Читаем 100 великих монархов полностью

Трёх месяцев Луций потерял отца, мать его вскоре была сослана, а на их имущество наложил руку Калигула, так что первые годы его прошли в нищете и нужде в доме тётки Лепиды. Но когда Клавдий принял власть, ему не только возвращено было отцовское имущество, но и добавлено наследство его отчима Пассиена Криспа. А благодаря влиянию и могуществу матери, возвращённой из ссылки и восстановленной в правах, он достиг видного и высокого положения. В 49 году Агриппина стала женой Клавдия, в 50 году тот усыновил Луция под именем Тиберия Клавдия Нерона, хотя у него был и собственный сын Британик, лишь немного моложе пасынка. Воспитателем Нерона был назначен известный философ Луций Анней Сенека. В 53 году Нерон женился на дочери Клавдия Октавии, а год спустя, после смерти Клавдия (отравленного Агриппиной), он объявлен был в завещании его наследником.

Поначалу Нерон был во всём послушен своей матери. Но влюбившись в 55 году в вольноотпущенницу по имени Акте, стал понемногу выходить из-под опеки Агриппины. Поскольку известно было, что к своей жене Октавии он всегда испытывал неодолимое отвращение, никого не удивила эта связь принцепса с блестящей гетерой. Но Агриппина, едва до неё дошли слухи об Акте, накинулась на Нерона со всем женским неистовством. И чем яростнее она осыпала его упрёками, не желая выжидать, когда он одумается или пресытится, тем сильнее распалялась в нём страсть, пока он совсем не вышел из повиновения. Таким образом, Агриппина навсегда лишилась расположения сына, хотя при более благоразумном поведении могла бы ещё долгое время руководить им. В её горячности видели не столько гнев матери, сколько ревность влюблённой женщины, покинутой своим любовником.

Вне себя от ярости Агриппина сказала однажды, что Британик, её пасынок, уже подрос, что он кровный сын Клавдия и достоин того, чтобы унаследовать отцовскую власть. Встревоженный этими словами, Нерон стал размышлять о неукротимом характере брата и о том, что тот имеет немало сторонников. В конце концов он устранил его с помощью яда. После этого наглость, похоть, распущенность, скупость, жестокость стали проявляться в его поведении. Как только смеркалось, он надевал накладные волосы или войлочную шапку и шёл слоняться по кабакам или бродить по переулкам. Забавы его были небезобидны: людей, возвращавшихся с ужина, он то и дело колотил, а при сопротивлении наносил им раны и сбрасывал в сточные канавы.

В 58 году Нерон увлёкся Поппеей, женой своего друга Оттона. По свидетельству Тацита, она была знатна, красива и богата, но с ранней юности поставила все эти достоинства на службу своему любострастию и своему тщеславию. Едва познакомившись с Нероном, она сделала вид, что покорена его красотой и не в силах противиться нахлынувшей на неё страсти. Принцепс вскоре попал в её сети и сделался её любовником. Под влиянием этой женщины семена пороков стали быстро прорастать в его душе. Именно Поппея в 59 году толкнула Нерона на убийство матери, так как не надеялась при жизни Агриппины добиться его развода с Октавией и бракосочетания с ней самой. После нескольких неудачных попыток отравить её Нерон послал на виллу матери отряд убийц. Говорят, что Агриппина, увидев их, пыталась сначала умолить о пощаде, но, заметив, как центурионы обнажают мечи, подставила им живот и воскликнула: «Поражай в чрево!». Её убили, нанеся множество ран.

Окончательно избавившись от опеки, Нерон изгнал Октавию, объявив, что она бесплодна, и тотчас же сочетался браком с Поппеей. Но даже добившись своего, Поппея не перестала преследовать прежнюю соперницу: она побудила одного из слуг Октавии обвинить госпожу в связи с рабом. Началось следствие, которое, хоть и велось со многими злоупотреблениями, не смогло доказать этой наглой клеветы. Тогда Аникет, убийца Агриппины, снова поспешил оказать Нерону грязную услугу и стал повсюду распространяться о том, что Октавия была его любовницей. Несчастную заточили на острове Пандатерии, а спустя несколько дней объявили, что она должна умереть. Поскольку сама она никак не хотела покончить с собой, ей насильно вскрыли вены на руках и ногах. Поппея даже этим не была удовлетворена: в ознаменование своего торжества она велела отрезать Октавии голову и привезти её в Рим.

После этого принцепс предался самому необузданному разврату. И сам он, и его приближённые давали множество пиров, на которых забывались всякие приличия. Пиршества Нерон затягивал с полудня до полуночи, время от времени освежаясь в купальнях; пировал он и при народе, на искусственном пруду или в Большом цирке, где прислуживали гетеры и танцовщицы со всего Рима.