И опять мерещится все та же ночь – финал истории трехсотлетней империи в грязном подвале. И опять падает навзничь царь, и две девочки стоят на коленях у стены, закрывшись руками от пуль, и комендант Юровский вбегает в пороховой дым дострелить ползающего по полу мальчика…Только теперь в этом дыму я вижу еще и бородатого мужика, который столько сделал для того, чтобы случился этот подвал! И который знал, что он случится!
Эдвард Станиславович Радзинский
«Он и она — им чуть за сорок, это два отлично сохранившихся тела, полных жизни и здоровья.В ярких финских тренировочных костюмах, они расхаживают в обнимку у старой церкви с шатровой колокольней. Место высокое — и отсюда видны просторы: луга, излучина реки, деревушка, дальний лес…»
Уникальное художественно-историческое исследование ночи убийства царской семьи. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.
Во всех книгах Эдварда Радзинского – две героини. Первая – История, величественная и безжалостная, порождающая героев и злодеев, палачей и их жертв. И вторая – Любовь, которая на всех поворотах истории помогает человеку оставаться человеком… А умение автора представлять читателю самые неожиданные трактовки, казалось бы, всем известных событий вызывает восхищение сотен тысяч поклонников его творчества.«Существует Она, которую я называю Прекрасная Женщина. Ее главный талант – способность любить. Она страдает умирает от любви… Чтобы воскреснуть и начать все вновь. Ее называют безумной, но счастье, которое она испытывает, не дано разумным. Нормальный Мужчина счастлив тем счастьем, которое испытывает. Прекрасная Женщина – тем счастьем, которое приносит…»Эдвард Радзинский
Из именного указа императрицы Екатерины Второй генерал-губернатору Санкт-Петербурга князю Александровичу Голицыну: «Князь Александр Михайлович! Контрадмирал Грейг, прибывший с эскадрой с Ливорнского рейда, имеет на корабле своем под караулом Ту женщину. Контр-адмиралу приказано без именного указа никому ее не отдавать. Моя воля, что бы вы…» В книге Эдварда Радзинского рассказывается о самой загадочной странице русской истории. О судьбе княжны Таракановой. Последней из дома Романовых.Книга также выходила под названием «Последняя из дома Романовых».
Это был век, когда во Францию пришли деньги. Когда храбрость и верность начинают уступать богатству. Первые олигархи в истории – это кардинал и министр финансов Фуке, который так и не понял, что такое власть короля. Это был век куртизанок, когда понятие добродетели начинает исчезать. Век салонов, где правили женщины, и век до сих пор не раскрытых тайн. Одна из которых – тайна Железной Маски… Ответ на историческую загадку будет совершенно неожиданным.
Лучшие книги Эдварда Радзинского о ключевых фигурах в истории России и СССР.«Горе, горе тебе, великий город Вавилон, город крепкий! Ибо в один час пришел суд твой» (ОТК. 18: 10). «Я первый и Я последний, и кроме меня нет Бога» (Ис. 44:6). Эти слова Святой Книги должен был хорошо знать ученик Духовной семинарии маленький Сосо Джугашвили, вошедший в мировую историю под именем Сталина.
Война, ее начало и действия Иосифа Сталина накануне войны не разгаданы до сих пор. Подозрительнейший из людей, не доверявший даже собственной тени, этот вечный Фома неверующий – доверился Гитлеру!? На самом деле все было куда сложнее…В новом романе из цикла «Апокалипсис от Кобы» одна из самых страшных тайн истории – тайна Второй Мировой, а также последняя Загадка Иосифа Сталина – его смерть.
«Я много лет пишу для театра, и давно усвоил грустную формулу: драматург пишет одну пьесу, режиссер ставит другую, а зритель смотрит третью… Разбирая эту третью пьесу, мы сможем многое понять не только о самой пьесе, но и о Времени…»Эдвард Радзинский
Произведениям Эдварда Радзинского присущи глубокий психологизм и неповторимый авторский слог. «Приятная женщина с цветком и окнами на север» — пьеса о любви, о неизбывной женской вере в счастье, о надежде, которую невозможно убить никаким предательством.
Р' книге известного драматурга представлена одна из ранних пьес "104 страницы про любовь".Эдвард Станиславович Радзинский родился 29 сентября 1936 года в Москве, в семье драматурга, члена СП С.Радзинского. Окончил РњРѕСЃРєРѕРІСЃРєРёР№ историко-архивный институт. Р' 1960 году на сцене Московского Театра юного зрителя поставлена его первая пьеса "Мечта моя... Р
Эдвард Станиславович Радзинский , Эдвард Радзинский
Когда подняли безымянную плиту, под нею оказались еще несколько тяжелых плит (две были отлиты из металла). Император покоился в четырех гробах, заключенных друг в друга. Так англичане стерегли его после смерти… Наконец открыли последний гроб. В истлевшей одежде, покрытый истлевшим синим плащом с серебряным шитьем (в нем он был при Маренго), император лежал совершенно… живой. Он был таинственно не тронут тлением!Эдвард Радзинский
Новая книга Эдварда Радзинского основана на популярном телецикле «Берегитесь, боги жаждут!» и рассказывает о великой крови великих революций, изменивших мир.
В течение трехсот лет идет бесконечный спор… Вольтер, который, казалось бы, разгадал тайну Железной Маски, Александр Дюма, который ему следовал.Кто же был скрыт за Железной Маской? Герцог де Бофор, знаменитый донжуан и воин? Или олигарх-финансист Фуке? Или обманом захваченный по приказу Людовика XV премьер-министр Мантуи? Или…Эдвард Радзинский разбирает все эти версии, все эти фантастические жизни, но…Исторические знания, интуиция — и вот уже рождается, на грани озарения, догадка, блестяще доказанная в романе.
