Андрей Белый

Между двух революций. Книга 3

«Между двух революций» — третья книга мемуарно-автобиографической трилогии Андрея Белого. Перед читателем проходят «силуэты» множества лиц, с которыми писатель встречался в Москве и Петербурге, в Мюнхене и Париже в 1905–1912 годах. Интересны зарисовки Блока и Брюсова, Чулкова и Ремизова, Серова, Жана Жореса, Коммиссаржевской и многих других.    

Андрей Белый

Бальмонт

«Творчество Бальмонта в высшей степени неровно. Наряду со стихотворениями, которые пленительны музыкальной гибкостью своих размеров, богатством своей психологической гаммы, от самых нежных оттенков и до страстной энергии, смелостью и свежестью своего идейного содержания, – вы часто находите у него и такие строфы, которые многословны и неприятно шумливы, даже неблагозвучны, которые далеки от поэзии и обнаруживают прорывы и провалы в рассудочную, риторическую прозу. В его книгах вообще очень много лишнего, слишком большое количество слов; необходимо сделать из них отбор, внушить автору правила эстетической экономии; если бы он не был так расточителен и так гостеприимен по отношению к самому себе, это было бы гораздо лучше и для нас, и для него; сокращенный Бальмонт ярче выказал бы свои высокие достоинства…»

Надежда Александровна Лохвицкая , Андрей Белый , Наталья Александровна Молчанова , Павел Вячеславович Куприяновский , Юлий Исаевич Айхенвальд

Пепел

Андрей Белый

Москва под ударом

Романы Андрея Белого "Московский чудак", "Москва под ударом" и "Маски" задуманы как части единого произведения о Москве. Основную идею автор определяет так: "…разложение устоев дореволюционного быта и индивидуальных сознаний в буржуазном, мелкобуржуазном и интеллигенстком кругу". Но как у всякого большого художника, это итоговое произведение несет много духовных, эстетических, социальных наблюдений, картин.

Андрей Белый

Урна

«В "Урне" я собрал стихотворения, объединенные общностью настроений; лейтмотив этой книги — раздумье о бренности человеческого естества с его страстями и порывами, и думаю, что не случайно все стихотворения этого цикла вылились в ямбах, этой наиболее удобной и разнообразной в ритмическом отношении форме.В отделах "Зима" и "Разуверенья" изображается разочарование в земных страстях, и душа погружается в холод философических раздумий (ментальный план); но здесь же открывается и демонизм философии, которая, взятая сама по себе, ведет к чистому люциферианству ("Философическая грусть"). В отделах "Тристии" и "Думы" собирается последний пепел: пепел хотя и возвышенного до символизма разочарования в жизни, но все еще разочарования. Разочарование это свободно от люциферических искусов. Где-то уж брежжит заря примиренности: "Голос Безмолвия"».Андрей Белый, Москва, 14 января 1909

Андрей Белый

Фридрих Ницше

Андрей Белый

Глоссолалия

Андрей Белый

Возврат

Леонид Николаевич Андреев , Андрей Белый , Алекс Сан , Леонид Андреев

Глоссолалия

Андрей Белый

Собрание сочинений. Том 13. Между двух революций

«Между двух революций» – третья книга мемуарно-автобиографической трилогии Андрея Белого. Перед читателем проходят «силуэты» множества лиц, с которыми писатель встречался в Москве и Петербурге, в Мюнхене и Париже в 1905–1912 годах. Интересны зарисовки Блока и Брюсова, Чулкова и Ремизова, Серова, Жана Жореса, Коммиссаржевской и многих других.Издание снабжено комментариями и указателем имен.

Андрей Белый

Поэты серебряного века

В книгу включены произведения четырнадцати великих русских поэтов Серебряного века: И. Анненского, А. Белого, М. Цветаевой, О. Мандельштама, В. Брюсова, 3. Гиппиус, Вяч. Иванова, К. Бальмонта, М. Волошина, Н. Гумилева, И. Северянина, Н. Клюева, С. Клычкова, А. Ахматовой.Для старшего школьного возраста.

Марина Ивановна Цветаева , Константин Дмитриевич Бальмонт , Максимилиан Александрович Волошин , Осип Эмильевич Мандельштам , Валерий Яковлевич Брюсов , Андрей Белый , Анна Андреевна Ахматова , Николай Алексеевич Клюев , Зинаида Николаевна Гиппиус , Николай Степанович Гумилев , Вячеслав Иванович Иванов , Игорь Васильевич Северянин , Сергей Клычков , Иннокентий Фёдорович Анненский

Гоголь

«Самая родная, нам близкая, очаровывающая душу и все же далекая, все еще не ясная для нас песня – песня Гоголя.И самый страшный, за сердце хватающий смех, звучащий, будто смех с погоста, и все же тревожащий нас, будто и мы мертвецы, – смех мертвеца, смех Гоголя!..»

