Николай Семенович Лесков

Все книги автора Николай Семенович Лесков (458) книг

Захудалый род
Захудалый род

Впервые — журнал "Русский вестник", 1874, ЛЛ 7, 8, 10. Вмешательство М. Н. Каткова и его окружения в текст хроники (особенно 2-й части), вызванное принципиальными разногласиями с автором во взгляде на дворянство, привело писателя к разрыву с "Русским вестником". 3-я часть хроники не была ни завершена, ни опубликована. Именно в тот момент Катков объявил своей редакции: "Мы ошибаемся. Этот человек не наш", а затем подчеркнул: "Жалеть нечего, — он совсем не наш!" (Письмо Н. С. Лескова М. А. Протопопову 23 декабря 1891 г.). Между тем эстетические достоинства "Захудалого рода" были для Каткова вне сомнений: он "ценил и хвалил" его (письмо Н. С. Лескова А С. Суворину 11 февраля 1888 г.). Сам же Лесков любил это свое детище "больше «Соборян» и "Запеч [атленного] ангела", считая, что хроника "зрелее тех и тщательно написана" (там же), подчеркивал: произведение это "дорого, как ничто другое, мною написанное" (письмо А. С. Суворину от 2 марта 1889 г.). Среди ценителей хроники были И. С. Аксаков и Н. И. Пирогов. Издавая в 1875 г. "Захудалый род" отдельной книгой, Лесков сообщал, что 2-я часть предстает теперь в его, "а не в катковском сочинении" (письмо И. С. Аксакову от 23 марта 1875 г.).

Николай Семенович Лесков

Проза / Русская классическая проза
Скоморох Памфалон
Скоморох Памфалон

Душераздирающая история мнимо умершей жены, жестокосердного мужа и пылкого любовника дополняется неким скоморохом… Скоморох, отказавшись от спасения души своей, гибнущей, как ему кажется, в неправедном ремесле, отдаёт ниспосланные ему деньги, способные стать для него воротами в праведную жизнь, на выкуп из рабства несчастной Магны, помогая ей воссоединиться с семьёю. Сама легенда в устах скомороха становиться рассказом о его собственном нечестивом и грешном падении, рассказом о заглублении своей души. Да и вся эта история уходит на второй план, на первый же выдвигаются горделивый самовольный столпник Ермий, в гордыне думающий на столпе о тщете своих усилий и беззаботный скоморох из Дамаска, явленный столпнику, как пример благости, записанный в книгу живых. Если Ермий скорбит о судьбах ближних, боготворя себя самого, по словам Лескова, «унижал и план и цель творения и себя почитал совершеннейшим», то Памфалон, непрестанно корящий себя за беспутсво и грех, настолько любит других, что избивается за это медными прутьями. Памфалон становится тем, кто может, махнув шутовскою епанчей, уничтожить «предел» Ермия — напачканное во весь небосклон «большими еврейскими литерами, словно углём и сажей… слово: "самомнение".

Николай Семенович Лесков

Проза / Классическая проза