Читаем Возвращение примитива полностью

«В настоящий момент некоторых экологов волнует возможное воздействие на эскимосов добычи нефти на дальнем Северном шельфе Аляски. Они боятся, что утечки нефти в море, скованное вечными льдами, окажутся запертыми в узком пространстве между льдом и водой и погубят вначале планктон, затем рыбу и моллюсков, питающихся планктоном, затем белых медведей, моржей, тюленей и китов, питающихся другими морскими организмами, и, наконец, под угрозой окажутся эскимосы, живущие за счет этих животных.

Есть надежда, что результаты проводимых в настоящее время исследований помогут лучше понять потенциальные последствия вмешательства человека в любые экосистемы».

Но давайте рассмотрим реальные последствия развития событий из данного примера. Не прилагая никаких усилий, эскимосы могут заработать огромные деньги за счет выплат за пользование недрами и благодаря этим деньгам смогут прекратить свою тяжкую борьбу за выживание и открыть для себя комфорт цивилизованной жизни и труда. Если — и это не более чем предположение — страхи экологов воплотятся в жизнь, эскимосы будут иметь возможность переселиться в лучшие места. Или мы должны считать, что они предпочитают свой образ жизни нашему? Если это так, почему они понимают его выгоды, а мы — нет? Или же мы должны считать, что у эскимосов есть неотчуждаемые права, а у Томаса Эдисона — нет? Или эскимосы должны быть принесены в жертву белым медведям, моржам, тюленям и китам, которые должны быть принесены в жертву рыбам и моллюскам, которые, в свою очередь, принесены в жертву планктону ? Если это так, то почему? Но к этому вопросу мы еще вернемся.

«Дикая природа, — утверждается в статье, — обладает замечательной способностью к восстановлению; 25 или даже 50% популяции некоторых рыб или грызунов в конкретном местообитании может быть уничтожено в результате болезни или природной катастрофы, однако за год-два численность вида восстанавливается. Только вмешательство человека — или загрязнение — может существенно подорвать экосистему и свойственное ей равновесие».

Обратите внимание: заводы и фабрики предполагают загрязнение, болезни — нет.

«Защитников природы больше всего пугает не случайное загрязнение ландшафтов в результате каких-либо аварий и утечек, а их эксплуатация человеком при постройке шахт, дорог и городов. Со временем он может настолько сократить площадь зелени, что уменьшится количество кислорода, необходимого ему для дыхания».

Вы когда-нибудь смотрели на карту мира, сравнивая при этом площади, занятые индустриальными зонами, и площади, покрытые нетронутыми дебрями и первобытными джунглями? И это не говоря уже о зеленых насаждениях, культивируемых человеком: о полях, садах и цветниках, которые без человеческой заботы и труда давным-давно исчезли бы. А также о масштабных проектах орошения, которые превращают пустыни в плодородные, зеленые равнины.

«Символ штата Луизиана, бурый пеликан, исчез с ее побережий», — жалуется журнал, обвиняя в этом ДДТ.

Динозавры и им подобные исчезли с лица земли задолго до того, как на ней появились промышленники и люди вообще, и природная «способность к восстановлению» не вернула их обратно. Но жизнь на планете из-за этого не окончилась. Вопреки экологам, природа не стоит на месте и не сохраняет «равновесие», которое гарантировало бы выживание каждого из существующих видов; а менее всего — выживание ее самого великого и самого хрупкого создания, человека.

Но любовь к человеку для экологов нехарактерна.