17 января 1961 года Эстес, Джонсон и Картер собрались, чтобы окончательно решить, как им поступить с неуступчивым Маршаллом. На этой встрече присутствовал «специалист по деликатным поручениям» Мак Уоллес. Узнав, что Маршалл отказался перебраться в Вашингтон, Джонсон мрачно заметил: «Наше предложение действительно выглядело так, будто мы хотим от него избавиться». После этого Уоллес, которого Эстес открыто назвал наемным убийцей, получил карт-бланш…

В 1984 году по распоряжению федерального окружного судьи Петера Лоури в свидетельстве о смерти Маршалла в качестве ее причины наконец-то было названо «убийство с применением огнестрельного оружия».

Долгое время о техасской легенде – Билли Сол Эстесе – ничего не было слышно. Наконец в 2003 году французское издательство «Фламмарион» опубликовало книгу Эстеса и Уильяма Реймонда «Дж. Ф. К., последний свидетель». В ней Билли Сол сделал сенсационное заявление: Линдон Джонсон лично отдал приказ о ликвидации Джона Кеннеди.

Заговор с целью убийства президента США окончательно оформился во время игры в покер в ресторане «Брауниз» на Гранд-авеню в Далласе весной 1963 года. По свидетельству Эстеса, Джон Кеннеди был убит после того, как над Линдоном Джонсоном из-за подозрений в коррупции и связях с мафией нависла угроза отставки, которой добивался брат президента – министр юстиции Роберт Кеннеди. Кстати, Роберт лично занимался делом Генри Маршалла, который собирался предоставить в Белый дом информацию о коррупции и прочих незаконных махинациях в Техасе и о роли в хлопковой афере Линдона Джонсона. Роберт Кеннеди пошел на неожиданный шаг и предложил Эстесу сделку – компромат на Джонсона в обмен на «послабления» со стороны контролирующих финансовых служб. Эстес отказался. «Я не прожил бы и минуты, если бы согласился», – заявил он сорок лет спустя. Министр юстиции также знал о существовании и связях Мака Уоллеса.

Техасские нефтяные бароны были также напуганы разработанным Джоном Кеннеди проектом закона о значительном повышении налогов на нефтяной бизнес. Лично Эстес не участвовал в заговоре, однако многое о нем знал. Так, 22 ноября 1963 года в Далласе были подготовлены три снайперские позиции. При этом убил Кеннеди не Ли Харли Освальд, а, видимо, техасский наемный убийца Мак Уоллес. Именно он оставил отпечаток пальца в помещении на 5-ом этаже, из окна которого якобы стрелял Освальд. Правда, в официальных документах отпечаток числился как «отпечаток неизвестного лица».

Предусмотрительный Эстес еще с начала 1960-х годов записывал на магнитофон наиболее важные разговоры, хранил пленки в тайнике, и они в течение десятилетий были для него своего рода «гарантией от случайной смерти». Среди записей есть и беседа с ближайшим советником Джонсона Клиффом Картером, который за несколько часов до своей смерти в 1971 году сделал признание, что участвовал в организации убийства Кеннеди и что приказ об этом отдал лично Линдон Джонсон. В интервью французским журналистам Эстес заявил, что передаст пленки в руки правосудия «не раньше, чем последние участники заговора уйдут в мир иной». Себя же он назвал последним крупным свидетелем тех трагических событий.

Король фальшивомонетчиков Чеслав Боярский

Старший комиссар отдела по борьбе с фальшивыми деньгами Эмиль Бенаму выиграл не одну кампанию против фальшивомонетчиков. Говорили, что он сохранил Французской Республике как минимум десять миллиардов франков. На этот раз у Бенаму был серьезный противник: неизвестный фальшивомонетчик печатал столь высококачественные банкноты, что они выявлялись довольно редко и по чистой случайности – в парижском банке «Сюретэ насьональ», цюрихском «Банко юнион Сюисс» в Цюрихе, каирском «Мистр бэнк», в «Дойче нотен-банк»…

Деньги появлялись только в единичных, «авторских» экземплярах. Сначала это была банкнота в тысячу старых франков, на которую эксперт Банка Франции обратил внимание в 1951 году. Распознать подделку было так же трудно, как и шесть лет спустя, когда появились вызвавшие подозрения банкноты в 5000 франков. И вот новые 100-франковые купюры (в 1960 году во Франции состоялась денежная реформа).

Один постоянный признак установить все же удалось: автор на относительно крупных партиях своих подделок не менял номера серий. Но так как банкноты поступали в обращение поштучно, проследить за их номерами было практически невозможно.