Потеряв на войне не только ноги, но и душу, он готов свести счеты с жизнью, но, возможно, есть другой способ отомстить за свою боль…
Андрей Георгиевич Дашков
Его предсмертный сон увидят и другие. Каким будет этот последний сон? В этом и прелесть каждого «сеанса» – он абсолютно непредсказуем.
Лидия пошла на эти похороны от скуки. Но не всегда выбираешь что-нибудь веселое. После этого она решила выпить и зашла во второсортный бар. Потом к ней подсел мужчина с красивым и гладким, как у младенца, лицом...
В каждом – каждом! – из вас живет Мрак. Что-то темное, страшное, мерзкое, могущественное. То, что до поры до времени затаилось у вас в душе, как ядовитый черный тарантул, плетущий внутри вас свою паутину. Паутину ужасов – и желаний. Желаний, которые – поверьте! – много ужаснее ужасов. Что же случится, если однажды такие желания исполнятся?Что случится с близкими вам?Что случится с вами?
Вы никогда не теряли все за один день? Все, кроме жизни, – но есть подозрение, что это не случайно. Жизнь вам сохранили (или дали в долг, или вернули) только потому, что мертвеца нельзя подвергнуть пытке. И тогда вы узнаете правду: то, что вы называли до сих пор жизнью, было лишь жестоко обманутым ожиданием. Многие ли из нас всерьез готовятся провести вечность в аду?Если все самое дорогое (и не только) отнимает у вас война, катастрофа или стихийное бедствие, вы еще можете сетовать на злой рок, несчастный случай, слепую природу...Если причиной непоправимых бед была человеческая глупость, жадность или злоба, вам по крайней мере есть кого ненавидеть, против кого обратить свой гнев, на кого выплеснуть свою ярость...Но что, если вашим палачом становится сила, находящаяся за гранью уязвимости и даже за гранью понимания?
Внезапно разбогатевший художник-абстракционист осуществляет свою мечту, купив старый дом на берегу озера и поселившись в нем с семьей. В дальнейшем выясняется, что дом имеет свою мрачную историю, а утонувшие в озере иногда возвращаются на берег. Но худшее случается в канун Нового Года...Всегда ли воплощение наших желаний – это то, что нам действительно нужно? Что делать, если все лучшее – позади? Носим ли мы в себе семена саморазрушения и при каких условиях они прорастают? Может быть, для некоторых безумие – это закономерность?
Человек, лишенный абсолютно всего, чем стоило жить, добровольно восходит на борт «Летучего Голландца» – ибо лучше существовать в аду, чем на Земле!
Даже спустя десяток лет Максим Голиков так и не может вспомнить, каким образом ему удалось выбраться из психушки. Черное пятно в его личном календаре простирается от неразберихи и апатии конца девяностых до восьмого года нового столетия, изрядно забрызгав еще много страниц, но об этом он как раз жалеет менее всего. Все происходившее раньше представляет собой пунктирную линию, штрихи которой отмечают события важные или довольно никчемные и перемежаются пустотами продолжительностью от нескольких минут до нескольких суток. Но и это лишь приблизительно, ведь, пытаясь вспомнить утраченное, он может судить об отрезках времени только косвенно, а о случившемся с ним – с чужих слов. В любом случае он очутился на свободе, так и не избавленный от постоянного ощущения опасности. Спасает от окончательного параноидального измора лишь то, что вся его прежняя, настоящая, добольничная, украденная кем-то жизнь давно сделалась для него подобием тени на стекле: он всматривается в эту тень, с отчетливым холодком понимая, что тень ему не принадлежит, и в то же время не может разглядеть, чья же она: то ли человека, который пытается заглянуть из царившей снаружи тьмы в освещенный дом и, вероятно, вернуться домой; то ли это тень бродяги, навеки лишенного дома, покоя и даже памяти о лучших днях, приблудившегося в тщетных потугах оборвать странствие, которого и врагу не пожелаешь.
...Его жизнь изменилась после того, как он начал слушать «Радио ада».
Хотите посмотреть последние минуты жизни обреченного человека? Тогда вам в Дом на Лысой Горе.
Если после смерти вас встречает Кафка, то, возможно, вы были не плохим писателем при жизни… и вы попали в ад.
Подобно скоту, они не знали врагов и ни о чем не заботились. И таков же был их конец. (Г. Уэллс. «Машина времени»)
Он не убивал, он только переправлял своих жертв на ту сторону. Но что будет, когда он их встретит там?..
Если Вы живете в сонном провинциальном городке, если Ваш ум заплыл жиром, а от всех возможных чувств осталась только зависть к тем, кто живет лучше Вас, значит встреча с Ним неминуема.Он нес в себе разрушение уже разрушенного, разбивал уже разбитые зеркала, червем вползал в уже испорченные плоды, топтал уже треснувшую скорлупу. Однако никто не догадывался об этом, кроме него; он имел дело с неизлечимыми слепцами. Никто не знал и о том, зачем он это делал. Скука иссушила его черное сердце. Его жестокость и холодность были беспредельны, преступлениям не было числа, но здесь есть место для описания только одного из них, далеко не самого жуткого.
Он отказался уйти и найти забвение. С тех пор и бродит неприкаянным, испытывая бесконечные страдания.
Странный герой рассказа Липпи вечно едет по шоссе на красной машине. Попутчицей у него Смерть, а заправщиком на АЗС сам Агасфер. И нет для него ни жизни, ни смерти.
Если вы не боитесь встретиться лицом к лицу с ужасом, пусть даже воображаемым, испытать острые ощущения, когда сердце отчаянно ёкает и от страха по спине продирает мороз, эта книга для вас. Неожиданные повороты сюжета обеспечат вам выброс адреналина и безумный всплеск эмоций.
Харон – владелец частной Усыпальницы. Только усыпляют там не кошечек и собачек, а людей – стариков, которые не нужны никому, а в первую очередь – своим детям. Но никто и не догадывается о том, что любая встреча с ним может закончиться трагедией, ведь помимо Усыпальницы Харон уже шесть тысяч лет продолжает выполнять свою основную работу – перевозить души умерших через реку забвения.
…Порой стюардессе казалось, что автобус вместил всех оставшихся на Земле и везет их в никуда.
Повесть в жанре «черного юмора» о последствиях евгенического эксперимента по выращиванию сверхчеловека, проводимого в ближайшем будущем.
Он построил свой Рай, но что такое Рай без Ада?..