— Ну что вы, не стоит извиняться, уже семь лег, как я потерял жену...

— У вас есть дети?

— Нет... А что это мы все обо мне, да обо мне? Давайте о вас поговорим! — агент многозначительно посмотрел на часы. — До совещания в Генеральном штабе у меня есть еще двадцать две минуты. Вы здесь по делу или просто проезжали мимо?

— По делу. Здесь живет моя портниха...

— Так, может^-, это она иголкой проколола колесо? Вы, наверно, ей плохо платите? Если что, можете рассчитывать на мою помощь!

«КОНСТАНТИНОВ» комично округлил глаза и подмигнул турчанке.

Рассмеялись. Ширин смеялась особенно громко — сказывалось нервное напряжение. Взгляд каперанга будоражил глубины души и, вместе с тем, притягивал, манил какой-то неземной силой.

— Благодарю вас, мой муж — военный атташе и неплохо зарабатывает. Кстати, в пятницу в нашем посольстве состоится приём, я приглашаю вас...

— По какому случаю приём?

—Колесо готово, Аристотель Константинович! — раздалось за спиной.

Агент, продолжая смотреть турчанке прямо в глаза, сжал её руку.

— Как тебя зовут?

— Ширин... На визитке есть мое имя...

—Я хотел услышать, как произносишь его ты, чтобы называть тебя так, как тебе нравится. Это ведь древнее турецкое имя, я не ошибаюсь? — «КОНСТАНТИНОВ» перешел на шепот.

— Да! Такое же древнее, как твоё... Ты—грек? — спросила турчанка, не заметив, что они вдруг перешли на «ты».

— Греция — не самая плохая страна, не так ли? Что же вас смущает? Погоны на моих плечах или моя национальность?

«КОНСТАНТИНОВ» в точности воспроизвел слова и интонацию иностранки. Снова рассмеялись.

— Вы — остроумный человек, с вами надо держать уши острыми...

— Держать ухо востро...

— Извините... Я еще плохо знаю русский язык...

— Поверь мне, ты знаешь его в достаточной мере, чтобы понять слова любви... Вопрос в том, будет ли у меня возможность тебе их произнести? — комок застрял в горле агента, а глаза вмиг увлажнились. Срывающимся голосом агент спросил:

— Когда в следующий раз ты должна быть здесь? Скажи, и я приеду! Я брошу к черту все дела и примчусь немедленно!

Дыхание турчанки участилось, взгляд лихорадочно метался по лицу собеседника, она вдруг увидела стоявшие в его глазах слёзы. С трудом переведя дыхание, женщина прошептала:

— Аристотель, не надо...

«КОНСТАНТИНОВ» уже двумя руками сжимал локти Ширин.

— Надо! Хотя бы одно свидание. Оно ведь ни к чему тебя не обязывает, поверь... Я позвоню, дай мне свой домашний телефон!

— Нет-нет! Завтра. Здесь. В это же время...

Турчанке показалось, что грек не расслышал сё слов, так как в это время он, склонив голову, покрывал поцелуями ее руки.

— Аристотель... Завтра... В это же время! — полузакрыв глаза, повторила Ширин. «КОНСТАНТИНОВ» резко поднял голову, крепко поцеловал женщину в губы и, развернувшись по-военному на каблуках, нырнул в «Волгу»...

* * *

«Значит, сегодня у нас с тобой, дорогая Ширин, примерка. Похоже, она должна была состояться не сегодня, а позже, но для того, чтобы встретиться со мной, ты ответила так решительно: «Завтра!» Девочка, ты и не подозреваешь, что за примерка предстоит нам обоим! Постараемся тебя не разочаровать! По-русски ты говоришь превосходно. Интересно, это тоже входит в обязанности помощника советника по этническим вопросам?

Черт! Забыл сказать Козлову, что нужен букет роз. Прийти на первую встречу без цветов? Да никогда! Это всё равно, что заявиться к женщине на первое свидание в несвежих носках, или нажравшись чеснока. Первое — тут же станет последним! Значит, придется заехать на Центральный рынок. Розы! И только белые! Как символ чистоты и невинности моих помыслов, наших будущих встреч и наслаждений... Приготовьтесь, товарищ генерал, выделить деньги ещё и на розы. Ведь вы же сами не устаёте повторять:

«Средства, потраченные на ухаживания за объектом,—гроши по сравнению с тем капиталом — информацией,—которой он располагает!»

Приказано совратить

В назначенный час «КОНСТАНТИНОВ» на черной «Волге» со служебными номерами Министерства обороны подкатил к знакомому подъезду на Страстном бульваре.

— Ширин, добрый день! Первый раз в жизни встречаю такую пунктуальную женщину! — сказал Аристотель, усевшись в «Мерседесе» турчанки. — Признаться, я думал, что мне придется или долго ждать, или уехать ни с чем...

— Почему? — вместо приветствия спросила турчанка.

— Видишь ли, хотя я уж и не вспомню, когда последний раз назначал свидание женщине, но мне известно, что все женщины лишены чувства времени, поэтому всегда и всюду опаздывают. А во-вторых...

Агент умолк, выжидающе глядя на собеседницу.

— А во-вторых? — лукаво улыбнулась Ширин.

— А во-вторых, первым на свидание прибывает тот, кто от него ожидает большего, чем...

— Ты — опасный человек, Аристотель! — ударив ладонью по рулю, с грустью в голосе заметила Ширин.

— Самый безобидный и беззащитный человек на свете — это мужчина, сбежавший со службы, чтобы встретиться с возлюбленной! Почему же я опасен? — кротко произнес «КОНСТАНТИНОВ», а про себя подумал: