Обратим внимание на то, что именем Нун в этом мифе называется первозданное состояние мира (его принято отождествлять с хаосом, хотя такое толкование может быть и не вполне точным), а также имя первоначального бога. Как это понимать?

Более всего, пожалуй, это соответствует мировоззрению пантеизма, когда Бог и природа воспринимаются как единое целое; когда природа обожествляется, а Бог предстает как Всемирный Дух и Разум. Так выражаются единство и целостность бытия, всего сущего. Вселенной.

Возможна ли какая-то иная, более правдоподобная версия? Вряд ли. Если уподоблять Нуна хаосу, то это был бы бог деструктивный, олицетворяющий беспорядок, беззаконие, безвластие, а не бог «отец богов». Для такого творения необходимы воля и разум. Сам по себе хаос бесплоден, ибо не обладает упорядоченностью.

В гелиопольском мифе о сотворении мира Владыка Вселенной, появившийся из «неоглядного Нуна», изрыгнул из себя бога воздуха Шу и богиню влаги Тефнут. Повествование ведется от имени этого Владыки (Хепри – Сущего – одного из воплощений солнечного божества Атума). Он не всемогущ; ему требуется помощь божественного отца: «И отец мой Нун произнес: «Да возрастут они!» После того существовали как единый бог в трех лицах – Я, Шу и Тефнут. От Шу и Тефнут водились другие боги и богини.

Такова одна из версий древнего мифа, в которой определенно подчеркиваются величие Нуна, его дар наделять силой, духовной мощью богов. В нем соединяются три ипостаси: творца Вселенной, отца богов, духовной силы. Но в то же время (или в той же вечности) при нем остается некая материальная реальность, не разделенная на стихии; ее, пожалуй, можно сопоставлять с первоматерией, а не с хаосом.

Был ли Нун или какой-то иной бог первоначально единым (триединым), всевышним, безвидным, всемогущим – об этом остается только догадываться. Эта версия заслуживает дальнейшей разработки. А с позиций современной науки идея о первоматерии, которая дала начало привычному нам материальному миру, созвучна концепции вакуума – особого энергоёмкого состояния пространства, из которого в определенных условиях могут возникать элементарные частицы, обладающие массой покоя и представляющие собой «микрооснову» материи. Конечно, подобные идеи не приходили в головы египетским мыслителям. И все-таки их представления о Нуне в философском смысле предваряют концепцию вакуума, порождающего материальные объекты.

Нут

Нут – Небесная корова, особо почитаемая в Египте как олицетворение неба, точнее сказать – космоса, потому что ее тело изображали усыпанным звездами. Правда, целый ряд рисунков, отражающих космологическую мифологию древних египтян, показывают, что бог ветра и воздуха Шу отделяет женское божество Нут от ее брата и супруга Геба. Однако подобные представления, по мнению исследователей, возникли позже, чем образ Небесной коровы.

При слове «корова» мы воображаем не совсем то животное, которое имели в виду древние египтяне. За истекшие с той поры тысячелетия благодаря искусственному отбору эти животные превратились в представителей «мясомолочного скота» – существа медлительные, грузные, с огромным выменем и сравнительно короткими ногами.

В древнеегипетском исполнении корова близка к диким предкам: стройная, элегантная, красивая. Недаром перед изображением коровы часто ставился иероглиф, означающий «красота».

Надо еще раз подчеркнуть, что образ прекрасной Небесной коровы относится не к тому «нижнему небу», воздушному пространству, по которому плывут облака (его олицетворял Шу), а к более высокой и отдаленной сфере звезд, которую со времен античности принято называть космосом. В этом контексте приобретает смысл название Млечный Путь для звездной полосы, в виде которой предстает перед обитателями Земли наша Галактика.

Образ Космической Коровы (будем называть ее так ввиду неопределенности термина «небо») восходит к далекой древности и отражает верования скотоводов. Уже во времена первых фараонов, около 4,5–5 тысячелетий назад, этот образ воспринимался (во всяком случае учеными людьми) как аллегория, символ. Наряду с ним использовались и другие образы. Так, в Текстах пирамид встречаются фразы: «Звезда плывет по океану под телом Нут» (каким бы ни было тело Нут, но оно явно отождествляется с Космосом, а океан – возможно, с воздухом или даже сферой звезд). Об усопшем Фараоне сказано: «Он – сын великой дикой коровы. Она беременеет им и рождает его, и его помещает под ее крылом». В этом случае использован дополнительный образ крыльев коршуна, которые тоже служили символом неба.

По словам известного английского египтолога Рудольфа Антеса, «в этом контексте множественность концепций о небе принимается в высшей степени серьезно. Это вовсе не поэтическая фантазия или шутка художника». На шутку это, безусловно, не похоже, а вот поэтическая фантазия, пожалуй, в таких воззрениях присутствует.