Читаем 100 великих афер полностью

Если же не удавалось договориться с авторами или их наследниками, Уайз выпускал пиратские издания. С этой целью мистификатор пользовался добытыми правдами и неправдами рукописными архивами писателей, давними журнальными публикациями. В ряде случаев он превращал их в отдельные издания, выпуская малыми тиражами для создания искусственных редкостей.

В 1892 году Уайз познакомился с американцем Джоном Генри Ренном, дельцом из Чикаго. Томас поразил бизнесмена своим литературным кругозором, и знакомство вскоре переросло в дружбу. Уайз продавал Ренну поддельные «раритеты», притворяясь, будто достаются они ему с превеликим трудом. К счастью, Ренн умер, так и не узнав о вероломстве «друга», в течение двадцати лет продававшего ему экземпляры всех сфабрикованных им книг, среди которых было около 70 поддельных изданий XIX века. Уайз как-то признался близким, что Ренн приносит ему 1000 фунтов в год.

В 1921 году Уайз покончил с противозаконной деятельностью. Он был достаточно богат и мог позволить себе выпускать только законные с юридической точки зрения издания: библиографии произведений Лоудера, Китса, Конрада, Суинберна. Много времени он уделил подготовке «Каталога библиотеки Эшли», выходившему в период с 1922 по 1936 год. Каталог еще более укрепил авторитет Уайза как знатока книги. Его избрали президентом Библиографического общества, почетным членом Уорчестерского колледжа в Оксфорде, фамилия Уайза появилась в справочнике «Кто есть кто», он стал членом аристократического Роксберского клуба.

Пытаясь застраховать себя от любых случайностей, Уайз начал выступать с разоблачениями литературных подделок, и снова оказался в центре внимания; более того, успехи в роли литературного детектива привлекли на его сторону новых почитателей.

Но, несмотря на все попытки скрыть следы незаконной деятельности, разоблачение не заставило себя ждать. В 1933 году к Томасу Уайзу явился с визитом книготорговец Грэм Поллард с расспросами о целом ряде первых изданий, которые время от времени появлялись на аукционах и в каталогах книготорговцев и объединялись характерным признаком: они были в отличном состоянии и продавались по очень высоким ценам. Скорее всего, эти книги поступали из одного источника.

Грэм Поллард и его друг библиограф Джон Картер обратили внимание на то, что больше всего этих «прекрасно сохранившихся книг» числится у лондонского книготорговца Герберта Горфина, бывшего друга и помощника Уайза.

Сомнительных первых изданий насчитывалось около сорока. Наиболее интересной из книг этой коллекции были «Сонеты (с португальского)» Элизабет Браунинг, якобы изданные в Рединге в 1847 году (долгое время считалось, что впервые сонеты появились во втором издании «Поэм в двух томах» в 1850 году). Издание продавалось на аукционах по самым высоким ценам, вплоть до 250 фунтов за экземпляр. Высокая цена объяснялась романтической историей книги, рассказанной английским критиком. В 1847 году поэт Роберт Браунинг отправился с молодой женой Элизабет в свадебное путешествие. Как-то утром за завтраком (дело было в Пизе) Элизабет смущенно сунула мужу в карман какие-то листки и выбежала из комнаты. Это были сонеты, в которых она признавалась в любви к мужу. Прочитав их, Роберт пришел в восторг и настоял на том, что рукопись отправили в Англию их общей знакомой Мэри Рассел Митфорд. Мэри напечатала сонеты в небольшом количестве и прислала их Браунингам для раздачи друзьям.

Однако из писем Роберта Браунинга и его близких друзей следовало, что рассказанная критиком история произошла не в Пизе, а на Луккских водах, и не в 1847 году, а в 1849 году. Если Браунинги указывали точную дату, как могло случиться, что книга была напечатана за два года до самого события!

Картер и Поллард подвергли книгу новейшим методам исследования. Химический анализ бумаги показал, что не только для этой книги, но и для других использовалась бумага, которую не изготовляли в 1847 года, ее начали выпускать на 30 или 40 лет позже, чем вышла книга!

Попавшие под подозрение раритеты были набраны современным шрифтом в типографии «Клей и сыновья», разработанным намного позже обозначенных дат издания. Владельцы типографии признали, что книги были напечатаны в их цехах, но имя виновного в афере установить не удалось, поскольку все записи, сделанные до 1911 года, были уничтожены. Факсимильные издания типография «Клей и сыновья» печатала по заказу обществ Браунингов и Шелли (а в этих обществах факсимильными изданиями занимался Томас Уайз!).

Версию Полларда и Картера подтверждал тот факт, что ни одна из книг, датированных начиная с 1842 года, не появлялась на аукционах и не поступила в библиотеку Британского музея ранее 1888 года. Кроме того, в этих книгах за редким исключением не было росчерков владельцев или дарственных надписей авторов.