Читаем 2. Акбар Наме. Том 2 полностью

держава Тимуридов, раздираемая междоусобицами многочисленных потомков Тимура, всё больше ослабевала и уже не могла противостоять ударам степняков, возглавляемых умным и жестоким Шейбани-ханом, потомком Джучи, старшего сына Чингиз-хана. Сравнительно быстро завоевав огромную территорию от Каспийского моря до Ферганской долины, Шейбани-хан в борьбе за контроль над Хорасаном столкнулся в 1510 году с войсками Исмаила I Сефеви (1502— 1524) и пал в сражении под Мервом. Эта победа иранских войск позволила молодой династии Сефевидов распространить свою власть на всю территорию Ирана, включая Хорасан, и, по сути, определила границы сфер влияния Сефевидов в Иране и Шейбанидов в Мавераннахре (Средней Азии). Тимуриды были окончательно вытеснены за пределы Мавераннахра, несмотря на неоднократные попытки Бабура (1483—1530) вернуть Самарканд — столицу среднеазиатских Тимуридов, отняв его у наследников Шейбани-хана. Поняв сложность борьбы за Мавераннахр, Бабур направил свои усилия на завоевание Индии, легендарной и манящей. Еще во время первого похода в Индию в 1518-1519 годах Бабур был поражен тем, насколько природа этой страны и традиции населяющих ее народов отличаются от Мавераннахра и Афганистана. Подробно и восторженно описав животный мир и растения Индостана в своих воспоминаниях (Бабур-наме, 270 а-292 б), Бабур не скрыл и того, как его влекла Индия. Но лишь в пятом походе, в битве при Панипате 21 апреля 1526 года, Бабур одержал победу над султаном Дели Ибрахимом Лоди, поставив тем самым точку в истории Делийского султаната (1206-1526). Быстро завоевав почти всю Северную Индию и значительную часть Центральной, Бабур умер 26 декабря 1530 года, передав власть старшему сыну Хумаюну и предварительно взяв с него слово жить в мире с братьями — Камраном, Хиндалом и Аскари. Перипетии борьбы за власть между сыновьями Бабура, а также афганским военачальником Шер-шахом Суром, захватившим власть в Индии и надолго изгнавшим Хумаюна за ее пределы, подробно описаны Абу-л Фазлом в первом томе «Акбар-наме» (главы 20-61). Разрушенная экономика, разоренные города, обездоленные горожане и крестьяне — всё это было естественным результатом непрекращаю-щихся военных действий, когда враждующие армии то и дело прокатывались по стране. И неудивительно, что всё больший отклик в народе находили слухи о скором приходе в мир праведного царя Махди, который восстановит справедливость на земле.

В исламе образ ал-Махди как справедливого правителя будущего первоначально связывался с приближением Судного дня. Перед его наступлением в мир должны прийти ал-Махди и Иса (Иисус Христос) и возвестить близость конца света. Тогда Махди, как праведный царь, восстановит первоначальную чистоту веры, победив Даджжала. Но если в суннизме Махди являлся скорее мифологическим символом справедливого государя, то для шиитов Ирана вера в пришествие Махди была неразрывно связана с верой в возвращение

«скрытого» имама, происходившего из рода Али ибн Абу Талиба, племянника и зятя пророка Мухаммада. Поэтому ожидание Махди, вера в его возможный скорый приход всегда теплились в душах иранцев. Особенно усилились эти ожидания в начале XVI века, когда власть в Иране перешла в руки вождей кызылбашских племен, которые возвели на престол малолетнего Исмаила I Сефеви. Воинственные кочевники, кызылбаши, стремились подчинить и распределить между своими племенами все земли, пригодные для их способа хозяйствования, изгоняя прежнее население с обжитых мест. Подобная внутренняя политика, а также войны, которые вели Исмаил и его преемник, старший сын Тах-масп I (1524—1576), вызвали резкое обнищание коренных жителей, создав почву для роста махдистских настроений. Грядущий конец первого тысячелетия по хиджре еще больше подогревал веру в скорый приход Махди. Движение махдистов в Иране, поначалу не выходившее за границы традиционного шиизма, охватывало всё более широкие слои общества, включая духовенство, прежде всего суфийских шейхов. Формируясь под лозунгами традиционной догматики, махдизм быстро перерос границы Ирана, распространившись по всей Центральной Азии. В Северной Индии махдистские настроения начали шириться после того, как Хумаюн, обратившись за поддержкой к шаху Тахмаспу, получил от Ирана военную помощь. Вслед за иранскими войсками шли торговцы, бывшие часто и проповедниками.