Читаем 112 полностью

Алена вежливо кивнула и отвернулась. Майя поняла, что меркантильные вопросы в минуту прощания с Максом интересуют ее меньше всего. Майя замолчала. Молча стояла рядом и слушала батюшку. Допев последние слова, тот разрешил всем желающим кинуть горсть земли на гроб. Люди потянулись к краю могилы.

– Можно закапывать, – скомандовал батюшка. Майя увидела, что на Макса начали быстро-быстро бросать лопатами землю, и не смогла больше сдерживаться. Всё, это последние секунды Макса на земле. Больше она его никогда не увидит, нет больше Макса! Майя разревелась и, обняв Алену, уткнулась ей в плечо.

– Он так сильно Вас любил… Он даже изменился под Вашим влиянием… Он такой счастливый был, а я не поняла… – Она говорила навзрыд, прерываясь и хватая воздух. – Я так виновата перед ним и перед Вами, Вы просто не знаете… Я так виновата…

Алёна молча слушала. Когда Майя смогла членораздельно говорить, достала из кармана маленький пакетик.

– Когда мы его нашли, там, во время наводнения… У него с собой было вот это. Они хотели забрать и передать родным, но я поняла, что это для Вас… Я не отдала им… – Она открыла пакетик и достала его содержимое. Это оказалась цепочка с подвеской в виде скрипичного ключа, которую она протянула Алене. С обратной стороны скрипичного ключа Алена прочитала гравировку: «Ты – моя музыка». Алена благодарно улыбнулась и надела цепочку себе на шею, как когда-то Макс надел крестик, подаренный Аленой. На ее лице светилось тихое спокойствие.

– Я боялась, что Вы будете плакать, – удивилась Майя. – А в результате сама разревелась, как ненормальная…

– Идемте, – кивнула к выходу Алена и достала из кармана маленький блокнотик с карандашом. Майя заметила, что действительно, всё давно закончилось, люди расходятся, и им тоже пора уходить. Алена на ходу быстро написала:

– Вы ни в чем не виноваты.

– Я чувствую, что ничего от Макса на Земле не осталось, и что он ушел с обидой на меня… – упавшим голосом ответила Майя.

Алена остановилась и внимательно посмотрела на нее. Она чувствовала, что Майе нужна помощь, – успокоение, которым она может поделиться. Она написала что-то на листочке, выдернула его из блокнота и, протянув Майе, ушла. Майя проводила ее взглядом, прочитала и почувствовала, что впервые за эти злосчастные дни ей стало легче. Будто Алена протянула ей не записку, а частицу своего внутреннего спокойствия и мирной радости, с которыми она идет по жизни.

«Он рядом, и ему хорошо».

Борис открыл глаза. Как и вчера, рядом с ним сидела Инна. Она не отводила взгляда, будто боялась, что пропустит что-то важное. Увидев, что он открыл глаза, засмеялась от радости, будто именно этот момент она пропустить и боялась.

– Что? Ты, как минимум, увидела северное сияние? – поинтересовался Борис. – Ты вчера так не радовалась, когда я пришел в сознание.

Инна не ответила и взяла его за руку.

– Ты, наверное, кушать хочешь? Соскучился по моим домашним котлетам?

Борис улыбнулся:

– Конечно. Только ради них из комы и вышел.

– Я смотрю, сегодня тебе говорить легче? Тогда рассказывай…Что ты видел «там»? Что тебе сказали?

– Инна, я был в коме, – терпеливо объяснил Борис. – Я лежал на кровати и не мог ничего видеть. Никакого «там» нет. И ничего мне не говорили.

– Ну ты хотя бы слышал нас? – разочарованно продолжала допрос Инна. – Вспоминал иногда, что мы есть? На прошлой неделе я так икала, так икала…

Борис снисходительно вздохнул:

– Икота – это просто сокращение мышц. Как сокращение мышц могло повлиять на то, чтоб я тебя начал вспоминать?

– Но ведь говорят, что во время комы люди вспоминают своих близких… Детей там, родителей, любимых женщин… – никак не могла успокоиться Инна.

– У меня была, есть и будет только одна любимая женщина.

– Твоя работа? – грустно улыбнулась Инна.

– Ты, Иннуль. Неси уже свои котлеты…

Через месяц Борис гулял со своей семьей по парку, будто ничего не случилось. Жизнь входила в привычное русло. Больничный постепенно заканчивался, и Инна уже начинала ворчать, предвкушая его скорый выход на работу.

– Папа, купи пистолет! – крикнул Пашка.

– Обойдешься… Купи мне лучше вон тот шарик! – оттолкнул Пашку Матвей.

– Оба обойдетесь. Еще я не тратил денег на какую-то ерунду. Максимум – мороженое, – строго ответил Борис и купил всем по рожку. – И ведите себя адекватно, чтоб перед незнакомым человеком стыдно за вас не было!

Сегодня договорились встретиться с Майей. Она обещала познакомить со своим молодым человеком, из-за которого было столько шумихи последние полгода. Да, судьба – странная штука.

Майю и Андрея, шагающих по аллее им навстречу, Борис и Инна увидели издалека. Сначала даже не поняли, в чем дело: где обещанный жених и почему эти двое знакомы?

Майя подошла и, не здороваясь, торжествующе произнесла:

– Знакомьтесь! Это мой Андрей Блохин. – Она выразительно смотрела на Инну, сияя во все зубы. Инна с Борей медленно переглянулись и застыли, глядя на Андрея. Андрей с удивлением посмотрел на Майю. В наступившем молчании было слышно, как растаявшее мороженое из Инниного рожка шлепнулось сначала ей на сумку, а потом на асфальт. Инна даже внимания не обратила.