Читаем Жрицы любви полностью

Самое трудное в этой профессии — периоды затишья, когда фирмы сокращают ассигнования на рекламу. Манекенщицы, привыкшие к известному комфорту, больше всего боятся простоя и, чтобы свести концы с концами, выкручиваются, как могут, и пополняют подчас свой бюджет за счет поклонников.

Скромнице Агнессе удавалось обходиться без дополнительных заработков, пока она не встретила человека, которого теперь боялась больше всего на свете.

Как-то вечером она зашла с подругой, такой же, как и она, манекенщицей «на подхвате», выпить рюмку тоника в уютный бар на улице Понтье. Девушки очень устали, они весь день провели на ногах, работая на модельера с авеню Матиньон, готовившего к показу коллекцию весенней одежды. Ему понадобился дополнительный персонал для повседневной подгонки «на натуре». Вот и пришлось послужить этой «натурой». В баре кроме бармена находился всего один клиент, сидевший около стойки на высоком табурете. Подруга Агнессы знала его и представила их друг другу. А час спустя Жорж Вернье — так звали незнакомца — пригласил обеих в плавучий ресторан в Сен-Клу.

Жорж Вернье не был красавцем, но обладал неким природным шармом, который подкреплялся престижным и комфортабельным автомобилем американского производства. Он говорил, взвешивая каждое слово. Невольно Агнесса почувствовала, что он внушает ей уважение, какое обычно молодые женщины испытывают к мужчинам, значительно превосходящим их по возрасту, но отнюдь не кажущимся стариками. Чувствовалось, что Жорж уверен в себе, что это сильная натура.

Обед удался на славу. А остаток вечера они провели в ресторане «Вилла д’Эсте», где Жорж Вернье (подруга шепнула Агнессе, что он, кажется, бизнесмен) попеременно танцевал с каждой из своих очаровательных спутниц. Танцором он, надо сказать, оказался отменным.

В два часа ночи американский лимузин подвез Агнессу к двери дома на бульваре Курсель, где она занимала каморку, служившую прежде комнатой для прислуги, но обставленную ею со вкусом. Машина тут же уехала: Жорж повез домой Сюзанну, жившую на левом берегу Сены.

На следующий день подруги снова встретились у модельера на репетиции.

— Жорж в восторге от тебя! — заявила Сюзанна.

— Он этого совсем не показал вчера вечером…

— Знаешь, это такой сдержанный человек… Тебе он понравился?

— А чем он занимается?

— Я же тебе сказала — бизнесмен… Кажется, занимается импортом и экспортом… Во всяком случае, деньжата у него водятся.

— Вы давно знакомы?

— Порядочно!

— Наверное, Сюзанна, из него вышел бы вполне подходящий для тебя муж.

— Думаешь, Жорж из тех, кто женится? Ну, уж во всяком случае, не на мне! Мы приятели, не более того… Он хочет встретиться с тобой наедине. Когда мы вчера прощались, он очень прозрачно намекнул на это. И я почувствовала, что ему сейчас очень нужна подруга, и ты могла бы стать ею.

— Почему именно я?

— В тебе есть что-то такое, чего нет у других.

— Сюзанна, ты спятила.

— Нет, напротив, я говорю совершенно серьезно. Ты знаешь, я люблю тебя, как младшую сестренку.

— Но мне не нужна сестра!

— Сразу видно, что ты росла единственным ребенком, но ты слишком добра от природы и не можешь не страдать от одиночества. Просто пытаешься делать вид, будто это не так, и выдаешь себя за эгоистку.

Агнесса ничего не ответила: зачем рассказывать о существовании Элизабет Сюзанне, с которой она познакомилась всего несколько месяцев назад и встречалась лишь на работе? Ведь у близнецов свои секреты, не понятные другим. Не возникает ли между ними особая близость еще в то время, когда они вместе находятся в утробе матери?

А Сюзанна продолжала убеждать:

— Разве тебе не хочется встретиться с Жоржем наедине?

— Не знаю.

— Он свободный человек. Никогда не был женат.

— Зачем тебе нужно, чтобы я им заинтересовалась, если он вовсе не собирается жениться?

— Что за предрассудки? Неужели ты от них еще не избавилась? Тебе подавай законный брак немедленно, иначе ты не согласна?

— Мои убеждения запрещают мне поступать иначе.

— Убеждения! Какой от них прок? Из-за них ты совершенно одинока. Хотела бы я знать, чем ты занимаешься дома по вечерам?

— Читаю, слушаю радио, шью, убираю квартиру…

— Слушай, у тебя внешность роковой женщины, а в душе ты обычная мещаночка! Ты разочаровываешь меня, Агнесса! Я считала тебя более развитой… Неужели во время этих увлекательных занятий у тебя никогда не возникает страстного желания куда-нибудь пойти, развлечься, потанцевать, как вчера, почувствовать, что тебя жаждут мужчины, захотеть, в конце концов, просто пожить?

Агнесса снова ничего не ответила. Решив, что ее слова посеяли сомнения, подруга продолжала настаивать:

— Неужели тебе не хочется встретить друга, узнать, что такое мужчина?

— Замолчи же!

— Что бы ты ни говорила про свои так называемые убеждения, тебе этого захочется, как и всем другим девушкам. И когда это случится, ты станешь счастливейшей из женщин! И будешь тогда упрекать себя за то, что так долго ждала! Может, ты намерена оставаться старой девой или уйти в монастырь?

— Прошу тебя, замолчи!