Читаем 14-21.12.2023 полностью

20 декабря - день чекиста Прощай. Не озирайся.... - Igor Pomerantsev | Facebook,"20 декабря - день чекиста Прощай. Не озирайся. Озирнись!!! Васыль Стус (1938-1985, лагерный карцер) *  *  * Я считаю, что это не плохой результат. Из двух дюжин допрошенных друзей только двое раскололись. Валерий Николаевич угодливо дал прочесть их показания. Сначала Ларины. Но она была совсем девчонка, любила шмотки и зналась с фарцой. Её прижали ""спекуляцией"" (кажется, статья 154). И зачем я давал ей ""плохие книжки""? Ну совсем не в лошадку корм. И Митюхин. Я его после спросил: -Ты что, в штаны наложил или просто сдурел? Он ответил: -А почему я должен был врать? Митюхин – моралист! Да это не курам – цыплятам на смех. Так я и не понял: пересрал или козёл. Нет, не плохой результат. Только двое. Правда, после дюжину как ветром сдуло.  *  *  * Между прочим, Моя-то Галина Ивановна на допросе отказалась с ними разговаривать. -Игорёчка все всегда хвалили: в школе, в университете, на службе. И характеристики – только положительные. А вы про него гадости говорите. Не желаю с вами разговаривать! Отец, уже, к счастью, умер. Он бы этого не выдержал. *  *  * Это была единственная искренняя фраза Вилена Павловича: -Подруги у вас – пальчики оближешь. Я уж не уточнил какие. Интересно, сколько они меня прослушивали? Месяца три? Полгода? Кто у меня тогда бывал? Представляю, как Вилен Павлович и Валерий Николаевич прокручивали записи. Потели? Краснели? Пыхтели?  *  *  * Я позвонила папе на работу и спросила разрешение включить телевизор. В это время шли мультики. Папа сказал, что он занят, и что включить можно. Я спросила: -Чем занят? Он ответил: -Допрашиваю, детка. Я ничего не поняла, но телек сразу включила. Девочка, ты выросла? Папа допрашивал меня.  *  *  * Ну хорошо, мне рук не выкручивали, но Марку подожгли дверь. Гришу вывезли в лес под Киев и испиздили тiкi так. А Ольгу исключительно блядью называли, и чтоб удостоверилась, в вендиспансер к проституткам запихнули. Вот только с Гелием осечка вышла. В изоляторе не лечили, не лечили, не лечили, не лечили, пока не умер. *  *  * Однажды Валерий Николаевич растрогал меня до слёз. Поглядев на портрет Стравинского в моей съёмной комнате, почтительно сказал: -Пастернак... У Надии на обыске офицерик, увидев портрет Ахматовой, просветлённо воскликнул: - А, так бабка у вас еврейка! *  *  *. Умерла мать Евгена. Мы пришли на похороны. После остались на поминки. Сколько нас было? Не помню. Пятеро? Трое? Считая Евгена. Он само собой не пришёл. Но у него была отмазка: был в это время в Мордовии. После умерла мать Иосифа. Мы пришли, а он тоже сачканул. *  *  * Поступок совершён и арест последует через месяц-другой. Но в интервале, хотя уже всё решено и предрешено, он по привычке думает, взвешивает и прикидывает, словно выбор ещё остаётся за ним. * * * Дело было в Эр-Рияде. В ресторане ужинали несколько европейских бизнесменов и финансистов, саудовский прогрессивный журналист и репортёр Патрик (по кличке Red Nose). Всё было изумительно, пока саудовский интеллектуал не сказал, что Гитлер молодец: с евреями разобрался. Тони ел. Жан-Пьер молчал. Колин головой качал. Ну, Патрик, давай! Ты что, язык проглотил? И тогда ирландская пьянь сказала: -Господа, к сожалению, я вынужден покинуть вашу во всех отношениях приятную компанию, поскольку среди нас есть человек, чьё мнение на некоторые исторические события не подлежит обсуждению"". Молодец, пьянь! Вот кого нам не хватало в Киеве !!! .*  * * Что было неприятней всего? Что арестовали на пляже в мокрых плавках. В первый день я бегал с допроса в уборную каждые полчаса. Вилен Павлович с надеждой спросил: -У вас что, трепак?  *  *  * Хореографическом училище Наташа была далеко не лучшей. Вроде бы и пластична, и грациозна, но...недобор худобы, если можно так выразиться. Пришлось уйти в Художественное и там стать лучшей. Но всё равно уроков в ""школе маленьких лебедей"" хватило, чтобы проскользнуть сквозь щель, оставленную ментами в двери суда. Она сидела в зале одна среди трудящихся, и когда Иосиф увидел её одну среди трудящихся, он тотчас вспомнил, что такое счастье. *  *  * Она думала: красить глаза или не красть А губы? Маникюр не сделала. Всё равно он не разглядел бы со скамьи подсудимых. Потом решила, то накрасит. Пусть увидят, что за эти семь месяцев она стала ещё красивей, ещё моложе. И пусть после он вспоминает её такой, красивой.",20 декабря - день чекиста Прощай. Не озирайся.... - Igor Pomerantsev | Facebook,https://www.facebook.com/igor.pomerantsev.3/posts/pfbid0x9iEXaxWQrMUphidEqVjmSrmnf4EE5N3uwzd2QUbcWzG1hDh3LpBnpyHuJfY8hKNl,2023-12-21 03:04:07 -0500

Перейти на страницу:

Похожие книги

Опровержение
Опровержение

Почему сочинения Владимира Мединского издаются огромными тиражами и рекламируются с невиданным размахом? За что его прозвали «соловьем путинского агитпропа», «кремлевским Геббельсом» и «Виктором Суворовым наоборот»? Объясняется ли успех его трилогии «Мифы о России» и бестселлера «Война. Мифы СССР» талантом автора — или административным ресурсом «партии власти»?Справедливы ли обвинения в незнании истории и передергивании фактов, беззастенчивых манипуляциях, «шулерстве» и «промывании мозгов»? Оспаривая методы Мединского, эта книга не просто ловит автора на многочисленных ошибках и подтасовках, но на примере его сочинений показывает, во что вырождаются благие намерения, как история подменяется пропагандой, а патриотизм — «расшибанием лба» из общеизвестной пословицы.

Андрей Михайлович Буровский , Вадим Викторович Долгов , Коллектив авторов , Юрий Аркадьевич Нерсесов , Сергей Кремлёв , Юрий Нерсесов , Андрей Раев

Публицистика / Документальное
Долгое отступление
Долгое отступление

Книга социолога-марксиста Бориса Кагарлицкого посвящена кризисному состоянию левых сил, серьезно утративших во всем мире свои позиции к началу XXI века. Парадоксальным образом этот кризис не только не связан с укреплением капиталистической системы, но, напротив, развивается на фоне нарастающих проблем, с которыми сталкивается господствующий порядок. Последовательно рассматривая основные дискуссии, разворачивавшиеся среди левых на протяжении современной истории (о социализме и демократии, плане и рынке, реформах и революции), а также развернувшиеся в последнее время споры (о развитии и экологии, классе и гендере, инфляции и безусловном базовом доходе), автор формулирует возможные подходы к политической стратегии, которые позволили бы преодолеть кризис движения.

Борис Юльевич Кагарлицкий

Публицистика