Читаем 100 великих храмов полностью

Сегодня к Софийскому собору со всех сторон подступают многоэтажные дома. Но даже в их окружении силуэт храма не теряет своего величия и мощи. Можно представить, какое впечатление он производил в древности, на фоне невысоких деревянных домов древнего Киева!

Проведенные уже в новейшее время исследования показали, что замысел собора принадлежит одному зодчему, разработавшему модель храма, а затем осуществившему этот проект. Этот неизвестный гений, несомненно, бывал в Константинополе и хорошо знал приемы византийского зодчества: Киевская София относится к типу пятинефного крестовокупольного храма, выработанного архитекторами Византии. Но произведение безымянного киевского мастера оказалось настолько самобытно и своеобразно, что историки искусства с уверенностью говорят о существовании в ту пору в Киеве самостоятельной школы зодчества.

Огромные размеры собора производили на современников неизгладимое впечатление. Первоначальная ширина храма составляла 55 м, а длина (без апсид) – 37 м. Но это монументальное сооружение, выложенное из розовой плинфы, отнюдь не «давило» на зрителя! Массу собора облегчали открытые галереи, которые как бы связывали храм с окружающим пространством, с природой, делали его доступней и человечней. Чем выше, тем стремительней нарастали объемы, ступенями восходя к завершению – центральному куполу на высоком барабане…

Фасады собора были украшены орнаментами из кирпичей, поставленных на ребро и «утопленных» в кладку здания, а также фресковыми росписями. Фрагменты этих фресок и сейчас еще можно видеть у северного и южного входов и в некоторых других местах.

За свою многовековую историю собор пережил множество невзгод: нападения врагов, грабежи, пожары, разрушения. Князь Мстислав, сын Андрея Боголюбского, захвативший Киев в 1169 году, ограбил ризницу Софийского собора и вывез драгоценные иконы, ризы, книги и даже снял колокола. В 1204 году его «подвиг» повторил князь Рюрик Ростиславич Смоленский, содравший оклады с икон и похитивший драгоценную утварь собора, книги, и даже одеяния древних киевских князей, хранившиеся в храме. Новым ударом стало нашествие Батыя. В 1240 году ворвавшиеся в город татары, по словам митрополита Евгения Болховитинова, «искали сокровищ не только в кладовых, но и в стенах церквей и в самых гробах князей».

В результате Батыева погрома храм лишился кровли и долгие годы стоял под открытым небом. От непогоды стены начали трескаться, поврежденный собор постепенно разрушался. Рухнула верхняя часть здания, громадная трещина пересекла всю алтарную часть. Первая частичная реставрация собора была проведена только в конце XIV столетия. Но лишь в 1640-х годах киевский митрополит Петр Могила, основавший при Софийском соборе мужской монастырь (впоследствии упраздненный), впервые за многие годы полностью отреставрировал храм, пригласив для работ итальянского архитектора О. Манчини. К тому времени Софийский собор уже находился в полном упадке.

Первоначально собор имел классические византийские формы и был, как считают некоторые исследователи, 13-купольным. Тринадцать центральных куполов храма, покрытые листовым свинцом, символизировали Христа и двенадцать апостолов. Фасады храма не были оштукатурены. Их украшали декоративные ниши, орнамент, живопись. Еще в 1651 году, судя по рисункам голландского художника

А. ван Вестерфельда, собор сохранял свои первоначальные формы. В последующие времена собор неоднократно менял свой облик, обрастая пристройками и надстройками. Двенадцать древних куполов были разобраны. В 1685–1707 годах храм был основательно перестроен в формах барокко, были сооружены шесть новых куполов. Тогда же были надстроены вторые этажи над внешней галереей, а пять центральных куполов получили грушевидную форму, характерную для эпохи украинского барокко XVII–XVIII веков. Восточный и западный фасад украсили фигурные фронтоны, а окна получили пышные барочные наличники. В 1744–1748 годах при митрополите Рафаиле Заборовском фронтоны и барабан центрального купола дополнил лепной орнамент. Тогда же в храме были установлены новый иконостас и серебряные царские врата.

