Читаем полностью

Я почувствовала облегчение, увидев лежащего рядом Трента, его обнаженная грудь медленно поднималась и опадала. Он пока меня не бросил. Уличные огни отбрасывали приятный отблеск на его тело, и я тихонько села, осматривая его, желая прижаться к нему. Я боролась с желанием дотронуться до него, провести пальцами вдоль его идеальных изгибов.

Вздохнув, я встала и на ватных ногах подошла к шкафу, думая, сколько еще осталось до того, как эта новая жизнь тоже рухнет. До того, как я потеряю Трента, Шторм, Мию. Сегодня ночью эта новая жизнь едва не была разбита. Просто так. Мне нужно уйти, говорила я себе. Исчезнуть и закончить все эти отношения, к которым меня принудили, и избавить всех от еще большей душевной боли. Но я знала, что это невозможно. Я слишком глубоко завязла в этом. Каким-то образом, я выделила местечко в своих жизни и сердце для всех них. Или они выделили местечко для меня в своих. В любом случае, с каждым проходящим днем я просто не переживу того чувства пустоты, которое останется, когда они исчезнут.

Повернувшись спиной к спящему Тренту, я позволила своему влажному платью упасть на пол. Я расстегнула бюстгальтер и бросила его вслед за ним. Дальше последовали трусики. Вытащив из верхнего ящика майку и шорты, я обдумывала, запрыгнуть ли мне в душ, чтобы освежиться, когда тихий голос произнес:

— У тебя самые красивые рыжие волосы.

Я замерла, щеки пылали. Я прекрасно понимала, что стою полностью обнаженная перед парнем, который может вызвать во мне оргазм, просто правильно посмотрев. Я услышала скрип кровати и медленно приближающиеся шаги, но не сдвинулась. Сзади ко мне приблизился Трент и воздух в комнате сгустился. Я не могла обернуться. Я не могла посмотреть ему в глаза и не знала почему.

Я чувствовала само его существо, словно оно рукой сжимало мою душу, баюкало ее, пытаясь защитить от вреда, и я была в ужасе. В ужасе, потому что не хотела, чтобы это ощущение когда-либо прекращалось.

Каждый нерв в моем теле словно замкнуло накоротко. Я напряглась, когда его рука коснулась моего плеча, прежде, чем перекинуть мои волосы на одну сторону, открывая шею так, как ему нравилось. Холодный ветерок пощекотал кожу, когда он наклонился ближе.

— Ты такая красивая. Вся ты.

Он вырвал из моих рук пижаму и бросил ее на пол, после чего взял меня за руку. Его губы скользнули по моему правому плечу, и он начал покрывать мой шрам крошечными поцелуями, от чего по всему телу пробежала дрожь. Он поднял мою руку, так, что ладонь легла на голову, и я почувствовала, как он переместился. Ниже, ниже, он продолжал, его губы нежно двигались вдоль моей грудной клетки, по бедру к его внешней стороне, целуя каждую линию, характеризующую мое трагическое прошлое. Все это время левой рукой я держала его за руку, пока другая рука покоилась на голове. И мое тело дрожало в предвкушении.

Руки Трента переместились, чтобы крепко схватить меня за внешние стороны бедер, когда он последний раз поцеловал меня в поясницу, и я слегка пошатнулась из-за ослабевших коленей. Я почувствовала, как он поднялся позади меня, его руки скользнули вверх и вокруг к моему животу, плотно прижимая мое тело к нему, давая мне спиной почувствовать, как он возбужден.

Я откинула голову назад, к его груди, со смесью радости и разочарования — радости, потому что Трент снова подпускает меня так близко к себе после тех недель, что он держал меня на расстоянии; разочарования, потому что это закончится чересчур внезапно.

Но он не выказал ни единого признака того, что сейчас все закончится, когда его руки продолжили двигаться вверх, скользнув по моим грудям и заключив в себя их полноту. Я услышала его резкий вздох. Медленно он развернул меня и сжал мои руки за спиной.

Я не понимала почему, но не могла заставить себя посмотреть на него, так что вместо этого я уставилась на крошечный шрам, проходящий вдоль его ключицы, и почувствовала, как его грудь поднимается и опускается рядом с моей. Мои соски затвердели, касаясь его кожи. Я отрывисто дышала, когда он наклонился и прошептал:

— Посмотри на меня, Кейси.

Я так и сделала. Я подняла взгляд и позволила себе погрузиться в синеву его глаз, которые были полны беспокойства, боли и желания.

— Я соберу тебя воедино, Кейси. Я обещаю, что сделаю это, — прошептал он.

А затем его губы накрыли мои.

Я едва осознавала, что теперь спиной прижимаюсь к стене, что его боксеры упали на пол, что сильные руки подняли меня, а мои ноги обвили его бедра, что я чувствую его, прижимающегося ко мне.

Входящего в меня.

Собирающего меня воедино.

* * *

Снаружи все еще было темно, когда я снова проснулась. На этот раз моя голова лежала на груди Трента, а все тело было переплетено сего. Пальцами он машинально водил по моей спине, подтверждая, что проснулся. В этот раз я проснулась не от кошмара, а от повышенных голосов Шторм и Дэна, раздающихся за стеной.

— Он мог тебя убить, Нора, — орал Дэн. — Забудь про деньги. Тебе не нужны деньги.

Голос Шторм не был таким громким, но я слышала его также отчетливо.