Читаем Зажечь звезду полностью

– Вроде того. Там учебники. В октябре экзамены сдавать, надо готовиться, – осторожно подтвердила я, едва не выпустив ручку. Сианна умудрялась держать чемодан так, что основная тяжесть приходилась на её долю. Но при этом не пыхтела и не обливалась потом, в отличие от меня, и даже хватка её выглядела полурасслабленной.

– Экзамены? – подозрительно переспросила Сианна и тут же скорчила страшную рожу: – На море купаться надо, а не учиться, а то морские духи обидятся. И отомстят!

Над шутками принято смеяться, но меня отчего-то вдруг охватил озноб. Я замялась, не зная, что ответить, но тут через перила наверху перегнулась Этна и в том же зловещем тоне ответила:

– Пускай обижаются, им же хуже. Ты идешь, Нэй?

– Иду. Спасибо, сама бы я не справилась, – от души поблагодарила я Сианну.

– Угостишь меня мороженым вечером и очередь в душ уступишь! – подмигнула она – и мышкой прошмыгнула за дверь.

Я задержалась на площадке, переводя дыхание. Присела на кафельные ступени, оглянулась на чемодан – и осторожно толкнула его раскрытой ладонью. Он и не покачнулся; ещё бы, тридцать два килограмма, если не врали весы в аэропорту, и колёсико заклинивает. Зато надёжный, охранные чары вплетены в самую основу…

Вот только откуда-то взялись новые царапины на боковинах, внизу. Две справа, одна слева. Глубокие…

– Как тебе соседки? – поинтересовалась Этна, присаживаясь рядом. Выражение лица у неё было мечтательное – устала сердиться, наверное. – Вроде ничего, да?

– Насчёт Блиц не знаю, а Сианна какая-то странная, – призналась я. – Вроде добрая, но такую жуть может одним словом нагнать…

– А я не могу, что ли? – ревниво осведомилась Этна. – Ты только скажи, на кого. Мне, кстати, интереснее, чем она волосы красит. И ресницы с бровями. Цвет такой ровный – обзавидуешься.

– Спроси у неё адрес парикмахера, – хмыкнула я. – Только вежливо. А то она мой чемодан чуть ли не одной рукой подняла.

– Да ну. Тоже мне, показатель. Хочешь, я тебе его на вон ту крышу закину?

– Колдовством? Не считается.

– Ну, это смотря каким колдовством… – Дверь номера интригующе скрипнула, и Этна резко обернулась. По волосам у неё пробежали искры, точно электричеством прошило. – Так, нам лучше на эту тему помалкивать, а то тут все больно длинноухие. Ещё подумают, что мы из психушки сбежали с такими разговорами. Давай, подтягивайся к нам уже.

Она хлопнула меня по плечу и вернулась в номер.

Чайка пискнула тоскливо и зловеще.

Чемодан с грохотом завалился набок.

В ожидании своей очереди в душ я разговорилась с соседками. Ксения и Виктория оказались сестрами, с разницей в пятнадцать лет, и младшая Ксения явно верховодила. Причём она норовила подмять под себя не только сестру, но и нас с Этной – в той самой фамильярно-снисходительной манере, от которой у меня мгновенно живот скручивало.

– Так, милочки, ать-два за эту кровать и тащите её в маленькую комнату, – деловито распорядилась Ксения, отирая пот с покрасневшего лба. – Как раз туда влезет.

– Зачем? – Сианна высунулась из ванной, благоухая жасмином. С тёмно-розовых волос на пол капала вода. – А где же мне тогда спать?

Ксения уставилась на неё, как школьная уборщица – на грязную сменку. Виктория бочком, бочком, подобралась к сестре ухватила её под локоть, выражая всем своим видом полное неодобрение.

– Вот там и поспишь. И вообще, что за возражения такие? Кто тебя так учил со старшими разговаривать? С матерью своей препираться будешь, – припечатала Ксения. Сианна инстинктивно облизнула пересохшие губы и опустила взгляд. Но промолчала, ничего не ответила, и Блиц-младшая с воодушевлением продолжила: – Значит, холодильник тоже в нашей комнате будет, вам он зачем? Ну, и на балкон вам тоже шастать нечего. А я вот курю… И Викочка курит, да, золотце? Короче, мы договорились.

У Этны дёрнулись уголки губ.

Стаканы на железном подносе у телевизора и в ванной глухо звякнули, точно кто-то разом качнул весь корпус.

– А моё мнение вы узнать не хотите, нет? – многозначительно предложила Этна, глядя исподлобья. Я машинально отступила на шаг, чтобы не попасть под раздачу. – Лично я собираюсь жить в большой комнате, и чхать мне на ваше мнение. Здесь три кровати, значит, рассчитано на трёх человек. Хотите жить отдельно – занимайте маленькую комнату.

Рот у Ксении округлился неровной буквой «о»:

– Но-о-о-о…

– Валите в свою комнату. Чтоб когда я вышла, вас здесь не было, усекли? – уже откровенно нахамила Этна и, хлопнув дверью, скрылась в ванной.

Стакан рядом с телевизором сам по себе опрокинулся набок и раскололся на две идеально ровные части.

Сианна уселась на ближайшую кровать и принялась методично полировать пилочкой ногти на ногах. Полотенце сползло неприлично низко, открывая узкий белёсый шрам – росчерком от ключицы к подмышке.

Ксения немного поколебалась, но потом всё же выбрала жертву и гневно уставилась на меня.