«Ранним утром 19 декабря на Малой Невке у моста был обнаружен всплывший труп. Всплыл он страшно – задранная рубашка примерзла к телу, открывая пулевые раны. На лице кровоподтек – след от удара ногой в висок…Трупы сложили в яму и облили лица и все тела серной кислотой как для неузнаваемости, так и для того, чтобы предотвратить смрад от разложения… Забросав землей и хворостом, сверху наложили шпалы и несколько раз проехали – следов ямы не осталось. (Из «Записки» Я. Юровского, руководившего расстрелом Царской Семьи в ночь на 17 июля 1918 г.)…Ну я вошел в эту комнату и гляжу в раскрытую дверь в малую столовую, а там на полу Хозяин лежит и руку правую поднял… вот так. – Здесь Лозгачев приподнял полусогнутую руку. – …Он еще, наверное, не потерял сознание, но и говорить не мог.»
Пьеса «Чуть-чуть о женщине» была написана Эдвардом Радзинским в 1968 году специально для Татьяны Дорониной и продолжила общую тематику пьес о любви и ее поиске.
И опять мерещится все та же ночь – финал истории трехсотлетней империи в грязном подвале. И опять падает навзничь царь, и две девочки стоят на коленях у стены, закрывшись руками от пуль, и комендант Юровский вбегает в пороховой дым дострелить ползающего по полу мальчика… Только теперь в этом дыму я вижу еще и бородатого мужика, который столько сделал для того, чтобы случился этот подвал! И который знал, что он случится!
Обольститель Колобашкин» (1967) – одна из ранних пьес известного драматурга Эдварда Радзинского.
В страшные дни войны, когда немцы рвались к Москве, на стол к Иосифу Сталину попала пьеса А. Н. Толстого об Иване Грозном. Прочитав ее и, видимо, о чем-то раздумывая, Сталин несколько раз написал на задней стороне обложки одно слово – «Учитель».Учитель… но в чем? Сталинская любовь к Грозному связана с неким важнейшим вопросом, который когда-то задал наш великий историк Карамзин. И ответ на который скрывает история самого загадочного и самого кровавого из русских царей…
В книгу Эдварда Радзинского вошли три лучших романа о представителях Царской семьи. Елизавета и ее таинственная дочь, Александр II и Николай II.
Это история Любви и Ненависти. Что это за страшное чувство? Чем оно питается? На какой почве взрастает? Что делает с людьми и их чувствами и помыслами?
Самая пронзительная книга о любви от Эдварда Радзинского.«Каждое утро, проснувшись, я захлебываюсь в собственном дыхании… я ощущаю ваши губы с такой физической реальностью, что почти теряю сознание. Только молоточки в висках. Я становлюсь безумной… и со всей силой этого безумия я говорю вам: я вас люблю!»…
«Сколько я звонил тебе за эти годы — сколько унижался?.. Ах, сыграйте в моем фильме «Чайков-ский». Хо-хо! Узнала? По-моему, ты потрясена, карга? Тогда — тысяча пардонов! Но у меня не было выхода: ты должна была сыграть в моем гениальном фильме — про Федю Достоевского!..»
«Она в отсутствии любви и смерти» — это одно из главных драматических произведений Эдварда Радзинского. Оно представляет собой важный ключ для понимания поэтики драматурга, который давно известен как мастер мелодрам и автор историй любви. В этой пьесе Радзинский описывает современную ему жизнь, где уже невозможны ни любовь ни смерть в том виде, как представляла классическая литература.
Вашему вниманию предлагается сборник пьес Э.Радзинского «Театр про любовь». В книгу вошли три пьесы автора: «Чуть-чуть о женщине», «Она в отсутствие любви и смерти», «Я стою у ресторана: замуж – поздно, сдохнуть – рано».
…Несмотря на революцию и террор, никто из убийц Распутина не погиб от пули, не разделил судьбы столь многих своих друзей. Умер в своей постели от тифа в Гражданскую войну Пуришкевич. В Швейцарии умер великий князь Дмитрий – один из немногих уцелевших Романовых. В Париже благополучно скончались князь Юсупов и доктор Лазаверт… Но воспоминания о мужике не покидали их до смерти. Марина Грей рассказала мне историю о докторе Лазаверте. Он купил в Париже квартиру и мирно жил, пытаясь изгладить из памяти кошмар той ночи. Однажды он уехал отдыхать на лето, а когда вернулся, увидел, что в его доме открыли ресторан. Ресторан назывался… "Распутин"!..
«Она в отсутствии любви и смерти» – это одно из главных драматических произведений Эдварда Радзинского. Оно представляет собой важный ключ для понимания поэтики драматурга, который давно известен как мастер мелодрам и автор историй любви. В этой пьесе Радзинский описывает современную ему жизнь, где уже невозможны ни любовь ни смерть в том виде, как представляла классическая литература.
«Комнатка с фотографиями была какая-то бездонная. Хотя солнце било прямыми лучами и окна были раскрыты – в конце комнатки царил густейший полумрак. И тут, в полумраке, начинались подвохи: в багетных рамах были выставлены гигантские фотографии женщин в натуральную величину. И то ли из-за неясности света, то ли из-за размеров, – но казалось, будто в рамах стоят отнюдь не фотографии, а самые что ни на есть натуральные женщины. Таково было это помещеньице, залитое полуденным солнцем.И вот в нем, за письменным столом, у окна, потонув в солнечных лучах, – сидел добродушнейший субъект. Русоволосый, ясноглазый, румяный, моложавый, но как-то ненадежно моложавый…»