В парке Троекурова празднуется помолвка Маши и князя Верейского. Появившийся исправник озабочен: получены сведения, что Дубровский скрывается где-то поблизости. Но Троекуров похваляется, что Дубровский ему не страшен. В танцующем с Машей Дефорже исправник подозревает атамана разбойников. И хотя Троекуров пытается его разуверить, тот решает принять меры. Архип извещает Дубровского, что через час они будут окружены. Владимир отказывается бежать — он должен повидать Машу. Оставшись с любимой наедине, Дубровский открывает ей свое имя и свои мечты. Маша, преодолев мгновенный испуг, также признается в своем чувстве. Пронзительный свист возвращает влюбленных к действительности — это товарищи Дубровского вновь напоминают об опасности. Владимир пытается скрыться, но бегство не удается — его смертельно ранят. В отчаянии Маша падает на труп любимого.

Музыка

«Дубровский» — лирико-драматическая опера. Она отличается убедительным и ярким решением, умелым использованием возможностей голосов, которые композитор знал в совершенстве, выразительностью лирики, напевностью мелодий. Хотя по художественным достоинствам «Дубровский» и уступает классическим произведениям русского музыкального театра, его прочная популярность у слушателей не случайна.

В оркестровом вступления музыка хоровых эпизодов, скорбная и гневно-протестующая, сопоставлена с элегической мелодией известного романса Дубровского. (Имеется и другой вариант вступления, музыка которого вводит в мир лирических чувств Дубровского и Маши.)

Развитие в 1-й картине I акта идет от светлых настроений к мрачным. В трио Андрея Дубровского, Владимира и няни Егоровны «Все радости счастья былого» передано волнение встречи. Эти же чувства воплощены в хоре крестьян «Здравствуй, ты, барин наш», выдержанном в духе величальных песен. Спокойно-задумчивое ариозо старого Дубровского «Кто б верить мог» постепенно проникается душевной болью и гневом; оно завершается полным благородной патетики призывом к отмщению. На мелодии последнего раздела ариозо основан небольшой дуэт Дубровских «Отец, тебе я обещаю». С приездом Троекурова в музыке нарастают тревога, смятение. Заканчивается картина скорбным плачем Егоровны с хором «На кого, отец, покидаешь нас». 2-я картина представляет собой преимущественно массовую сцену. Жалобным причитаниям народа «Ох! Схоронили мы» и его возмущенным, угрожающим репликам противопоставлена разбитная песенка приказных «Полюби меня, Параша». Горестное раздумье Дубровского — речитатив «Итак, все кончено» — сменяется ласково-нежной просветленной мелодией ставшего популярным романса «О, дай мне забвенье, родная», выдержанного в плавном ритме колыбельной. Песня приказных «Ах вы, сени» совершает перелом в чувствах Дубровского. Бурная музыка его ариозо «Теперь мой дом» завершает картину.

II акт состоит из двух разделов. Первый содержит характеристику Маши. Ее романс «В светлом молчанье» овеян мечтательным настроением. За ним следуют хоры девушек: «Посмотрите, барышня», полный наивного простодушия и беспечности, и «Ох, не березонька», близкий народным протяжным песням. Мелодия страстно-взволнованного ариозо Маши «О, если б с ним я повстречалась» повторяется затем в ариозо Дубровского «Сейчас еще». В сцене с разбойниками сопоставление хоровых реплик, проникнутых бесшабашной силой, с жалобными фразами Дефоржа создает юмористический эффект. Завершает сцену беззаботная французская песенка Дефоржа.

Оркестровое вступление к III акту, основанное на страстной мелодии любви, контрастно оттеняет мягкий, изящный по мелодическому рисунку вокализ Маши, родственный песням-романсам начала XIX в. Утонченный по стилю французский романс Дубровского «Никогда не видеть» (на слова Мюссе) — иносказательное признание в любви — окрашен задумчивой грустью; его мелодия повторяется в дуэте Маши и Дубровского, следующем за квартетом «Что с ней». В квартете выражено охватившее главных героев волнение любви (другие участники ансамбля — Троекуров и князь Верейский). Сцена Троекурова с дочерью драматична; в партии Маши слышится вначале мольба, затем — отчаянная решимость. Завершается акт пылким, восторженным ариозо Маши «Но кто же он».

В IV акте праздничной массовой сцене противопоставлена интимно-лирическая, завершающаяся драматической развязкой. Торжественный хор гостей и крестьян «Здоровье нареченных!» сменяется русской пляской. После ариозо Троекурова действие вновь развертывается на фоне танцев — контрданса и полонеза. Поэтичный ноктюрн для струнного оркестра, живописующий опустевший парк лунной ночью, переключает действие в сферу интимных переживаний. В развернутой сцене Маши и Дубровского воплощены оттенки чувств — от тихой нежности до восторженного упоения счастьем. Дубровский повторяет мелодию ариозо Маши из II акта «О, если б с ним я повстречалась». Эпизод «Владимир! Боже мой!» полон горя и отчаяния. Последний дуэт «Час примиренья» звучит просветленно.

С. В. Рахманинов

1873–1943