Читаем 100 великих историков полностью

Главный труд Грушевского – «История Украины-Руси» («Історія України-Руси») (1898–1936) в 10 томах, где изложение событий доведено до 1659 года. Ученый отстаивал тезис о том, что история украинцев начинается в IV веке со славянских племён антов. Киевскую Русь он рассматривал как украинское государство. Преемницей Киевской Руси Грушевский, в отличие от большинства российских историков, считал не Владимиро-Суздальское княжество, а Галицко-Волынское княжество. Его концепция противоречила взглядам большинства российских историков, рассматривавших все население Киевской Руси, включая Новгородскую землю и северо-восточные княжества, как единую древнерусскую народность, из которой в конце XVI и в XVII веке выделились русские (великороссы), белорусы и украинцы (малороссы). Грушевский утверждал, что монгольское нашествие якобы не привело к запустению Приднепровья и к усиленному оттоку населения на северо-восток и что в Приднепровье сохранялось многочисленное местное население, которое «до конца никогда не исчезало». Генетическую же основу великороссов Грушевский видел в финно-угорском населении. Великое княжество Литовское (ВКЛ) историк считал продолжением Киевской Руси, поскольку восточнославянское население играло в нём весьма значительную роль. Последующее принятие Литвой католичества и полонизация ВКЛ, по мнению Грушевского, толкнуло украинцев к Москве. Он также считал, что Москва якобы в дальнейшем не исполняла статей Переяславского договора, на основе которого произошло вхождение Украины в состав Московского государства. В Речи Посполитой, Московской Руси и Российской империи украинцы, как считал Грушевский, не имели доступа к управлению государством и находились в оппозиции к государству. Он говорил о природном демократизме украинцев, выразившемся в устройстве Гетманщины и противостоявшем преобладавшему в России монархическому началу. Для Грушевского была свойственна определенная идеализация Гетманщины, да и более ранних периодов украинской истории. Историк утверждал: «Широкой и мощной, интенсивной политической жизнью жил украинский народ в первые века своего исторического существования. Созданная им политическая организация служила созидательным центром для всей Восточной Европы, создавала ее политическую, социальную и культурную жизнь, закладывала их основу на долгие времена: в основе всей нынешней жизни Восточной Европы и доныне лежат устои, заложенные Киевским государством. Очевидно, что процесс, которым создавался этот политический, государственный организм в его развитии, принимая во внимание его глубокие и далекоидущие последствия, представляет большой исторический интерес и стоит того, чтобы его изучать. Но он довольно быстро вырождается, его политическая сторона слабеет, и интерес к ней утрачивается. Основной интерес представляют те социальные и культурные процессы, которые развивались на этой политической основе благодаря однажды данному импульсу. И процессы эти имеют уже чем дальше, тем больше местный, локальный, а не общегосударственный характер. Государственная жизнь интенсивно продолжается только в Западной Украине, в Галицко-Волынском государстве. Затем, с середины XIV века, украинский народ уже входит в состав других, чужих государств, то составляя пассивный объект чужой власти, чужого, на иных основаниях созданного права, то находясь в более или менее внятной и острой оппозиции к этой чужой власти и чужому праву. Если раньше, в период самостоятельной политической жизни украинского народа, политика, конечно, находилась в руках правящего меньшинства, правившего народом, часто против его воли, то теперь на политику не имели влияния ни высшие, ни низшие слои украинского общества, и поэтому политические обстоятельства этих времен могут интересовать нас лишь постольку, поскольку они непосредственно влияли на национальное, экономическое и культурное положение украинского народа. Общественно-экономическая и культурная история украинского народа в те времена только и является его историей. Политическое движение и затем вооруженная борьба – ряд восстаний украинского народа под предводительством казачества в первой половине XVII века – дает возможность вырвать часть Украины из-под власти чужого права и жить снова государственной, хотя и не суверенной жизнью в течение этого периода. Но социальные и культурные процессы в этот период политического возрождения украинского народа скрывают свою доминирующую роль, а с упадком политической жизни снова становятся единственной историей украинского народа. Социальный и культурный процесс составляет, таким образом, ту путеводную нить, которая ведет нас неизменно через все колебания, через все флуктуации политической жизни – через стадии ее подъема и упадка, и связывает воедино историю украинского бытия, несмотря на различные пертурбации и даже катастрофы, которые приходилось переживать украинскому народу. Конечно, делалось наоборот: прослеживалась история политических организаций, пришивали куски истории украинского народа к истории государственной жизни польского, или великорусского народа, и она распадалась на ряд разорванных, лишенных преемственности и какой-либо связи эпизодов. Наоборот, она становится органической целостностью, когда в основу исследования кладется социальный и культурный процесс, где преемственность не прерывалась никогда, где даже самые резкие изменения накладывались на старую, жизненную основу, которая лишь медленно изменялась под их воздействием. Она определяет нам главную дорогу от наших времен до времен самых дальних, исторических и даже доисторических, насколько они начинают поддаваться исследованию и насколько прослеживается их эволюция».