Виктор Елисеевич Дьяков

Все книги автора Виктор Елисеевич Дьяков (127) книг

У моря (СИ)
У моря (СИ)

Что такое Москва в глазах провинциала? Конечно, многое зависит от мировоззрения, запросов... Зое Степановне, до того, как она впервые в ней побывала в качестве невесты, Москва представлялась чем-то вроде Изумрудного города волшебника Гудвина. Именно такое впечатление создавали телевидение и прочие советские СМИ: празднества, парады, съезды, торжественные встречи всевозможных делегаций, космонавтов... живут там сплошь деятели науки, культуры и т.д. и т.п. Не мудрено, что у провинциальной советской девушки, сформировалось такое же "правильное" мнение о Москве - "надежде мира, солнце всей России". Не поколебало её мнения о Москве и москвичах и то, что её парень, лейтенант-москвич, с которым она познакомилась во время отработки диплома в своей первой школе, а потом вышла за него замуж... на ту созданную её фантазией некую супер-личность, коими должны были быть все москвичи, походил мало.

Виктор Елисеевич Дьяков

Разное / Без Жанра
Дела житейские (сборник)
Дела житейские (сборник)

Этот сборник так же можно озаглавить «В поисках счастья». Ведь герои повествований, так или иначе, ищут счастье в жизни, так как они его понимают. Ищут и не находят. Почему? Да потому, что они простые русские люди, не люмпены, не пьяницы, но в то же время, и не крутые, не преуспевающие, не влиятельные. А простым людям в России всегда было тяжело, какой бы она ни была: царской, советской или нынешней. Как тут не позавидовать пассионарным нацменам. Они могут на это государство плюнуть и счастливо жить интересами своих семей и кланов. У русского человека иной, веками сложившийся генетический код. Над ним исподволь, независимо от него довлеет долг: жила бы страна родная. С ним он вольно или невольно вынужден считаться, хоть и без всякой надежды на взаимность со стороны государства. Может потому и сильна Россия, несмотря ни на что, а простой русский человек, как правило, несчастливо и тяжело живет.

Виктор Елисеевич Дьяков

Проза / Современная проза
Однажды в Зубарихе (СИ)
Однажды в Зубарихе (СИ)

Любовный треугольник эпохи "развитого социализма". Молодая "не от мира сего" колхозница Талька (Наталья), мужеподобная внешне, но обладающая нежной душой, тайно любит бригадира Николая. Николай, в свою очередь, пережил скоротечный и неудачный брак, будучи по комсомольской путёвке в Сибири на "ударной стройке коммунизма". Разочаровавшись в "коммунистическом труде" за тридевять земель, он возвращается в родную деревню, из которой фактически разбежалась кто куда вся молодёжь. Став бригадиром, Николай пытается навести порядок, борется с пьянством рядовых колхозников, с приписками должностных лиц. Во время уборки клевера случается драка между бригадиром и двумя подвыпившими мужиками, в ходе которой Талька спасает Николаю жизнь. Тем не менее, Николай, уважая Тальку как человека и работницу, не в состоянии преодолеть физическое отвращение и полюбить её как женщину. Он, в свою очередь, любит ровесницу Тальки Лизу, сумевшую уехать в Москву и там устроить себе жизнь, выйти замуж за москвича. Лизе тоже нравится Николай, но пожив в Москве, она уже не может без содрогания вспоминать о скучной и бесперспективной жизни в деревне. На родину она согласна приезжать только на отдых к родителям. Она отвергает предложение Николая, хоть сама в замужестве и несчастлива. Став невольным свидетелем любовного свидания Николая и Лизы, и услышав оскорбительное высказывание в свой адрес из уст любимого, потрясённая Талька осознаёт, что у неё в этой жизни нет шансов быть любимой...

Виктор Елисеевич Дьяков

Прочая старинная литература / Древние книги
Целинники
Целинники

История трех поколений семьи Черноусовых, уехавшей в шестидесятые годы из тверской деревни на разрекламированные советской пропагандой целинные земли. Никакого героизма и трудового энтузиазма – глава семейства Илья Черноусов всего лишь хотел сделать карьеру, что в неперспективном Нечерноземье для него представлялось невозможным. Но не прижилась семья на Целине. Лишь Илья до конца своих дней остался там, так и не поднявшись выше бригадира. А его жена, дети, и, в конце концов, даже внуки от второй жены, все вернулись на свою историческую родину.Так и не обустроив Целину, они возвращаются на родину предков, которая тоже осталась не обустроенной и не только потому, что Нечерноземье всегда финансировалось по остаточному принципу. Исконную русскую землю в двадцатом веке просто некому стало обустраивать – Целина, ударные комсомольские стройки, растущие города высосали, обескровили среднерусскую деревню.

Виктор Елисеевич Дьяков

Проза / Современная проза
Целинники
Целинники

История трех поколений семьи Черноусовых, уехавшей в шестидесятые годы из тверской деревни на разрекламированные советской пропагандой целинные земли. Никакого героизма и трудового энтузиазма – глава семейства Илья Черноусов всего лишь хотел сделать карьеру, что в неперспективном Нечерноземье для него представлялось невозможным. Но не прижилась семья на Целине. Лишь Илья до конца своих дней остался там, так и не поднявшись выше бригадира. А его жена, дети, и, в конце концов, даже внуки от второй жены, все вернулись на свою историческую родину.Так и не обустроив Целину, они возвращаются на родину предков, которая тоже осталась не обустроенной и не только потому, что Нечерноземье всегда финансировалось по остаточному принципу. Исконную русскую землю в двадцатом веке просто некому стало обустраивать – Целина, ударные комсомольские стройки, растущие города высосали, обескровили среднерусскую деревню.

Виктор Елисеевич Дьяков

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза
Целинники
Целинники

История трех поколений семьи Черноусовых, уехавшей в шестидесятые годы из тверской деревни на разрекламированные советской пропагандой целинные земли. Никакого героизма и трудового энтузиазма — глава семейства Илья Черноусов всего лишь хотел сделать карьеру, что в неперспективном Нечерноземье для него представлялось невозможным. Но не прижилась семья на Целине. Лишь Илья до конца своих дней остался там, так и не поднявшись выше бригадира. А его жена, дети, и, в конце концов, даже внуки от второй жены, все вернулись на свою историческую родину. Так и не обустроив Целину, они возвращаются на родину предков, которая тоже осталась не обустроенной и не только потому, что Нечерноземье всегда финансировалось по остаточному принципу. Исконную русскую землю в двадцатом веке просто некому стало обустраивать — Целина, ударные комсомольские стройки, растущие города высосали, обескровили среднерусскую деревню.

Виктор Елисеевич Дьяков

Современная русская и зарубежная проза