Читаем 13 дней января полностью

Нарушение экологического равновесия в результате научно-технического прогресса, а также экономического штурма ведет постепенно к утончению озонового слоя стратосферной прослойки в атмосфере. Это очевидно. Мы не можем остановить прогресс. Так что я работаю над путями воздействия на естественный состав воздушного слоя, для спасения атмосферы, которая считается потолком Земного шара и защищает его от разрушительного воздействия метеоритов и других инородных тел.

Выходит, совсем скоро я могу перестроить мир.

Есть еще время. Спускаюсь в полуподвальное кафе, чтобы выпить чашку кофе.

Поскольку официант знает меня как постоянного клиента, не спросив ничего, приносит и ставит на стол чашку с турецким кофе и сахарный песок в розетке.

Кто знает, есть ли среди тех птиц, которым грозит гибель от засушивания озера для строительства водохранилища, лебеди? Или они не обитают в тех краях?

Голоса молодых людей, сидящих за соседним столом, нарушают тишину в полумрачном помещении:

– Ты слышал, вчера мужчина в Сабунчах (поселок в Баку – авт.) застрелил жену, тестя, тешу и двух своих шуринов?

– Правда?

– Да. И еще, по «Euronews» показывали, как в Австралии маньяк, ворвавшийся в школу, убил 13 школьников…

– 13?! – переспрашиваю я сидящих за соседним столом…

Вопрос, заданный мною, пополам рассекает пар, выходящий спиралью из чашки.

– Мне надо было взять горсть песка с морского берега. Нагнувшись, я стал подбирать по одной песчинке, в результате потерял время. А вы черпаете песок, объединив ладони, – сказал мужчина с несуразным лицом, одетый в обноски.

– Что вы сказали? – с безразличием переспросил я, не вдаваясь в суть его слов.

Он разжал ладонь и показал линии на ней. Они, подобно паутине, переплетались между собой.

Невозможно было определить, где начало, где конец. Эти линии исчезали в лабиринте, как в пучине.

Боже мой, что я вижу?!

Никогда не мог подумать, что когда-нибудь мне придется встретиться с драконом, явившимся из других миров и извергающим огонь, как это бывает в сказках. Притом не где-нибудь в отдалении, а в самом центре города: посреди проспекта Бейбутова, где кипит движение автомобилей и пешеходов. Нет, мне не мерещилось. Это был юродивый, непонятно какого цвета, окрашенный словно в глянец из разных цветов: черного, коричневого, желтого и зеленого. Это был он, но с еще не раскрытой пастью, из которой может извергать огонь. Чтобы стереть разницу между реальным и вымышленным образами, я взобрался на его липкую шею (как только осмелился на это, не могу понять), обеими руками стал разжимать его стиснувшиеся губы и выдирать сплетенные клыки. Пасть у него полностью открылась, но огня в ней не было. Его пришлось искать мне самому. Я стал высекать огонь из зажигалки, а когда ничего не получилось, решил воспользоваться костром, который разжигал недалеко сутулый дворник из сметенного с тротуара мусора. Огонек не воспламенился, а лишь сверкал иногда.

Тогда я обхватил его за шею и стал душить. Глаза у дракона выходили из орбит. Я думал увидеть гнев и презрение в глубине его покрасневших глаз, но наткнулся на безмерное равнодушие и беспечность. Я стал бить кулаками по его окаменевшей голове, пытался разорвать ему морду. Однако мне не удалось сделать ему больно. Я лишь расшиб себе пальцы.

Вдруг мне показалось, что этот дракон мне кого-то напоминает. Во всяком случае, его лицо, особенно взгляд, я, кажется, где-то видел.

Видать, юродивый догадался о моих мыслях, так как тоже стал вглядываться в меня, хлопая намокшими глазами, словно и я ему кого-то напоминал.

Вскоре он сосредоточился, сделал глубокий вдох и решил исполнить мое желание: надув щеки, стал извергать огонь. Языки пламени распространялись налево и направо, сжигая все вокруг.

Своим ужасающим зрелищем дракон поверг в шок тех, кто находился поблизости на этот момент.

Люди в панике стали убегать оттуда. Случилась давка. Сталкивались автомашины, толкали и сваливали друг друга люди. В один миг все эти раздавленные нечто и некто превратились в чудовище.

О Боже, что же я творю!

Этот же за секунду может уничтожить все и всех… Я в ужасе набросился на дракона. Взобравшись к его пасти, попытался голыми руками погасить огонь. Обжег себе пальцы и застонал от боли…

– Хорошо родиться до того, как умереть. Ты успеваешь прожить, учишься ходить. Если сможешь хороню ходить, то в награду получаешь возможность летать, а если нет, то в наказание должен пресмыкаться. Жизнь для тебя становится залом ожидания, где можешь располагаться на противоречиях то серого, то красочного мира и живешь в бесконечном ожидании своего конца. Живешь в надежде на то, что будет лучше, но в конце приходится утешаться тем, что не стало еще хуже…

Так и есть. Лучше родиться до того, как умереть. Хоть успеваешь прожить какое-то время. Ужаснее всего умереть до того, как родиться, – сказал мужчина в обносках. И вдруг посмотрел на меня, прищурившись, и спросил: – Ты из каких? Первых или вторых?

«Прилип как банный лист», – подумал я про себя.

Тут он сам выручил меня: