Читаем 13 секретов полностью

– Виктор и Самсон будут отвечать за оружие и проведут базовое обучение всех, кто в этом нуждается, – сказал Тино. – Воробей, ты должен определить, какое помещение станет у нас безопасной комнатой. Если произойдет нападение, те, кто не будет сражаться или стоять настороже, уйдут в это укрытие, и ты будешь охранять его. – Он взглянул на Флоренс. – Это должно быть помещение с дополнительным выходом, если такое есть в доме.

– Я думаю… библиотека. – Флоренс смахнула с лица выбившуюся седую прядь. – Там есть проход в туннель – оттуда можно выбраться, но обратно в дом не попасть: потайная дверь изначально неисправна.

– Я отметила правильный путь веревкой. Она выведет прямо на кладбище, – добавила Роуэн.

– Отлично, – одобрил Тино. – Проныра, я хочу, чтобы ты обеспечил камеру заключения – место, чтобы держать захваченных врагов. Убивать можно только при самообороне или если другого выхода не останется – нам не нужны лишние последствия. Пойманных, когда все закончится, доставим ко Дворам.

– Или, по крайней мере, допросим, – мрачно добавил Торговец.

– Согласен, – кивнул Тино. – Но нам нужно пригодное для пленных помещение.

На лице Флоренс появилось странное выражение:

– Я… – Она умолкла и поймала взгляд Уорика. – Есть кое-что. Не совсем комната, но… место в доме, которое мы нашли однажды, случайно, много лет назад.

Уорик кивнул:

– Скорее даже не комната, а небольшое пространство – размером с чуланчик.

– Вы, часом, не о тайном убежище священника? Какие устраивали, когда католиков преследовали? – с подозрением поинтересовался Фабиан. – Я тебя спрашивал однажды, есть ли в доме такое, и ты сказал «нет».

– Нет, не оно, – покачал головой Уорик. – Дом недостаточно старый для этого. Но нечто похожее – то ли укрытие, то ли что-то вроде домашней тюрьмы, мы не знаем. Элвесден был богат и беспокоился за свою безопасность – видимо, такая идея пришлась ему по душе.

– Мы никому не рассказывали из-за риска, – пояснила Флоренс. – Попав туда, без помощи извне уже не выбраться. Мы всегда боялись, что кто-нибудь залезет и окажется в ловушке, – она посмотрела на Фабиана и Таню, – играя в прятки, например. Поэтому и держали в секрете.

– Ну и где же это? – спросил Фабиан.

– В старой музыкальной комнате, – ответил Уорик.

– Которую вы всегда держите закрытой?

– Да. И чем меньше людей знает, тем лучше. Если отвечать за это будет Проныра, ему мы покажем. Но никому больше.

Фабиан поджал губы.

– А как насчет меня? – посмотрела на Тино Сьюки.

– Ты останешься здесь, с Мораг. Она – единственная надежда снять заклятие и разблокировать твои способности.

– Ты можешь вспомнить символы, которые нашла под фургоном? – спросила Мораг. Следы на ее шее стали еще глубже и приобрели сине-фиолетовый оттенок.

– Да. Думаю, да. – Сьюки прикрыла глаза. – Я попробую нарисовать.

– Хорошо, – сказал Тино. – Мы с Уориком и Торговцем обсудим следующие шаги. Всем ясно, что нужно делать?

В приглушенном хоре голосов прозвучало согласие.

– Хорошо, – повторил Тино. – Приступаем к работе.

На третьем этаже после смерти Амоса больше никто не жил. Однако вещи все еще хранились в его комнате, будто старик мог вернуться в любой момент. Они дожидались дня, когда Уорик будет готов разобрать их.

Разгребая хлам в шкафу, Роуэн обнаружила четыре старые, в пятнах от времени, красные наволочки. Она кинула их в мешок, кое-как запихала все назад в шкаф и двинулась дальше.

В других комнатах – по крайней мере, в тех, что не были заперты, – мебель почти отсутствовала. Она мысленно отметила комнату с потрепанными портьерами из малинового бархата, а после направилась к нише, где гобелен скрывал потайную дверь на лестницу для слуг, и вышла в узкий параллельный коридор. Не обнаружив ничего в комнатах с этой стороны, она развернулась и поднялась на чердак. Сквозь щели в крыше проникал слабый свет, благодаря чему можно было что-то разглядеть. Однако и здесь ничего не нашлось, и через полчаса, вся в пыли, она уже вновь отодвинула гобелен и вышла из ниши.

В маленьком окошке, откуда просматривалась задняя часть дома, она увидела летящие серебристые отблески. Это сверкали ножи, которые Виктор один за другим метал в старый конский каштан. В глубине сада Торговец и Самсон фехтовали на мечах, должно быть, взятых у Виктора. За оградой о чем-то разговаривали Тино и Уорик; рука Уорика сжимала ствол духового ружья.

С крыши над окном донеслось легкое поскребывание, и Роуэн задумалась, гнездятся там птицы или, может быть, даже обосновались крысы.

Вздрогнув от этой мысли, она сложила добытую кипу ткани на верхней лестничной площадке, а сама стала спускаться. На втором этаже она поняла, что Фабиану повезло больше: его мешок был набит под завязку, и он даже взялся за следующий. Роуэн спустилась еще. На этой площадке Флоренс очень серьезно разговаривала с дедушкиными часами:

– …И если увидите или услышите что-нибудь подозрительное, вы должны сделать, чтобы часы прозвонили громко, очень громко. Вам ясно?