Андрей Белый

Брюсов

«Валерий Брюсов, первый из современных русских поэтов. – Его имя можно поставить наряду только с Пушкиным, Лермонтовым, Тютчевым, Фетом, Некрасовым и Баратынским. Он дал нам образцы вечной поэзии. Он научил нас по-новому ощущать стих. Но и в этом новом для нас восприятии стиха ярким блеском озарились приемы Пушкина, Тютчева и Баратынского. То новое, чему приобщил нас Брюсов, попало в русло развития поэзии отечественной…»

Андрей Белый

«Возврат

«Серо-пепельное облако дымилось и сверкало своими нижними краями на горизонте.Над ним небо казалось золотисто-зеленым, а под ним развернули желто-розовую ленту атласа, и вот она линяла.Ребенок играл на берегу, копая бархатный песочек перламутровой раковиной… Иногда он лукаво смеялся. Хлопал в ладоши.А в глазах его брызгали синие искорки.Зыбкие, ускользающие волны рассыпались бурмидскими жемчугами…»

Андрей Белый

О закрой свои бледные ноги. Статьи о русском символизме

В настоящий сборник вошли избранные статьи о русском символизме выдающихся деятелей Серебряного века, полезные как для любителей отечественной поэзии, так и для специалистов.Благодаря этому сборнику каждый обретет возможность не только стать «сотворцом» великой ушедшей эпохи, но и понять мышление подлинных гениев: Александра Блока, Андрея Белого, Константина Бальмонта, Валерия Брюсова, чье эпатажное однострочное стихотворение закономерно стало названием этой книги.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Дмитрий Сергеевич Мережковский , Валерий Яковлевич Брюсов , Андрей Белый , Александр Александрович Блок , Аким Львович Волынский

Памяти Александра Блока

Вольная Философская Ассоциация, последнее прибежище свободной мысли в России после октябрьского переворота, посвятила одно из своих заседаний памяти А.А. Блока. В своем докладе Андрей Белый, прослеживая динамику развития ключевых образов поэта, дал глубочайший обзор философии и творчества Блока. А.З. Штейнберг поделился воспоминаниями о дне, проведенном с Блоком в застенках Чека; Р.В. Иванов-Разумник рассказал о связи поэта с Вольной Философской Ассоциацией, о последних годах его жизни.Для филологов, философов, студентов гуманитарных факультетов и читателей, интересующихся культурой Серебряного века.

Аарон Захарович Штейнберг , Андрей Белый , Разумник Васильевич Иванов-Разумник

Урна

«В "Урне" я собрал стихотворения, объединенные общностью настроений; лейтмотив этой книги — раздумье о бренности человеческого естества с его страстями и порывами, и думаю, что не случайно все стихотворения этого цикла вылились в ямбах, этой наиболее удобной и разнообразной в ритмическом отношении форме.В отделах "Зима" и "Разуверенья" изображается разочарование в земных страстях, и душа погружается в холод философических раздумий (ментальный план); но здесь же открывается и демонизм философии, которая, взятая сама по себе, ведет к чистому люциферианству ("Философическая грусть"). В отделах "Тристии" и "Думы" собирается последний пепел: пепел хотя и возвышенного до символизма разочарования в жизни, но все еще разочарования. Разочарование это свободно от люциферических искусов. Где-то уж брежжит заря примиренности: "Голос Безмолвия"».Андрей Белый, Москва, 14 января 1909

Андрей Белый

Ф. Сологуб

«Прост донельзя метод построения Сологуба: треугольник – человек (пленный ёлкич), недотыкомка и смерть; теза, антитеза, синтез; верхняя посылка, нижняя посылка, умозаключение; бог, мир, черт; богоспасаемый Сапожок, обыватель, читающий книжечки по буддизму, и обывательщина, оные не читающая (дебёлая дама); первая степень сознательности – у Паки мама, у обывателя Сапожка в окне сапожковская пыль; вторая степень сознательности – у Паки мама злая, у обывателя в комнате из окна много пыли; третья степень сознательности – Пака от мамы «махни-драла», обыватель из Сапожка в смертный колодец «махни-драла»; и вывод: в Сапожке злые мамы, в Сапожке много пыли, в Сапожке глубокие колодцы, в Сапожке обыватель от пыли «махни-драла» в колодец…»

Андрей Белый

Фридрих Ницше

Андрей Белый

Возвращенье на родину

Автор изображает путника, возвращающегося из Швейцарии в Россию: перед ним проходят в воспоминании картины жизни; и проходят пред ним: Франция, Англия, Северное море, Норвегия.

