы остались леденцами.

— Я вижу кое-что все-таки осталось! — обрадовался Авося и предложил: — Давай их сразу же съедим, чтобы не мучиться.

— Давай, — согласился Митя, который никогда не отказывался от конфет. — Только надо поделить их поровну.

Мефодий искоса посмотрел на разноцветные конфетки и поспешно ответил:

— На меня можете не рассчитывать. Нам, хищникам, зубы надо беречь, — добавил он, чтобы никто не забыл, что он настоящий.

Митя честно разложил монпансье на две кучки, но один леденец оказался лишним.

Авося, как истинный друг, без колебаний предложил свою помощь:

— Давай я его съем, чтобы у тебя лучше поделилось.

— Нетушки. Лучше я его съем, а то у тебя зубы разболятся, — возразил Митя.

— Ничего, я потерплю, — великодушно согласился Авося, проявляя чудеса самопожертвования.

Мите совсем не хотелось, чтобы Авося терпел. К тому же именно оставшийся леденец почему-то казался самым вкусным.

— Между прочим, если бы не я, то у нас леденцов совсем бы не было, — заметил Митя, рассчитывая, что у Авоси проснется совесть.

Однако Авосина совесть молчала, как воды в рот набрала. Вместо того, чтобы по справедливости отказаться от конфетки, магистр чароделия заявил:

— Если ты такой умный, то взял бы на один больше. Чему только тебя в школе учат?

— Я не виноват, что мы деления еще не проходили, — обиделся Митя.

— А если его пройти? Может, тогда все легко поделится? — предположил Авося.

— Может быть, — пожал плечами Митя.

— Но ведь просто так его не пройдешь. Все науки проходят в школе. А тут нет никого, кто разбирается в математике. Мы только время зря теряем из-за того, что некоторые не хотят уступить.

— Точно, — подтвердил Авося, и они с Митей многозначительно уставились друг на друга.

И тут сверху донеслось:

— Ку-ку, ку-ку…

Митя задрал голову и увидел на ветке Кукушку в аккуратной шляпке с пером и в строгом деловом костюме. На боку у нее висела сумка на длинной ручке. Кукушка очень походила на секретаршу из какого-нибудь офиса. Она строго посмотрела на путешественников и начала их отчитывать:

— Это ниКУда не годится. Почему вы не считаете? Разве вы не знаете, пока я кукую, все считают мои ку-ку?

— А я считаю, что это необязательно, — возразил Митя.

— Ну раз ты считаешь, тогда, ку-ку, Куда ни шло, — смягчилась Кукушка и добавила:

— Главное, во всем — точный расчет.

— Это как раз то, что нам нужно, — обрадовался Митя и пояснил: — Мы хотим поделить леденцы.

— Тут надо, ку-ку, поКУмекать. Лучше обратиться в Матемагию, тем более, что вы все равно проходите мимо.

— А что такое Матемагия? — спросил Митя.

— Центр точных наук, — объяснила Кукушка и великодушно предложила: — Я вас провожу, ку-ку, Куда надо, но прежде я должна на минутку залететь в гнездо.

Митя подумал, что она хочет проведать птенчиков, но Кукушка вытащила преогромнейший будильник и, сгибаясь под его тяжестью, спланировала на землю.

— Вот так часищи! — воскликнул Мефодий.

— Ку-ку, КУранты. Ходят акКУратно и, главное, точно, — с гордостью похвалилась Кукушка.

Митя знал, что курантами называют башенные часы, но не стал спорить с Кукушкой, ведь Игрландия — другое дело.

— А зачем тащить с собой часы?

— Не доКУчай вопросами.

Как же я без будильника узнаю, когда мне КУКОвать?

— резонно заметила Кукушка.

— Он такой огромный.

Как же ты его носишь? — удивился Митя.