И переведя взгляд вглубь зала, продолжил уже громче.

— И дело тут не в том, чтобы уберечь себя, как пытается всё выставить Ульгар. Мне плевать, кого там собирается расстреливать Мангр. Плевать. Я восточный сэт, и этим всё сказано. Был бы жив Альгар, у меня б не было сомнений. Он достойнейший из нас. Лучший стрелок и лучший старший сэт, потому мы и выбирали его. Но теперь… Теперь я даже не знаю. Никто из нас не командовал, и даже не принимал участия в масштабных битвах. Набеги краснорожих не в счёт. А у Анта, я повторюсь, опыт есть. Вот только возникла проблема. Буквально час назад я сказал ему, что он свободен в своих действиях и может в любой момент покинуть Виглар. Хотя… мне кажется, я знаю, как убедить его.

— Да откуда ты всё знаешь? Я знаю, я знаю. Я знаю, я знаю! — не сдержавшись, со злостью прокричал Рашнар. Нет, всё шло по его плану, но вот эта недосказанность бесила. Что Альгар, что Курнак, что его дружок Сальгар — все они старались держаться от него подальше. — Если знаешь, говори! По нашим законам всё, что касается общих дел поселения должно выноситься на сэтар!

— А так же, по нашим законам… По неписаным законам предков, — Курнак посмотрел на старика с холодной улыбкой, — Я не имею права говорить об этом. Не я вёл разговоры с Антом, и не мне их разглашать.

Глава девятнадцатая

— Дангар, не суетись! Я же сказал, после выстрела считаешь до трёх и только потом «кулак Адхара»! Ты должен удивить противника! Лернар! Какого чревла ты оторвался от напарника?! Ты с ним одно! Прикрывай его «молнией», пока он перезаряжает или меняет позицию!

— Слушаются, — задумчиво проговорил недавно подошедший Курнак, и я выдавил из себя скупую улыбку. Ну да, слушаются. Если не считать, что я каждый день срываю глотку, то, в общем-то, можно назвать это и так. — У меня к тебе серьёзный разговор, Ант.

Я оторвал взгляд от перебирающегося через ров Лернара и посмотрел на стоявшего рядом сэта.

— Хорошо, подожди немного. Дангар! Давай сюда!

Мой самый талантливый ученик подбежал, я оставил его за главного, отчего на губах Курнака появилась горделивая улыбка, и мы с ним отошли в сторону.

— Я только что с сэтара, — вернув лицу серьёзность, напряжённо начал он, и я тоже невольно напрягся. — Тут такое дело, не знаю даже… У тебя какие планы на ближайшее время?

— Планы? Те же самые, — я пожал плечами. — Курнак, мы же недавно совсем об этом говорили. За такое время вряд ли можно грандиозно их поменять.

— Ты собирался в Аркополь, — словно не услышав меня, на той же ноте продолжил сэт. — Сдаётся мне, что туда теперь просто так не дойти. Восточные сэты поднимутся на войну. Я уверен. Простить убийство стольких старейшин… Война неизбежна, Ант.

— Я понял тебя, Курнак. Ты хочешь, чтобы я остался и принял в ней участие?

— Не просто участие, Ант.

— В каком смысле?

— Только что на сэтаре семеро против троих проголосовали за избрание тебя временным старшим сэтом.

Вот те здрасьте! Я пристально и недоверчиво вгляделся в лицо собеседника — может, шутит? Но он выглядел весьма серьёзно. Да и не из тех этот уважаемый в Вигларе сэт, кто позволяет себе отпускать глупые шутки.

— Временным? — только и нашёл я что переспросить, и Курнак тут же бросился объяснять.

— По законам мы не можем избрать нового сэта прямо сейчас, для этого существуют определённые сроки. Но временного, в случае внезапных обстоятельств, избирать можно. И мы решили, что ты подходишь как нельзя лучше.

— Я? — моё лицо вытянулось. — Курнак, но я ведь не сэт. Это, во-первых. А во-вторых, в мои планы это как-то не входило.

— Я понимаю тебя, Ант, — не давая мне опомниться, торопливо продолжил Курнак. — Это не твоя война, это не твой народ. Никто и не требует от тебя согласия. Ты можешь просто подать самоотвод, и мы рассмотрим другую кандидатуру…

— Но почему не ты? — перебил я. — Ты достойный и уважаемый сэт, близкий друг Альгара. Я думаю, именно тебя он хотел бы видеть на своём месте.

— Погоди, Ант, — Курнак поднял руку. — Дай договорить. Я постараюсь всё объяснить как можно точнее, — он кашлянул, бросил взгляд на полигон, который за последнюю декаду из простого стрельбища превратился в сплошную полосу препятствий, задержался глазами на своём сыне, и лишь затем вновь посмотрел на меня. — Проблема в том, что мы давно не вели масштабных войн. Краснорожие в основном нападают небольшими отрядами, до полусотни за раз. А тут будет совсем по-другому. По нашим прикидкам на стороне Мангра выступят до тридцати пяти тысяч воинов.