Андрей Белый

Принцип формы в эстетике

Андрей Белый (Борис Николаевич Бугаев, 1880–1934) – крупнейший русский писатель-экспериментатор начала XX века, теоретик мистического символизма, создавший собственную науку о стихе и художественном образе. Соединение математической строгости с интуицией, широкая эрудиция и смелость, стремление к религиозному синтезу искусств и пониманию высшего предназначения красоты – все это делает статьи Андрея Белого неотъемлемой частью теории искусства. В сборник включены важнейшие статьи и выступления Андрея Белого, а также образцы его лирической прозы и поэма «Первое свидание». Подробный комментарий к работам Андрея Белого составил профессор РГГУ и ВлГУ, ведущий научный сотрудник МГУ имени М. В. Ломоносова А. В. Марков.

Андрей Белый

Звезда (сборник стихов)

В сборник вошли стихи, написанные в 1914–1918 годах.

Андрей Белый

Золото в лазури

В книгу вошли сборники стихов «Золото в лазури», «Прежде и теперь», «Образы» и «Багряница в терниях».

Андрей Белый

О теургии

«Музыка – это действительная, стихийная магия. Музыка доселе была впереди европейского человечества. Быть может, лишь в настоящую минуту оно начинает вплотную подходить к музыке, вбирая в себя ее стихийную, магическую мощь. Способность стихийно влиять, подчинять, зачаровывать несомненно растет. Так будет и впредь…»

Андрей Белый

Настоящее и будущее русской литературы

«Смысл, цель, идея – понимается различно; смысл мирового прогресса религиозен, потому что последняя цель развития не формальна, но реальна, и в то же время реальность цели не коренится в условиях нам данной действительности; и потому-то идея разума всегда предопределена живым образом будущего, а это будущее – опять-таки не коренится в условиях данного…»

Андрей Белый

Пепел (сборник)

«Снова в поле, обвеваемЛегким ветерком.Злое поле жутким лаемВсхлипнет за селом.Плещут облаком косматымПо полям седымИзбы, роем суковатымИзрыгая дым.Ощетинились их спины,Как сухая шерсть…»

Андрей Белый

Луг зеленый

«Общественный строй, определенно складываясь, должен отчетливо наметить основные принципы; эти принципы должны лежать в его основе.Основные принципы общественности должны иметь свои отвлеченные основоположения. Эти основоположения должны соединять вопросы социальной техники с общими вопросами, волнующими человеческий дух…»

Андрей Белый

Христос воскрес

«В глухихСудьбинах,В земныхГлубинах,В веках,В народах,В сплошныхСинеродахНебес– Да пребудетВесть:– «ХристосВоскрес!» —Есть.Было.Будет…»

Андрей Белый , Дмитрий Балакирев

Мережковский

«У Эйфелевой башни четыре основания – четыре металлических ноги. На металлических ногах утверждается площадка. С площадки и начинаемся тело башни. Между основаниями башни просторное пространство.В России есть места, где сходятся три губернии на небольшой площади. Можно было бы соорудить башню наподобие Эйфелевой в три подножия. Каждое подножие начиналось бы в разной губернии. Тело башни принадлежало бы трем губерниям или ни одной, а, пожалуй, облакам, небу, птицам…»

Андрей Белый

Петербург. Стихотворения (сборник)

Андрей Белый (Борис Николаевич Бугаев) – одна из ключевых фигур Серебряного века, оригинальный и влиятельный символист, создатель совершенной и непревзойденной по звучанию поэзии и автор оригинальной «орнаментальной» прозы, высшим достижением которой стал роман «Петербург», названный современниками не прозой, а «разъятой стихией». По словам Д.С.Лихачева, Петербург в романе – «не между Востоком и Западом, а Восток и Запад одновременно, т. е. весь мир. Так ставит проблему России Белый впервые в русской литературе».Помимо «Петербурга» в состав книги вошли стихотворения А.Белого из сборников «Золото в лазури», «Пепел» и поэма «Первое свидание».

Андрей Белый

Трагедия творчества. Достоевский и Толстой

«Трагедия творчества или трагедия русского творчества? Всякое ли художественное творчество есть религиозная трагедия или русское творчество, в своем высочайшем и вполне созревшем напряжении, становится трагедией чисто религиозной? Муза, – любимая женщина, становится Матерью-Родиной, как стала она Родиной для Достоевского, для Гоголя, для Толстого. Но тут… я останавливаюсь: какой неожиданный ответ, что прибавить?..»

Андрей Белый

Бальмонт

«Поэзия К. Д. Бальмонта имеет несколько стадий. «В безбрежности» и «Тишина» вводят нас в мистицизм туманов, камышей и затонов, затерянных в необъятности северных равнин как угрюмый кошмар, пронизывают мировые пространства эти равнины, собирая туманы. Это взывания Вечности к усмиренным, это – воздушно золотая дымка над пропастью или сладкоонемелые цветы, гаснущие в сумерки вечеров. Это – золотая звезда, это – серая чайка. Это – песня северных лебедей…»

Андрей Белый