Внутреннее пространство храма осталось почти не затронуто позднейшими переделками. Переступив порог храма, зритель попадает во внутреннее пространство – высокое, торжественное, где среди причудливой игры света и тени мерцают древние мозаики и переливаются многоцветные фрески. Дальние углы собора тонут в полумраке. Центр, подкупольное пространство, залито ярким светом, льющимся в проемы светового барабана главного купола. А прямо навстречу входящему в храм, из полумрака выходит Богоматерь в ярко-голубых одеждах, в мягком золотом мерцании, с воздетыми руками – «Богоматерь Нерушимая Стена», защитница киевлян в лихую годину татарского нашествия. В 1240 году, ворвавшись в Киев, татары долго и безуспешно били тараном в стену собора, в котором укрылось множество горожан. Били как раз с той стороны, где помещалось огромное мозаичное изображение Богоматери. И стена устояла…

Перейти на страницу:

Все книги серии 100 великих

100 великих оригиналов и чудаков
100 великих оригиналов и чудаков

Кто такие чудаки и оригиналы? Странные, самобытные, не похожие на других люди. Говорят, они украшают нашу жизнь, открывают новые горизонты. Как, например, библиотекарь Румянцевского музея Николай Фёдоров с его принципом «Жить нужно не для себя (эгоизм), не для других (альтруизм), а со всеми и для всех» и несбыточным идеалом воскрешения всех былых поколений… А знаменитый доктор Фёдор Гааз, лечивший тысячи москвичей бесплатно, делился с ними своими деньгами. Поистине чудны, а не чудны их дела и поступки!»В очередной книге серии «100 великих» главное внимание уделено неординарным личностям, часто нелепым и смешным, но не глупым и не пошлым. Она будет интересна каждому, кто ценит необычных людей и нестандартное мышление.

Рудольф Константинович Баландин

Биографии и Мемуары / Энциклопедии / Документальное / Словари и Энциклопедии

Похожие книги

111 опер
111 опер

Предлагаемый справочник-путеводитель продолжает традицию СЃР±РѕСЂРЅРёРєР° В«50 опер» (в последующих изданиях — В«100 опер»), задуманного более 35 лет назад видным отечественным музыковедом профессором М. С. Друскиным. Это принципиально новый, не имеющий аналогов тип справочного издания. Просвещенным любителям музыки предлагаются биографические сведения и краткая характеристика творчества композиторов — авторов опер, так и история создания произведения, его сюжет и характеристика музыки. Р' изложении сюжета каждая картина для удобства восприятия выделена абзацем; в характеристике музыки определен жанр, указаны отличительные особенности данной оперы, обращено внимание на ее основные СЌРїРёР·РѕРґС‹, абзац отведен каждому акту. Р' СЃРїРёСЃРєРµ действующих лиц голоса указаны, как правило, по авторской партитуре, что не всегда совпадает с современной практикой.Материал располагается по национальным школам (в алфавитном порядке), в хронологической последовательности и охватывает всю оперную классику. Для более точного понимания специфики оперного жанра в конце книги помещен краткий словарь встречающихся в ней музыкальных терминов.Автор идеи М. ДрускинРедактор-составитель А. КенигсбергРедактор Р›. МихееваАвторский коллектив:Р". Абрамовский, Р›. Данько, С. Катанова, А. Кенигсберг, Р›. Ковнацкая, Р›. Михеева, Р". Орлов, Р› Попкова, А. УтешевР

Алла Константиновна Кенигсберг , Людмила Викентьевна Михеева

Культурология / Справочники / Образование и наука / Словари и Энциклопедии
Паралогии
Паралогии

Новая книга М. Липовецкого представляет собой «пунктирную» историю трансформаций модернизма в постмодернизм и дальнейших мутаций последнего в постсоветской культуре. Стабильным основанием данного дискурса, по мнению исследователя, являются «паралогии» — иначе говоря, мышление за пределами норм и границ общепринятых культурных логик. Эвристические и эстетические возможности «паралогий» русского (пост)модернизма раскрываются в книге прежде всего путем подробного анализа широкого спектра культурных феноменов: от К. Вагинова, О. Мандельштама, Д. Хармса, В. Набокова до Вен. Ерофеева, Л. Рубинштейна, Т. Толстой, Л. Гиршовича, от В. Пелевина, В. Сорокина, Б. Акунина до Г. Брускина и группы «Синие носы», а также ряда фильмов и пьес последнего времени. Одновременно автор разрабатывает динамическую теорию русского постмодернизма, позволяющую вписать это направление в контекст русской культуры и определить значение постмодернистской эстетики как необходимой фазы в историческом развитии модернизма.

Марк Наумович Липовецкий

Культурология / Образование и наука