Читаем 100 великих свадеб полностью

14 мая 2004 года принц Астурийский и его невеста Летиция Ортис Рокасолано присутствовали на свадьбе кронпринца Дании Фредерика, а всего через неделю должна была состояться их собственная свадьба. Случайная встреча в 2002 году наследного принца Испании и тележурналистки стала продолжением истории о Золушках, которые в XXI веке наконец стали становиться принцессами без помощи фей, а с помощью одной только любви.

Испании пришлось смириться с тем, что их будущая принцесса — не аристократка и, более того, разведена. По крайней мере, этот короткий брак был гражданским, поэтому католическая церковь не стала возражать против будущего брака принца, ведь это венчание для Летиции должно было стать первым. А принц объявил: «Я не откажусь от брака с той, которую люблю, той, с кем у меня искренние, глубокие отношения, на которых нужно строить семью, с кем у нас общие ценности и интересы, которые позволят нам разделять личную и профессиональную жизнь друг друга и послужить Испании наилучшим образом».

Вид на Королевский дворец и кафедральный собор Мадрида, Санта-Мария-ла-Реаль-де-ла-Альмудена, где происходила церемония бракосочетания Филиппа Астурийского и Летиции Ортис

Страна начла готовиться к свадьбе — ведь ей предстояло стать первой королевской свадьбой в Мадриде почти за сто лет! Предыдущая, прадеда принца, короля Альфонсо XIII, состоялась в 1906 году. Когда новобрачные возвращались после венчания во дворец, террорист бросил бомбу — король и королева уцелели, зато погибло около двух десятков человек, участников процессии и зрителей. Свадьба Филиппа и Летиции тоже была омрачена — в марте 2004 года Испании довелось пережить самый крупный террористический акт за свою историю, когда в результате взрыва поездов погибло почти двести человек и около двух тысяч были ранены. Принц и будущая принцесса решили почтить память жертв теракта — они настояли на том, чтобы не проводить предсвадебные вечеринки жениха и невесты, вечерний приём после свадьбы и фейерверк, и предложили деньги, которые должны были пойти на всё это, отправить пострадавшим. И конечно же, безопасность на самой свадьбе была особо усилена. Но праздник всё равно состоялся — как сказал мэр Мадрида, это именно то, что нужно пережившей страшную трагедию Испании (правда, свадьба всё равно получилось роскошной, за что королевскую семью немало покритиковали).

И дождь, проливной дождь, свадьбе тоже не помешал. Миллионы людей следили за церемонией по телевизору, а тем, кто был в этот день в Мадриде — включая более тысячи четырёхсот специально приглашённых гостей и почти миллион человек на улицах, — дождь радоваться не мешал. А ему, в свою очередь, радовались цветы, которые посадили в городе, чтобы украсить его к свадьбе, — сто пятьдесят тысяч красных и жёлтых, в честь испанского флага, цветов.

Платье на невесте было чрезвычайно эффектным и по-королевски роскошным. Любимый дизайнер королевы Софии, тогда уже совсем пожилой (восьмидесятисемилетний) каталонец Мануэль Пертегас, сумел подчеркнуть и очень стройную фигуру Летиции, и то высокое положение, которое предстояло ей занять. Шёлк цвета слоновой кости, плотно облегающий корсаж с очень красивым небольшим стоячим воротником, обрамлявшим узкий вырез, длинные рукава, непышная юбка с почти пятиметровым шлейфом. Воротник и изнутри, и снаружи был покрыт золотой и серебряной вышивкой, изображавшей колосья и листочки клевера. Похожая вышивка, но уже не только с клевером и пшеницей, а и с геральдическими лилиями (которые присутствуют на гербе испанских монархов) и клубникой украшала юбку и шлейф. И даже туфельки невесты, с высокими каблуками, тоже были вышитыми!

Роскошную вышитую фату Летиция получила в подарок от жениха, бриллиантовые серьги — в подарок от его родителей, а платиновая тиара с бриллиантами в античном стиле была той самой, в которой в своё время выходила замуж её будущая свекровь.

У всех цветов в букете невесты тоже было своё символическое значение. Так, розы — в честь мая, флёрдоранж — в честь графини Барселонской, лилии означали династию Бурбонов, цветы яблони — Астурию, откуда Летиция родом, и, наконец, колосья пшеницы символизировали плодородие.

Подружки невесты, её сёстры, были в платьях нежно-золотистого цвета в стиле XVIII века, и в кружевных чепчиках, в том же стиле были выдержаны и костюмы маленьких пажей и девочек с цветами. Их живописная группа словно сошла со старинной картины и прекрасно оттеняла платье невесты.

Какая же испанка без веера? Когда после венчания новобрачные посетили церковь возле железнодорожной станции, где произошёл взрыв, и Летиция оставила там свой букет, она взяла в руки веер из перламутра и кружев, некогда принадлежавший принцессе Изабелле Бурбонской (1851–1931).

Словом, невеста была прекрасна, и после венчания, выходя из церкви, она поблагодарила дизайнера, создавшего платье для самого торжественного дня в её жизни.